Набор игроков

Завершенные игры

Новые блоги

- Все активные блоги

Форум

- Для новичков (3964)
- Общий (18693)
- Игровые системы (6563)
- Набор игроков/поиск мастера (43334)
- Котёл идей (5690)
- Конкурсы (19694)
- Под столом (21696)
- Улучшение сайта (11602)
- Ошибки (4575)
- Новости проекта (15919)
- Неролевые игры (11955)

Конкурс №23 "Пепел победы"

Вниз    Вернуться в раздел "Конкурсы"
 
Пепел победы
Сеттинг: симпанк / дизельпанк.

С характерным свистом выпущенный со стороны обороняющихся снаряд врезался в один из имперских гексаподов, наступавших редкой цепью. Отсек машиновозничего смяло и разорвало. Смерть ворвалась в мягкое чрево, роняя бронированного исполина на землю. Следом раздался разрыв осколочного около соседней машины, барабанной дробью хлестнувший по броне, под аккомпанемент криков пехотинцев, которым не повезло оказаться рядом.

Артиллерия в очередной раз доказывала, что она — любимое дитя бога войны, даже сейчас, когда на поля сражений вышли шагающие бронемашины, а небо пятнают коптящими хвостами летающие крепости.

Наступавшая на позиции республиканцев механизированная манипула и так была неполной, побитой предыдущими боями. Каждый троящий движок, каждое неработающее сочленение, заклинившая спарка огнебаллист, всё помогало пушкарям-канонирам, всё ложилось кирпичиками в основание их успеха. Да и сами бойцы хрипели, потели, но бились изо всех сил, несмотря на густой пороховой дым и жар, идущий от металла. Подтянуть заряд. Тут осколочный, там бронебойный. Отсечь пехоту, бить по гексаподам. Командир батареи пытался успевать везде. Командовал. Помогал заряжающим. То и дело забирался на бруствер, чтобы лучше обозревать происходящее. Всё в огне. В дыму. Видны только неприятности.

Будь у республиканцев хоть какое-то прикрытие, а не просто полсотни солдат при пушках, то захлебнулся бы любой штурм, но отряды прикрытия и связисты, которых ждали с утра, пока не показались. Батарея оставалась одна наедине с врагом, но её защитники уперлись крепко.

Имперцы, впрочем, не уступали им в упорстве. Всю войну раз за разом возвращались после поражений, чтобы начать одерживать победы. И всё-таки переломить положение дел в свою пользу.

И сейчас тоже. Умирали, но продолжали наступать. Спарки огневых баллист на башнях гексаподов не замолкали, перебегающая от ямы к яме или ползущая лицами в грязи пехота стреляла неприцельно, просто в сторону укреплений, но стреляла. Словно сеяли в песок, но постепенно пули находили цели. Ряды пушкарей редели.

Вот сам капитан опрокинулся навзничь и покатился с бруствера. Бросившиеся к нему на помощь двое здоровенных канониров явно облегчённо выдохнули, когда кажущийся на их фоне миниатюрным командир сорвал с плеча в хлам разбитый механический протез, натянул обратно фуражку и, распихав подчиненных, указал им на орудия, а сам полез обратно наверх.

  ***

— Аве, легат!
Трибун неплохо расположился, наблюдая за полем боя с укрытого лесом холма, в тоге и сандалиях вместо защитной лорики или сапог. Что об этом думал прибывший на место легат Марий Брациола, признанный самим Императором полководец, мастер тактики, человек, сворачивавший горы одной рукой, так и осталось загадкой, потому что вслух он ничего не сказал, и прибывший с ним либрарий не смог записать ничего мудрого для потомков. Но для себя самого слуга решил, что обязательно осудит в хрониках вот это вот расхлябанное командование: мягкое кресло, столик с вином и сыром, ковер на деревянном настиле. Из всех инструментов войны — только стоящие на треноге мощные бинокуляры. На столике не было даже карты, с которой должен сверяться офицер, принимая решения. Сразу видно, кто купил свою должность, а не заслужил.

Взяв чашу, легат одобрительно кивнул, разрешая трибуну вернуться в кресло, и припал к бинокулярам. А вот либрарий не стал доставать свою наблюдательную трубку, понимая, что всё, что он в неё разглядит, — дым и огонь на поле боя.
— Что у тебя?
— Одна артиллерийская батарея, возвели укрепления перед опушкой, расстреляли деревню зажигательными, когда мы подошли. Первую атаку отбили, так что я усилил штурмовую группу механизированной манипулой.
— Чьи у них штандарты?
— Кхм… — трибун помедлил. — Госпожи Молнии, но это всего одна батарея…

Офицер осёкся, когда резко обернувшийся легат махнул рукой и сурово посмотрел на подчиненного, прежде чем снова припасть к бинокулярам. Либрарий тоже внутренне напрягся. Госпожа Молния — это истинный враг Империи, над которой ещё ни разу не удалось одержать полноценной победы. Её руки по локоть в крови честных граждан.
— Одна батарея? Без прикрытия? Ты сам веришь-то? Просто так, взяли и отбили атаку, сейчас громят вторую. Явно не ауксилия, а отборные парни. Даже отсюда мне видно, что там командиром настоящий богатырь. Герой, безусловно. И таких бросили на произвол судьбы? Дай я тебе напомню…

Пока легат отошел к столу и, подливая себе вина, напоминал трибуну о грандиозных разгромах, которые учиняла госпожа Молния имперским армиям, либрарий урвал минутку самому посмотреть в мощный бинокуляр. Дым. Огонь. Мертвецы. Слугу передернуло, но он наконец-то смог разглядеть вражеский бруствер с артиллерийскими орудиями, бившими прямой наводкой по славным имперским бойцам то картечью, то бронебойными. Нахмурился и оторвался, удивлённо посмотрев на своего полководца, который, возвышаясь над трибуном на добрых две головы, доказывал тому, что тот полный осёл. Литая мускулатура. Густые золотистые усы и грива. Словно высеченный из мрамора профиль. Настоящий гражданин и опора Отечества. Либрарий моргнул и снова припал к окулярам. Республиканцы носят нелепую униформу, а их шапки и шлемы не увенчаны гребнями разных форм и размеров, но офицеры и у них выделяются. И тем удивительнее было наблюдать, что командовал вражескими канонирами плюгавый человечек, возможно вдвое меньше каждого из своих подчиненных. Ещё и однорукий калека! Смелый. Но стоять в первых рядах может каждый второй имперский офицер. Почему же именно он — богатырь? Решительно непонятно, что разглядел в нём господин Марий. Как вообще такого человека могут слушаться люди? Его же не видно!

Но либрарий всё равно записал про однорукого капитана. На всякий случай.

— … а если их войск нигде нет, значит они где-то здесь! И тогда эта одинокая батарея приманка! Хотят стянуть сюда как можно больше сил и заманить нас в ловушку. Не удивлюсь, если даже их позиции заминированы! Сигнальте отступление, мы завершим прорыв на другом фланге, куда они не успеют перебросить подкрепление. Не будь ты сыном сестры, уже бы тебя разжаловал.

  ***

Остатки сигнальных ракет опадали в небе. Громкий сигнал с механических ревунов, расположенных на гексаподах. Сигниферы экипажей дают знать тем, кто не смотрит вверх. Имперские военные машины дают задний ход.

Стрельба всё ещё продолжалась. Стрекотание баллист и выстрелы орудий, которые становились реже. Имперцы отступили, оставляя на поле двух павших в грязь гексаподов, сокрушенных гигантов, из-под которых разливались и горели дизельные озёра «крови». А вот мёртвых ещё предстоит посчитать.

  ***

Наблюдая за тем, как имперские отряды отходят, а офицеры прикончили свежую бутылку вина, либрарий решился задать вслух вопрос.
— Господин, почему не взять подкрепление и не попытаться разбить засадные силы, раз вы так уверены, что они здесь? Если кто и может победить госпожу Молнию, то это именно вы!
— Вот поэтому я императорский легат, а ты просто мой либрарий, — легат снисходительно улыбнулся. — Зачем мне лезть в ловушку, которую на меня же и ставили? Молния — это гнев богов. Когда она бьёт в тебя, то сжигает. Если я ей не проиграл, то уже одолел её. За два года мы развернули войну вспять. Молния одна, её войска тают, как лёд под солнечными лучами, а нас, легатов, трое. И с каждой неделей наши силы, как глина, превращаются под нагревом в кирпич. Победа будет за нами.

Слуга записал фразу господина, прибавив собственную мысль, что легатов действительно три. А госпожа Молния одна. И голова у неё одна. Как же стать тем, кому она достанется, если стремиться лишь к тому, чтобы не проиграть?
Ещё раз глянув на офицеров, либрарий тяжело вздохнул и зачеркнул всё, кроме сказанного легатом.

  ***

Сидя за бруствером, однорукий человечек в фуражке, с шевронами капитана вертел в руке остатки протеза и с разочарованием понимал, что взять и починить не выйдет. И пистолет потерялся в грязи. Как теперь искать?

— Ничего, командир! Даже если вы совсем без рук будете, мы заместо них станем! Вон, как навоевали!
Один из канониров бестактно хохотнул — не со зла и не от осознания, что ему ничего за это не будет, а просто потому, что натура такая. Развеселить хотел, вон, сигару где-то нашёл, у капитана-то свои ещё вчера кончились. О чём солдаты знали.
— Вот, это вам от нас.
Пока офицер раскуривал сигару, канонир присел рядышком.
— Докладываю, значит. В общем. Пятнадцать нас осталось здоровых. Два орудия в хлам, хоть сейчас бросай. Одно трещинами пошло. Может, повоюет, а может, рванет через выстрел. С четвертым всё замечательно.
— Снаряды?
— Бронебойных и зажигательных по три штуки. Осколочных с десяток найдём. Надо бы, чтобы новых подвезли поскорее, а то воевать нечем. Имперцы-то отступили, но они ж любят с подкреплением возвратиться. Вон, аж бронемашин приволокли, не пожалели. Не помогло, но и нас поменьше теперь. А прикрытие так и не объявилось. Ссыкуны.

Капитан выдохнул дымное колечко. И ещё одно. Когда он глядел на два своих разбитых орудия и убитых своих славных пушкарей, то думал не о победе. Другому офицер не мог найти объяснения. Почему они тут до сих пор одни? Почему нет приказа?

Будь снаряды и солдаты, они могли бы здесь вечно стоять. Никому бы беспокоиться не пришлось, что имперцы прорвутся. Встали бы каменной стеною!

От размышлений капитана отвлек конский топот. Из-за леса появился один из штабных адъютантов на белом коне. Молодой совсем, подумал капитан, моложе его сына будет. Кого только не берут сейчас в офицеры. Скоро совсем дети пойдут.
— Кто офицер? Почему всё ещё здесь? Вам уже несколько часов и несколько раз, как приказано отступать! Здесь давно ничего не должно находиться! Приказ командующ…
Кажется, он только сейчас заметил догорающую поодаль деревню, два разбитых имперских шагохода на поле перед позициями и выложенные рядком тела погибших канониров. Осёкшись, юноша поспешно развернулся и пришпорил коня, на ходу выкрикнув приказ ещё раз.
— Командир! Не было никакого приказа! А мы победили! Зачем опять отступаем? Всегда отступаем!
Капитан смотрел на сигару в руке и радовался, что потерял пистолет. Слишком велик был соблазн застрелиться.

______________________________________
Прим. орг. Нотариально заверенное количество знаков по счетчику GoogleDocs – 9999
Автор: WarCat [offline] , 22.08.2026 01:17 1

Про батарею Тушина было забыто, и только в самом конце дела, продолжая слышать канонаду в центре, князь Багратион послал туда дежурного штаб-офицера и потом князя Андрея, чтобы велеть батарее отступать как можно скорее. Прикрытие, стоявшее подле пушек Тушина, ушло по чьему-то приказанию в середине дела; но батарея продолжала стрелять и не была взята французами только потому, что неприятель не мог предполагать дерзости стрельбы четырех никем не защищенных пушек. Напротив, по энергичному действию этой батареи он предполагал, что здесь, в центре, сосредоточены главные силы русских, и два раза пытался атаковать этот пункт, и оба раза был прогоняем картечными выстрелами одиноко стоявших на этом возвышении четырех пушек.

Не знаю, вдохновлялся ли автор «Войной и миром», но сюжетно получился у него почти что пересказ истории с батареей капитана Тушина на Шёнграбенском поле. Можете прочитать, там всего одна страничка:
ссылка
Однако привожу Толстого я в пример отнюдь не как комплимент, и речь даже не о стиле этого рассказа, который далеко не толстовский. Отрывок из «Войны и мира» я привёл в пример для того, чтобы в очередной раз в своём обречённом на неудачу крестовом походе против пафоса показать, как пафос убивает литературу. Смотрите, что у Толстого: про батарею забыли, та продолжала стрелять, ввязавшись в артиллерийскую дуэль с французской батареей, выиграв время русской армии на отступление, а когда всё-таки отступила, капитана не только не наградили, но и едва не наказали за потерю пушек. Ни о какой победе никто не только не говорит, но и не думает: все находятся в помрачённом состоянии ума — капитану Тушину во время его подвига, похоже, наплевать и на исход сражения, и на отсутствующее прикрытие, и на свою жизнь. Не наплевать ему только на то, что французская пушка «опять задышала», а когда адъютант на коне передаёт ему приказ отступать, тот лишь жалобно думает: «Ну, за что они меня?..» — как ребёнок, которого отрывают от любимой игры.

Здесь же — не так:
Будь снаряды и солдаты, они могли бы здесь вечно стоять. Никому бы беспокоиться не пришлось, что имперцы прорвутся. Встали бы каменной стеною!
— Командир! Не было никакого приказа! А мы победили! Зачем опять отступаем? Всегда отступаем!
Капитан смотрел на сигару в руке и радовался, что потерял пистолет. Слишком велик был соблазн застрелиться.
Это уж, извините, не Толстой, это Гроссман: «Железный ветер бил в лицо, и они все шли вперед, и снова чувство суеверного страха охватило противника: люди ли шли в атаку, смертны ли они?»
— только Гроссман хотя бы писать умел и восклицательными знаками не злоупотреблял.

У меня всё-таки сильное подозрение, что автор списал идею у Толстого: слишком многое сходится — и звание артиллериста, и конный адъютант, передавший приказ и тут же смывшийся (правда, князь Андрей в этом рассказе не приехал), и даже то, что наш капитан тоже курит в бою — разве что не трубку, как Тушин, а сигару. Особенно характерно описание канониров как дюжих молодцов вдвое выше и шире своего щуплого командира — и у Толстого, и тут. Да и сцена известная, её в школах проходят вместе с дубом, первым балом Наташи и прочим. Но зачем же тогда наш автор так изменил тон концовки? Почему у Толстого война — кровавый хаос, где всё идёт сикось-накось и никто сам толком не понимает, что делает, а тут — героические артиллеристы возмущаются, что у них украли победу? Понятно почему: так проще. Пафос ведь всегда всё упрощает, сводит сложное и кривое к простому и прямолинейному: геройские солдаты геройски воюют. Но наш мир сложен, и вот почему вместе со сложностью пафос убивает то, что могло бы сильнее всего подействовать на читателя: правдоподобие. В описания в этом рассказе можно поверить, если не читал Толстого или если читал в школе и давно забыл, но если читал и помнишь, то эта патетика выглядит картонно и дёшево.

Ну и написано тоже плохо. Пройдусь по первой части:
С характерным свистом выпущенный со стороны обороняющихся снаряд врезался в один из имперских гексаподов, наступавших редкой цепью.
Сколько лишних слов, и обилие их становится заметно ещё и потому, что это предложение по сути описывает один момент, буквально секунду боя. Боже упаси, я не предлагаю писать «динамично», под чем обычно понимается маньяческая нарубка предложений в кровавый винегрет. Нет, длинным предложениям есть место везде, но ведь тут без потери смысла можно сократить на треть:
Снаряд обороняющихся просвистел и врезался в имперский гексапод. Те наступали редкой цепью.»
Зачем писать про «характерный» свист, что это слово даёт тексту, кроме удлинения? Да, снаряды свистят особым образом, но автор, ты же не описываешь, каким! Ну да, тяжело подобрать подходящий эпитет, особенно если свиста снарядов над головой никогда не слышал (надеюсь, что автор тоже не слышал и не услышит), тогда оставь просто свист, а ещё лучше заменить глаголом — так ты экономишь целое слово. «В один из гексаподов» — зачем подчёркивать, что не в два, ты же дальше даёшь описание, что гексаподов много?
Смерть ворвалась в мягкое чрево,
«Мягкое чрево» у железной бронированной махины, ну-ну. Что у нём мягкого?
под аккомпанемент криков пехотинцев
Под аккомпанемент! Ну надо же понимать, что это в лучшем случае выбивается из образности (аккомпанемент чему, «барабанной дроби» россыпи осколков? Но барабан сам — аккомпанирующий инструмент), а в худшем — просто иронически и издевательски: смотрите, как певуче они подыхают.
Артиллерия в очередной раз доказывала, что она — любимое дитя бога войны
Вообще-то артиллерию называют не дитём бога войны, а собственно богом войны. И вообще, если уж у нас тут стимпанковый Рим, какие дети были у Марса? Ромул и был! А тут артиллеристы против римлян воюют, ты походу чё-то перепутал.
Командир батареи пытался успевать везде. Командовал. Помогал заряжающим. То и дело забирался на бруствер, чтобы лучше обозревать происходящее. Всё в огне. В дыму. Видны только неприятности.
Ну а вот и пошла окрошка, о которой я писал выше. Автор, такая парцелляция не добавляет динамики твоему тексту: парцелляция работает, когда её мало, тогда она подчёркивает нужный фрагмент. А писать так, как здесь — всё равно что писать полрассказа с подчёркиванием: непонятно, зачем, понятно только что раздражает взгляд. Почему не так?
Командир батареи пытался успевать везде: командовал, помогал заряжающим, то и дело забирался на бруствер, чтобы лучше обозревать происходящее. Всё в огне. В дыму. Видны только неприятности.
— вот в конце можно и оставить, если хочется, а вообще нужно следить за тем, чтобы каждое предложение выражало одну мысль, и нарушать это правило лишь тогда, когда знаешь, зачем.

Ну в общем, и весь рассказ так написан. Слабо, в общем. Единственное — любопытно узнать, вдохновлялся ли автор Толстым или нет.
Автор: Очень Хочется Кушать [offline] , 22.08.2026 21:49 | Отредактировано 22.08.2026 в 22:52 2

Отличный рассказ. Переложение классического батального эпизода на вархаммеровский манер очень освежило сцену и сделало ее гораздо интересней. Неоднократно видел, что современной молодежи тяжело воспринимать классические тексты. "Какие еще уланы, драгуны? Почему у одних значки, а у других конские хвосты? Так значит, это кавалерия и то и другое? А зачем тогда назвать по-разному? Ерунда какая-то."

А тут — крутотень. Легаты, гексаподы, либрарии... бинокуляры! И сразу подается под правильным патриотическим углом обзора: те, которые за нас — отважные богатыри, а имперцы... ну тоже ничего, пафос у них хороший, но против наших не катят. Что-то вроде пресловутых штурмовиков из "Звездных войн".

И текст бодрый. Правильный баланс описаний, диалогов и экшена создают легкоусвояемую основу. Пафосные римские термины придают эпичности, недотепа либрарий и недалекий легат улучшают вкус.

Косяки, конечно, есть и они снижают потенциал. В конкурсе рассказы читаются очень придирчиво и каждое неудачно подобранное слово будет замечено и учтено. Например, вот:
Имперцы отступили, оставляя на поле двух павших в грязь гексаподов
Гексаподы склоняется как "танк" а не как "лорд". То есть должно быть "оставляя в грязи два павших гексапода".

От размышлений капитана отвлек конский топот. Из-за леса появился один из штабных адъютантов на белом коне. Молодой совсем, подумал капитан, моложе его сына будет. Кого только не берут сейчас в офицеры. Скоро совсем дети пойдут.

Прямая речь не выделена. "Один из" лучше убрать оставить просто "штабной адьютанат". Пропущен знак вопроса после слова "офицеры".

Да и диалоги тоже можно бы перебрать. Кажется, военные не всегда по уставному разговаривают, но все же не так как гражданские. Добавить бы обращений "Ваше благородие", "разрешите обратиться", "так точно", вот этого. Стало бы лучше.

А вообще, в конкурсе как-то мало гексаподов и всякого такого. То ли их буллят тут, то ли что. Надо бы больше.
Автор: Gven Morange [offline] , 24.08.2026 18:22 | Отредактировано 25.08.2026 в 08:06 3

Я хочу заранее извиниться перед автором, потому что это сравнение может показаться обидным. Дело в том, что при прочтении мне вспомнилось великое "Очко Ужаса": ссылка. Там Кот валял дурака: так навалял, что ему тоже напихали от души. Заслуженно. Здесь автор, думаю всё же писал серьёзно, даже если это упражнение на тему "поместим Льва Николаевича в стимпанк" (без ОХК я бы этого не заметила).

Так вот первое, что меня в рассказе зацепило — это диалоги.

— Что у тебя?
— Одна артиллерийская батарея, возвели укрепления перед опушкой, расстреляли деревню зажигательными, когда мы подошли. Первую атаку отбили, так что я усилил штурмовую группу механизированной манипулой.
— Чьи у них штандарты?
— Кхм… — трибун помедлил. — Госпожи Молнии, но это всего одна батарея…


А вот как было у Кота:

— ПОЧЕМУ ЗАМОЛЧАЛ ПУЛЕМЁТ?!
— Товарищ майор, стволы закончились!
— А ВАША ВЕРА В СВЕТЛОЕ БУДУЩЕЕ ТОЖЕ ЗАКОНЧИЛАСЬ?!

Он, конечно, дурака валял, отсылки на Ваху делал — а всё равно разговор выглядит живее: да, так возможно и орал товарищ майор на военной войне. Трибун же как будто под седативами — велеречиво рассказывает, как они попали под обстрел, а потом и вовсе медлит. Чего ему медлить? Ну страшная эта Госпожа Молния, ну так что ж — ему сейчас объяснять надо, почему они всё батарею взять не могут. Самое время громко и чётко отвечать "Госпожи Молнии!", демонстрируя солдатскую удаль перед высоким начальством.

Ну бог с ним с Котом, он может быть не авторитет. Любезно воспользуемся предоставленным ОХК Толстым. Я, честно говоря, вовсе забыла эту сцену у него (я вообще слабовато помню ВиМ, чего уж), но я ещё не открыв страничку была уверена, что и у него будет иначе. Толстой вроде повоевать не успел (меня тут пихают под локоть и подсказывают: успел, то есть шарил как оно там), однако ж психологом был говорят неплохим.
— Ваше превосходительство, вот два трофея, — сказал Долохов, указывая на французскую шпагу и сумку. — Мною взят в плен офицер. Я остановил роту. — Долохов тяжело дышал от усталости; он говорил с остановками. — Вся рота может свидетельствовать. Прошу запомнить, ваше превосходительство!
— Хорошо, хорошо, — сказал полковой командир и обратился к майору Экономову.
Но Долохов не отошел; он развязал платок, дернул его и показал запекшуюся в волосах кровь.
— Рана штыком, я остался во фронте. Попомните, ваше превосходительство.
— Вот и он тоже посчитал что Долохов несмотря на необходимость расшаркиваться в обращении, в остальном отвечает отрывисто, четко, по делу. Так может говорить военный на военной войне.

А прикрытие так и не объявилось. Ссыкуны.
Слово "ссыкуны" мне показалось в тексте странным. Оно какое-то сермяжное, что ли, отлично подойдёт в "Славной охоте", но не тут. Да, это говорит простой солдат, но весь текст пронизан победным, могучим пафосом — здесь неуместны такие просторечия. Если солдаты ссутся, это уже другой рассказ. Верный слуга Госпожи Молний может разве что потеть от напряжения — тем и справляет нужду.

Вообще рассказ у меня не оставил резко негативного впечатления как у ОХК, потому что от пафоса я не крючусь. Но мне кажется рассказ мог быть гораздо живее если бы автор немного больше уделил время тому, чтобы поразмыслить, как люди могли разговаривать на войне — яркая речь ещё никакому рассказу не вредила, тем более дизельпанковскому боевичку.

Капитан смотрел на сигару в руке и радовался, что потерял пистолет. Слишком велик был соблазн застрелиться.А вот этот момент меня оставил в недоумении. Чего ж ему стреляться? По сюжету вовсе непонятно, за что его могут наказать. Ну проявил неуместную доблесть, ну так за такое не карают. Депрессии какой-то лютой у капитана тоже не изображено. Да, грустит что молодняк начинают в жернова кидать — ну так что ж, на войне как на войне.

В общем, больше шероховатостей в тексте меня сильнее цепляет странная психология нарисованных персонажей.
Автор: Digital [M] [online] , 25.08.2026 07:33 | Отредактировано 25.08.2026 в 08:12 4

Если вставить какую-то технику на пару или на дизеле в рассказ, он не становится резко рассказом в сеттинге стимпанка/дизельпанка. Подобная проблема была в шеви виски овердрайв (отличный пример, чтобы на него отсылаться в разных рассказах выходит), то же самое присутствует и здесь.
А в общем-то это просто рассказ про войну между имперцами и республиканцами, где есть артиллерийские пушки и гексаподы на дизеле, но нет световых мечей и джедаев. За счет военной тематики рассказ приближается к эстетике дизельпанка, но именно что приближается, её саму автор не ухватил и не показал, поэтому кмк нещитово.

В целом рассказ ровный, как пацан, но большой заинтересованности у меня не вызвал. Просто не моё. А так вполне себе.
Автор: Romay [offline] , 25.08.2026 11:02 5

ссылка

Инвайт линк в дискорд сервер, если кто тут бывает, но про то не знает.
Тут вам расскажут про историческое значение Куликовской битвы, плавания Васко да Гамы и проблемы русского рэпа.

Не смешно, зато про войну ©
Довольно бодренько, в целом брутально. Тут, как и с Шеви-виски я не прям соглашусь с Ромаем, дизельпанк, как дизельпанк. Сила воображения могучая штука.
Честно говоря, не очень шарю в военных рассказах, но идею мне навеяло рецензией Диджитал. Я бы предлагал бы действительно зайти со стороны помянутого ею Очка Ужаса, но в положительном ключе. И писать ган-порно. С горячими гильзами, потными мужиками, с дымящимися стволами и т.д. И мягкое содержимое гексаподов раскрыть подробнее. Так-то понятно, что люди, но чем они там заняты? Педальки, рычаги, стрелочные индикаторы. Вот такое вот. Как, собственно, в Шеви.

А ещё мы снова бы протащили на конкурс один из разделов желто-черного ютуба. Ибо тема прона не раскрыта в достаточной степени. Старается только ледяная лошадь и та, спустя рукава.
Автор: Вилли [offline] , 25.08.2026 21:35 | Отредактировано 25.08.2026 в 21:36 6

Сеттинг: симпанк / дизельпанк
Симпанк одобряю!

Люблю этот дымяще-грохочущий сеттинг, и автор постарался, создал нам яркие образы шагающих гигантских автоматонов на угле, бинокуляры и механические протезы, правда оставив при этом довольно много эстетики римской империи. В целом, почему бы и нет, неплохое допущение, вот только тога, как мне кажется, все-таки уже перегиб.
Сам по себе сюжет неплох. Защитники своей нахальной упертостью до такой степени вводят в заблуждение атакующих, что те увериваются в засадах, ловушках, хитрых планах, ложных маневрах и подчистую сливают бой. Парадокс усугубляется тем, что в защитников не верят и их собственные руководители, давая приказ бросить позиции и отступать. Подобные коллизии хотя и встречаются в литературе/кинематографе, все же не теряют своей актуальности и привлекательности, главное – живенько и динамично все это преподнести.

И тут есть над чем поработать автору, как мне кажется. Старательно созданная диспозиция в первой части была бы веселее и менее тяжкой, если бы текст носил не описательный, а активный характер.
Показать защитников через диалоги, дать им пару-тройку имен – и многоэтажные описания упростились бы и стали увлекательней. Тут можно было бы, как это сделано в третьей части, через диалоги и каким-то характерные нюансы поведения обозначить индивидуальность капитана, и какого-то пушкаря, например, чтобы мы в конце рассказа им искренне посочувствовали.

Вот например
То и дело забирался на бруствер, чтобы лучше обозревать происходящее. Всё в огне. В дыму. Видны только неприятности.
Фраза "Видны только неприятности" - классная! Она должна быть не в авторском тексте, а вложена в уста капитана.

Буквально: - Что там [должность-имя]?
– Всё в огне, в дыму. Видны только неприятности.

К слову, капитану, во-первых, не хватает имени. В самом деле, легат Марций Брацила (сорян, если переврала) заслужил имя, а главный герой рассказа остался безымянным.
Во-вторых, меня немного удивляет это "капитан". В целом-то, в вымышленном дизельпанковском Риме могло бы быть и такое, наверное, но в сочетании с имперскими манипулами и легатами выглядит несколько чужеродно.

Еще пару придирок по тексту - некритично, но:
Не будь ты сыном сестры, уже бы тебя разжаловал.
Сыном своей сестры, сказала бы Фиолетта Пасквиль, и сразу стало бы понятно, что этот недалекий трибун просто жертва близкородственных браков :DD
Стоило конкретизировать, да, что там за сестра.

— Командир! Не было никакого приказа! А мы победили! Зачем опять отступаем? Всегда отступаем!
Непонятно, кто это сказал. Без пояснения выглядит, будто это выкрикнул уезжающий адьютант

Про уже упомянутое мягкое чрево:
«Мягкое чрево» у железной бронированной махины, ну-ну. Что у нём мягкого?
Если мягкого в нем было – сидящие внутри люди, то можно было вот это кровь-кишки тогда вывернуть.

9999 знаков означает, что автор безжалостно резал текст. Я бы предложила больше уделить внимания капитану и меньше - трибуну. Сократить описательную первую часть, напихав емких коротких диалогов, и за счет этого привлечь больше читателей на сторону капитана.

В целом, рассказ вполне себе да. Тема - чек.
Автор: Fiona El Tor [M] [offline] , 26.08.2026 12:58 7

Рассказ, насколько я понял, про хаос живого боя и всратость командования. Хитроумный легат, закалённый в тысячах боёв ветеран, способный одной рукой свернуть горы, переигрывает сам себя и приказывает отступить из уже выигранной битвы, опасаясь славы не проигравшей ни одного сражения Молнии — потому что бесплатный сыр только в мышеловке, а значит одинокая батарея это хитроумная западня. Командир батареи празднует победу, уверенный, что имперцы бегут, не способные взять его бастион. Госпожи Молнии, судя по всему, нигде рядом никогда не было — батарея не отступила вовремя из-за фронтовой неразберихи в верхах, и, возможно, какого-нибудь разрыва в цепочке командование. В итоге выходит, что все стороны одновременно на разные лады и проиграли, и победили, а как-то так, вероятно, и выглядит в отдельные моменты война. Это про то, что есть в рассказе хорошо. Плохого, впрочем, тут больше.

В основной части истории у нас два главных действующих лица — трибун и легат, и либрарий в качестве точки POVа. Без дополнительного ресёрча эти слова — трибун и легат — мне, как читателю, говорят не так много. Я примерно представляю, что они относятся к Риму, но не готов сходу выстроить иерархию подчинения между ними. Экспозиция показывает следующее: матёрый, закалённый в боях военачальник прибывает к вальяжному, развалившемуся с винишком на диване трибуну. Эта экспозиция однозначно утверждает: трибун тут босс, может себе позволить, потому что легат ему не указ. Потому что в такой ситуации любой нормальный подчинённый (а, как выяснится чуть позже, это ещё и офицер) — подскочит, поприветствует командира, попытается собраться и оправдаться, чтобы не отхватить. Тем более, когда ты оборзел настолько показательно, а твой командир — живая легенда полей войны, блистательный тактик в дыму и пепле. Трибун этого не делает, даже не напрягается — из чего я делаю вывод, что он тут главный, и у нас что-то вроде дуэта Ваймс-Ветинари…

Но нет. Буквально следующий абзац прямо говорит нам, что главный — легат, да ещё и не просто легат, а один из трёх легатов, которые командуют, как видно, армией всей империи, или хотя бы её армиями на этом фронте, и дальше прямо говорится, что трибун его подчинённый — и не просто гражданский депутат, а какой-то там офицер. И в этот момент моё доверие к истории разрушено полностью, я читаю не военную драму и не фентези, а какой-то фарс, ситком, в котором не хватает разве что закадрового смеха. С этого момента я начинаю докапываться ко всему, что читаю, и мир, нарисованный автором по картинкам с головы, но не особо продуманный, начинает неизбежно расползаться по швам.

Не надо так. Идея у рассказа была хорошая.
Автор: Akkarin [M] [offline] , 28.08.2026 12:51 8

Вообще, что в рассказе вышло хорошо, так это госпожа Молния — пара фраз, а уже чувствуется фактурность, глубинный лор, трепет, штандарт её представляется.
Жаль, что госпожи Молнии в рассказе нет.
Автор: Akkarin [M] [offline] , 28.08.2026 13:36 9

Отсек машиновозничего смяло и разорвало
Я смотрю автор пускает в тяжелую артилерию в ход!
Могу только одобрить подобные заходы с козырей.
бронированного исполина на землю.
А вот это зря. Очень уж штамп избит "бронированный исполин". Проблема в самой идее даже что должно быть что-то величественное на пафосе иначе не проконает. Недостаточно тапка в пол. Сразу всё это опошляет как-то.
что она — любимое дитя бога войны, даже сейчас, когда на поля сражений вышли шагающие бронемашины,
Заменить "шагающие" на "бегающие" и как бы сразу оживился этот сеттинг. Но нет, только Ходящий Замок Миядзаки и не иначе. На меньшее читатели не согласны! Когда пишешь по густо покрытому штампами сеттингу, имхо — автору нужно быть немного сапёром. Смысл тут в том чтобы выбрать не заежанных вконец кляч, а тёмных лошадок и как выстрелить ими с двух стволов. Тогда и ощущение новизны и приятная ностальгия по тем временам когда только знакомился с этим сеттингом. Увы, увы!
Видны только неприятности.
Отличное остроумное предложение и к месту вкручено.
Словно сеяли в песок, но постепенно пули находили цели. Ряды пушкарей редели.
А вот это уже пошло скушное, потому что автор не трудиться пояснить из чего они там стреляли. Оно для него очевидно — из чего-то там стреляли! Не суть. Но читатель разбалованный огнебалистами ждёт карманных катапульт или на худой конец ракетных дротикометателей.

Вообще начало очень раслабленное, интриги нет. Героев почти нет. Героическая батарея? Ну да, но в то же время сам автор рассказывает отстраненно. Имперцы, республики всё для него лишь линии и полосы на холсте баталии.

Дальше вводится настоящие герои, но когда уже к середине повествования. Я не верю что можно разогнать сочувствие к ним так быстро. Атлет-генерал и либрарий-простак. Второй нужен для контраста, чтобы своим недотёпством выделять генерала как полководца. Но что-то в этом всё есть. Не в сеттинговом пласте рассказа, а в драматическом — это взятое жанровое клише, пожалуй. Сразу вспоминаешь Швейка, вспоминаешь ДонКихота. Не думаю что автор именно напирал на комическое противостояние, но вышло слегка смешно. И я не стану как ОХК призывать ОПРЕДЕЛИТЬСЯ РАЗ И НАВСЕГДА серьёзно ли ты пишешь, я похвалю за это — юмор делает читателя соучастником, он бафает погружение. Смейтесь к месту и всё будет отлично.

Имперцы отступили, оставляя на поле двух павших в грязь гексаподов, сокрушенных гигантов, из-под которых разливались и горели дизельные озёра «крови».
Автор умеет составлять красивые картинки. Это тот дизельпанк что нам нужен, хотя и мог быть лучше. Ну да я просто ворчу. Отлично автор, отлично!
Когда он глядел на два своих разбитых орудия и убитых своих славных пушкарей, то думал не о победе
Есть что-то в этом сеттинге от Суворова. Все эти гренадёры, чудо-богатыри. Это вот правильно взятый рефенс))
Осёкшись, юноша поспешно развернулся и пришпорил коня, на ходу выкрикнув приказ ещё раз.
Вот это конечно твист всем твистам. То что приказа не было меркнит на фоне.
Думающий головой связновой — это вот неправдоподобие сгубившее финал. Такого не бывает, тем более на долгой войне. Взглянул. Осознал. Осёкся. Нет. Фентази какое-то.

Но в целом то, на круг как говориться очень даже. Зарисовка что надо было приятно почитать.
Тема - чек, хотя и без выдумки. Чисто по клише прошёлся, осталость только ещё всунуть про пилотные очки на шляпе и полный комплект. Даже женщина вамп найдётся если поискать — Молния. Сводит с ума легатов только в путь.
Подтекст — побеждает тот кто сумеет совершить на одну непростительную ошибку меньше чем неприятель.

Автор поработай с фактурой! Ты хорош, но слишком трусишь боясь дать разгуляться фантазии(а вдруг читатели не примут? Тут когда пишешь про сеттинг — примут). Я чую слабую ауру!
Автор: школьнек [offline] , 29.08.2026 13:07 10

Симпанк одобряю!
Неописуемое!
Автор: школьнек [offline] , 29.08.2026 13:08 11

Ну… ну… Виктория… Не любят у нас такие рассказы. Избито, пошло и всё такое, а мне норм. Тем более, что мне вспомнился даже не Толстой, а какой-то другой фильм с много-ходов-очками, где противоборствующие стороны умудрялись перехитрить сами себя в выводах. Много вопросов к, мать её, фактуре, автор и ранее на таком регулярно сыпался, но да и ладно. С текстом определённо стоило поработать, в этом отзывы ОХК невероятно полезны.
Автор: WarCat [offline] , 30.08.2026 17:20 12

Боудика в дизельпанке. Ну мне тут сложно что-то сказать. Описание сражений (как и всего, для чего мне сложно найти аналогии в жизни) лично для меня является проблемой. Я это делать не умею, я это собственно и не делаю почти никогда.
Автор взял на себя сложную задачу и в целом, на мой взгляд, вышло небезынтересно.
Автор: SolohinLex [M] [offline] , 30.08.2026 17:47 13

↑