Прошло... ну, сколько-то времени прошло. Подсчет дней велся, разумеется. Но они мало что значили. Все сводилось к одному значению – готов Джерри или не готов? Наверное, сроки имели значение для Дикого, наставников. Но для Уилсона они были эфемерны. Готов он или нет? И кто решает, готов ли?
Он относительно успешно социализировался в коллектив, как-то выстроил отношения со старшими, сдружился с Рисой, героически преодолел страх к собачьим. Старался помогать, чем мог, больше, конечно, по своей, ружейной части, но и вообще не косил от остальных просьб и приказов, просто тут мог больше. Не так активно, как Риса, но все-таки освоился в пространстве. Натаскал Бульдога (из Марисы тот еще ветеринар, самец, конечно), больше по принципу "от простого к простому", и машина для убийств из Бульки (прозвище для друзей) не получилась, но зато вышел хороший курьер-ищейка и носитель пары противотанковых мин. Ну ладно, не настолько выносливый, но одну точно бы унес.
Активно качался, конечно. Песчаные поход, поездка и полет четко обозначили: будешь медленно бегать – сдохнешь. Условно, конечно. И дыхалка, и мышцы – надо было качать все, и Джерри горько вспоминал беззаботную юность, где на него было всем насрать, сдохнет он через километр или хотя бы через три, где не было ментора, примера для подражания. Здесь же отставать было просто стыдно.
Учился, конечно. Не сказать, чтобы Джерри был благодарным учеником. Но он был никаким. И из него можно было лепить. Лепился сам и давал лепить другим. Предложение Рисы на совместные пострелушки как-то забылись. Он жадно учился сам, впитывал все, что мог, и вкупе с постоянным физическими упражнениями изматывал себя до изнеможения. Физический прогресс если и был, то какой-то не объемный. Джерри становился скорее жилистым и высушенным, чем мощным и массивным.
Теоретически и даже чуть-чуть практически он уже многое мог.
Мог пробежать в снаряжении сто метров за 15 секунд и километр за 5 минут. Мог забросить себя в оконный проем и спрыгнуть со второго этажа. Мог спуститься по веревке и забраться по шесту. Мог провести захват, сделать подсечку, уйти от ножа и прыгнуть от гранаты. Мог пристрелять пистолет на 25 метров и винтовку на 100. Мог забросить гранату метров на тридцать и забросить ее в окно так, чтобы она никуда не отскочила. Мог построить группу поисковой колонной, клином, каре, елочкой, мог выстроить систему огня так, чтобы вести оборону до истечения боеприпасов. Мог охватить кольцом и разорвать контакт. Мог поставить противопехотную мину на неизвлекаемость, а из противотанковой сделать несколько штурмовых зарядов. Мог на сухую провести раскоп и выкопать ловушку. Мог наложить жгут и сварганить простенькую шину. Мог построить шалаш и сложить опору одним выстрелом тяжелого гранатомета. Мог быстро одеться в химзащиту, отработать на зараженном участке местности и правильно химзу снять. Мог привязаться к местности и даже попытаться провести триангуляцию. Мог отличить "блендер" от "аквариума" и обычный куст от плотоядного. Знал, насколько можно подпустить живность, чтобы высадить в нее смертельное количество дроби. Мог нанести смертельный удар ножом сзади в шею и смотря глаза в глаза, выстрелить в человека.
Доказать это он пока не мог. Сможет ли он это в реальной обстановке – вопрос. Джерри уже не рос так быстро, как Бульдог, но он был, по факту, таким же щенком. Но, во всяком случае, чувствовал он себя щенком из породы волчьих.
Готов ли он?