Кин, хохтнув и закинув меч на плечи, пошел к храму. За резными воротами с фигурами привратников, начиналась ровная мощенная каменными блоками площадка, где практиковаться вдвоем с мечами было бы уже тесновато. Кин переступил через осиротевшую метлу. Сразу направо от ворот, под навесом с фигурной маленькой крышей колокол. В глубине площадки – главное здание. Квадратное, в полтора этажа с приподнятой крышей, словно желающее стать пагодой, но немого не дотянувшееся, опоясано верандой хисаси с резными перилами и потрескавшимися от времени деревянными колоннами. За главным зданием виден бок хижины поменьше, да кладка дров.
Когда Кин ступил на первую ступеньку ко входу в храм, он заметил, как поспешно закрылась дверь – должно быть местный наблюдал в щель, но при приближении воина решил не рисковать. Впрочем, его слова оказались достаточно убедительными – к моменту, когда Кин поднялся на хисаси дверь снова приоткрылась.
— Простите, я не ждала что кто-ни... Уйааа!
Открыла двери маленькая худая девушка, почти на пол головы ниже Кина. Говорить она начала, краснея и глядя в пол, но потом стала поднимать взгляд и увидела Эиси, торопливо снимающего одежду. Дверь захлопнулась прямо перед носом Кина, едва не стукнув его. Внутри громыхнул засов и, кажется, стали двигать что-то тяжелое.
Тем временем, Ху Лин поднялась бегом по тропинке к храму и первым кого она увидела был Усянь, устроившийся у самых ворот, откуда открывался отличнейший вид на долину, и с аппетитом уплетающий немудренный, но добрый обед.
Усянь, впрочем, хоть и выглядел совершенно расслабленным был начеку. Мастера Сатоши он и правда разглядел – тот явно не собирался подниматься к храму, или как-то контролировать учеников. Он на пару с господином Унаги сидел на берегу речки и отхлебывал что-то из кувшина.
Деревня в этот час выглядела вымершей – крестьяне еще не вернулись с полей. Только несколько маленьких детей гоняли собаку по единственной улочке. Тем заметнее оказались два самурая, неспеша прогуливающиеся по другому берегу реки от поместья в сторону озера. Расстояние до них было великовато, но мечи сложно было спутать с чем-то еще. Один из самураев был высоким, другой широким.