Мышцы ныли от напряжения, магический резерв был вычерпан до того, что даже дышать было тяжело. Но теперь это уже не имело значения. Тьма рассеялась. Кузнец пал. Они победили.
Оракул слушала речи принцессы Фирвен и Тора'ака вполуха. Ордена, награды и привилегии были для неё делом глубоко вторичным. Главное, что они поступили правильно.
Когда Тора'ак упомянул о сбежавшей фейри, Исиллу сделала вид, что не услышала его, потому что вдруг чрезвычайно заинтересовалась сетью трещин на ближайшем камне. Достав походный дневник, она принялась тщательно зарисовывать их.
— Хм... Какой интересный узор вышел.
И хотя фейри она по-прежнему терпеть не могла, это вовсе не означало, что она обязана отчитываться о них перед каждым встречным. Тем более нарушая уже свершившийся уговор.
Гораздо важнее было другое. Звёздный Осколок, извлечённый на свет, радостно пульсировал в её ладони. Тянулся к Ночному Маяку, словно наконец узнавая собственное предназначение. И Исиллу прекрасно понимала, что это значит. Вернуть Осколок. Зажечь Маяк. Стать его новой — и единственной — хранительницей. Связать себя с древней магией и остаться здесь навсегда. Соблазн был велик. Это была святыня Звёздной Лучницы. Один из тех древних огней, что некогда отгоняли Тьму от Бросселиада и теперь почти исчезли из памяти эльфов. Кто-то должен был остаться и нести это бремя. И самым очевидным кандидатом была именно она.
Оракул ещё раз окинула взглядом отряд. И её глаза остановились на Аллери. Юная архонтесса стояла в изодранном после чудовищных ударов платье, перемазанная сажей и кровью. Аллери в начале похода и Аллери сейчас были разными эльфийками. Да, она всё ещё кричала на первородное зло и обладала крайне специфическими представлениями об осторожности. Но за эти дни она научилась слушать. Спрашивать прежде, чем бросаться вперёд. Поступать мудро. Стала по-настоящему сильной эльфийкой. И Дремлющая Буря неожиданно поняла, что испытывает за неё гордость. Ведь за их короткий поход не только Лисица чему-то научилась.
Исиллу обнаружила, что ей и самой понравилось учить. Останавливать перед особенно глупым шагом, объяснять, направлять — а затем видеть, как в следующий раз упрямая девочка уже делает всё правильно сама. В этом оказалось какое-то странное удовлетворение, которого прежде оракул за собой не замечала.
Дремлющая Буря снова посмотрела на Маяк. Да, первые десятилетия здесь будут чрезвычайно интересны. Она сможет изучить башню вдоль и поперёк. Каждую руну, каждую комнату, каждый магический узел и каждую трещину в древнем камне. Но пройдёт десять лет. Двадцать. Пятьдесят. Через столетие она всё ещё будет здесь. В той же башне. Изучать уже изученное и протирать пыль с тех же камней. Через пятьсот лет — тоже. Через тысячу...
— Да я же свихнусь от скуки... — тяжело вздохнула Исиллу, разрушая свою же возвышенную аргументацию.
На этом рассуждения о долге несколько померкли. Один хороший смотритель способен охранять лишь один Маяк. Но хороший наставник способен подготовить десятки смотрителей. Наверняка среди эльфов найдутся те, кому подобная жизнь действительно придётся по душе: столетия созерцания, изучения и добровольной изоляции. А сама Исиллу сможет искать дальше. Сколько ещё таких святынь потеряно в чаще? Сколько Маяков погасло и было забыто? Сколько древнего знания исчезло лишь потому, что некому оказалось его сохранить? Восстановить один жалкий обломок древней защиты было недостаточно.
Она ещё несколько мгновений держала Осколок на раскрытой ладони.
— Сначала найдём тебе достойного хранителя, — наконец тихо сказала она камню и убрала его обратно под мантию.
Исиллу выпрямилась, опираясь на посох, и наконец посмотрела на принцессу.
— В Аконит я вернусь, Фирвен. Нам предстоит восстановить множество древних знаний, которые не должны были быть утрачены. И мне понадобятся ученики. Те, кому однажды можно будет доверить действительно важное дело.
Оставив дворян разбираться с остальными вопросами, Исиллу неспешно подошла к Лисице и несколько мгновений молча её разглядывала.
— За эти несколько дней ты прошла очень большой путь, Аллери, — наконец произнесла она. — И я горда тобой.
Она дала Лисице несколько мгновений осознать эти слова, а затем уже привычно, слегка ворчливо добавила:
— Хотя разговор о твоей привычке приглашать огромных чудовищ ударить тебя мы обязательно продолжим.
Исиллу отвернулась, позволив себе наконец едва заметно улыбнуться.
"Возможно, возиться с учениками действительно будет не так уж плохо", — задумалась она, глядя на чистое звёздное небо.
"Особенно если следующий будет хотя бы немного поспокойнее".