Мугруб и Петер после взрыва телепорта обнаружили себя посреди овсяного поля. К западу от них, за акрами нежно-зелёных, едва набирающих силу колосьев виднелся лес. На путешественников высокомерно, сверху вниз, поглядывало чучело в яркой рваной рубахе.
Некоторое время ушло у Петера на то, чтобы навести ритуал поиска — истощённый сильным заклинанием и последовавшей за ним магической бурей, он никак не мог сфокусировать энергию. Наконец, линии диаграммы слабо засветились сквозь стебли овса с тихим потрескиванием.
Первым поиск нашёл Баскуля. Тот оказался недалеко, и уже через час они встретили его вместе с Линксом на окраине леса, где сатир метался, охваченный тревогой за товарищей. На поиск Ки и Лотча потребовалось больше времени, ниточка заклинания сбивалась и закручивалась, пытаясь пройти через центр леса; однако и это наконец удалось.
Закат уже почти отгорел, последние краски сходили с тёмного неба, когда Линкс вскочил и с тявканьем бросился по тракту, откуда вышли Ки и Лотч, усталые после целого дня перехода, но подозрительно довольные, в сопровождении трактирщика Крагима и скелета с объёмным тюком на костлявом плече.
* * *
— Это будет хорошая история, — сказал Крагим Ки за час до этого. Он широко ухмылялся каждый раз, когда вспоминал тот ритуал, что они устроили, — Не знаю, впрочем, стоит ли её рассказывать. Герои, помогающие некроманту сбежать... Мало тех, кто поймёт. Ваша работа может стать сильно сложнее. А может... — он вздохнул, — может, миру и нужны такие герои.
* * *
В центре леса останется незаживающая рана; но его окраины быстро стряхнут с себя наваждение ползучей порчи. Священную рощу ещё много лет не рискнут тронуть даже самые отчаянные бароновы дровосеки. В деревушке Лоувейл проклянут Тирока, а героев не пустят даже за ограду; однако до Ки и Мугруба ещё не раз дойдут слухи о страстном проповеднике, чьи пламенные речи не умалит даже пустая пивная бутылка, с которой он никогда не расстаётся. Впереди долгие дороги, новые приключения, дубрава, готовая принять отдалённого родственника.
А пока восточная окраина леса оглашается радостными приветственными окликами, объятьями, распросами, взрывами смеха и счастливым тявканьем. Они живы, вместе и совершенно не там, где ожидали оказаться в начале — это ли не лучшее в геройской жизни?