Не термояд. Странно стало. Не скажу, что расстроился, но подугас как будто. Да и кто бы не подугас: хотел исчезнуть в ослепительных лучах для этого мира и пребывать вечно в мире горнем, а тут стою гаже смерти - ободранный, осипший. Ещë и перила кинотеатра пивом кто-то обоссал.
Обернулся, кстати, на него, на кинотеатр-то. До того на автобус похож, что менее насмотренный зритель и перепутает. Ну да и дьябло с ним, стоит - пусть себе стоит. А я покинул его двойное узилище. Признаться, я и не любил ведь кинотеатры вообще - зачем пошëл?
Махнул рукой, тихо захихикав-забулькав, и глядя внутрь себя. Пустой вопрос! Даже точнее будет сказать: "говно вопрос". А вот важный: и куда же я теперь вышел? Вынул взгляд изнутри и вперил его - блестящий, стеклянный, уже и снова весëлый какой-то - вовне. Бесконечная мглистая бездна с кактусами меня окружает. Через неë - бесконечная же, подстать ей - дорога. Так, не густо, но и не забудешь про них, ещë вот лежат... Тут, там... А сверху нависла Вечность. Сразу над тонким слоем чего-то, чем ещë человеку можно дышать. Надежды, что ли? В общем, картина-то эсхатологическая на самом деле. Под стать моему квесту и без термояда.
Сделал хрустящий шаг вперëд и замер, покачиваясь. Прохладно здесь. Но не как там, с сеньоритой Вентиляцией. Суше и теплее, а всë же прохладно, потому что нет тесноты.
Вернулся глазами к горящему в пустыне столбу. Понаблюдал его. Покачал головой: вот так и я.
Хорошо всë же, что не разлетелись с чудовищной скоростью эти маленькие бесы, как их... Бозоны и Аксоны. И их подружка Нейтрино. Они, как в том мультике про мишку-торопыжку. Торопятся, несутся. А к чему суета? От неë только ужас и горечь, и стыд. Спросите об этом у любого Мишки Марвина.
Заплакал. Нет, сел вот прямо на землю, накрыл голову руками и зарыдал.