То, как одним ударом Владмира зарубила бледнокожего судью, а следом чуть было не достала шею Тибора. Чудо помешало кровавому круговороту смерти утянуть и его за собой, сохранить буйную головушку на собственных плечах. Перед мысленным взором купца в краткий миг пролетела вся его жизнь, а последним задержавшимся в этом калейдоскопе образов была дикая сцена с его собственной башкой, висящей на стене среди охотничьих трофеев. Отвратительная пухлая рожа портила всю картину. Тибор не успел выйти из оцепенения, а его товарищи уже включили грозную атаманшу к длинному списку жертв сегодняшней ночи. Тучный торговец, смертельно уставший и внезапно бледный подошёл к умирающей женщине и заглянул ей в глаза.
– Почему ты не хочешь умереть?! Смерть хороша, – произнёс Тибор мрачным голосом, принадлежавшим будто совсем другому человеку.
Когда-то услышанные им слова вдруг всплыли в памяти Младшего и самым противоестественным образом слетели с языка. Тибор вспомнил, как пару недель на пиру юный студиозус, чем-то весьма напоминавший Освальда, желая продемонстрировать образованность и эрудицию, процитировал за столом давно почившего философа. Тогда купец из Заозёрья расхохотался, столь нелепыми показались ему слова учёного старца, видимо, ни дня в своей жизни не работавшего, а лишь маравшего бумагу и испражнявшегося в вечность подобными афоризмами. Отчего Тибор произнёс теперь эти слова? Он сам превращался в философа? Возможно. Эта насыщенная событиями ночь сильно его изменила. Из купца и мясника он превратился в умелого убийцу. Теперь вот философствовал. Какие амплуа предстоит ему примерить в будущем? Рыцаря без страха и упрёка, героя-любовника? Время покажет.
Атаманша тем временем испустила последний вздох. Теперь на Тибора смотрели пустые мёртвые глаза некогда красивой женщины. Пару мгновений назад купец не испытывал к ней ничего кроме лютой ненависти, она была врагом, чертовски опасным и готовым отнять его собственную жизнь. А ещё на ней висела вся ответственность за устроенное сегодняшней ночью побоище, все эти ненужные смерти: Элерион, Авель, Алар, Амири и другие. Ради чего всё этого? Ради глупых амбиций, желания показать миру, что ты чего-то стоишь? Вот показала, лежишь мёртвая на грязном полу и стоишь ровно столько, сколько дадут за твой татуированный труп. Родители нарекли тебя Владмирой, ожидая великих свершений, власти над миром, а ты вон что устроила. Глупо и жалко. Сострадание к мёртвому врагу, что к нему уж точно бы никаких тёплых чувств не испытал бы, открыло какие-то новые грани в душе Тибора. Он позволил себе опуститься на колено и закрыть покойнице глаза.
К тому моменту, как купец вернулся из размышлений в реальность, ведьма была готова шагнуть в портал и стращала героев прощальной речью. Из её жутких обещаний выходило, что Шолта, вероятно, и была той, кто дёргал атаманшу за ниточки, кто подбил её на этот суицидальный «подвиг», в котором вся банда «Чёрных Слёз» и закончила свой бесславный путь. И кто, чёрт возьми, этот Король-Светоч? Очередной преступный авторитет? Большая шишка среди ведьм и колдунов? Тибор не знал никого с таким титулом, да и из королей мог сейчас назвать лишь Нолески Суртова, правившего Бревоем. Вот он на роль светоча никак не тянул, да и королём был с большой натяжкой.
– Мы обязательно встретимся, Шолта, с тобой и с твоим королём, – бросил ведьме на прощание Тибор, осклабившись. – И в следующий раз я всё-таки тебя убью.
И вот кто сейчас Тибора за язык тянул? Какая-то нелепая дурь ему в башку стукнула, желание показать себя крутым перед какой-то девкой. Как молокосос себя повёл. Не стоило сыпать такими обещаниями, превращая политическую или криминальную историю (мотивы ведьмы и её патрона были для купца загадкой) в личную вендетту. Ох, хорошо это не могло закончиться, Шолта себя показала умелой и хитрой противницей, у которой арсенал скверных приёмчиков и подлянок. Теперь и вправду придётся с открытыми глазами спать, или охрану нанимать, или бросать к чертям всю эту затею с Украденными Землями и домой в Заозёрье ехать. Последняя мысль всё более соблазнительной казалась.
– Замечу, что пару душегубов мы всё-таки взяли живыми, – заметил Тибор для хозяйки поместья, когда ведьма их покинула. – Отдыхают возле наших спален. Уверен, вам будет интересно с ними побеседовать.
А после этого была ещё пара стычек с уцелевшими бандитами, с которыми теперь расправлялись легко и непринуждённо, будто изводили крыс, наводнивших погреб. Когда с делом освобождения поместья было покончено, Тибор удалился в опочивальню досматривать столь грубо прерванный сон. Сердце его обуревали сомнения относительно того, чем обернётся для него дальнейшее участие в деле освобождения Украденных Земель. Теперь, когда он на собственном опыте испытал, что такое сражения и смерти, когда узнал, что у него есть опасные враги, когда понял, насколько уязвимыми могут быть даже столь влиятельные особы как Джаманди Алдори, радужные фантазии о собственном баронстве столкнулись с жестокой реальностью. Всё это надобно было обмозговать, как следует, но смертельная усталость навалилась на Тибора и утянула его в сладкие объятья сна.