Путь выдался тревожным. Колпак то и дело озирался, вглядываясь в тёмные провалы закоулков. Осознание содеянного настигло его только сейчас, когда он остался совершенно один.
Массивная дверь таверны почему-то вызвала в нём приступ неведомой прежде тревоги. Впервые в жизни он боялся переступить порог.
Впрочем, вероятнее всего, это был просто стыд.
Наверняка группа уже успела сообщить о его поспешном бегстве. У него тогда имелась причина, но как теперь объяснить всем, что всё оказалось не просто напрасным, а обернулось ещё худшим? И виной всему - он сам, Колпак.
Он мялся неподалёку, переступая с ноги на ногу, нервно затягивался трубкой и рассеянно смотрел вдаль, тщетно подыскивая нужные слова. Рука машинально перебирала белую шерсть Ласки, пытаясь хоть как-то унять дрожь, разлившуюся по телу.
Рано или поздно следовало войти.
Тяжело выдохнув, парень крепче сжал поводок и толкнул дверь.
Внутри, как прежде, было тепло. Приятный аромат ласкал ноздри. В любой другой день Колпак громогласно объявил бы о своём появлении, сверкнув нахальной улыбкой, - но сегодня, увы, был не тот случай.
Чародей глубоко вздохнул и направился к стойке.
- Привет, Калин... - несвойственно тихо прохрипел чародей. - Я тут собак завёл...
Он указал на двух собак: тёмную с белой мордой и белую с чёрными пятнами, напоминающими кляксы.
- Тёмненькая - это Задира. Она самая активная. Непослушная, очень играть любит. А светленькая - это Ласка. Она самая спокойная и ласковая. Слушается, почти не лает. Вот...