Волк холодно улыбался, глядя на титана, который с рёвом циркулярных пил, полыхая инфернальным пламенем в единственном глазу, появился из тучи оседающего пепла и дыма. Воистину демоническое чудовище, порождение извращённой и изломанной воли — тварь, которая существует вопреки всем доводам рассудка и здравого смысла. Тварь, которая не должна была существовать, но всё-таки существует. И если ни Триглав, ни какое-либо другое всемогущее божество из числа тех десятков божков, имена которых за годы скитаний услышал и забыл Волк, не позаботились о том, чтобы исправить это недоразумение, то кому-то придётся взять дело в свои руки. Одного взгляда на Циклопа было достаточно, чтобы понять — перед Волком был достойный противник.
Двум чудовищам в Снежногорске будет чересчур тесно. Но Волк знал кое-что, что было неизвестно Циклопу. Вне зависимости от исхода их противостояния, Циклоп уже проиграл — он выступил не против одного человека, не против города, но против Империи. И даже если Волк умрёт здесь сегодня, на его место встанет новый охотник — поднимет выпавшее из рук знамя. Если потребуется, сюда прибудут три, пять, десяток новых охотников. Жернова Урсуса медлительны, но неотвратимы, и скорее рано, чем поздно, они способны перемолоть всё. Но если Волк проиграет, это приведёт к новым жертвам. Потребуются десятки часов бюрократического процесса, прежде чем к задаче будет представлен новый Клинок. Это было бы… нежелательно. И Волк не собирался проигрывать.
– Действуйте на своё усмотрение, – рявкнул он в эфир, отдавая распоряжение. – Не подставляться. Не умирать.
Последнее Волк произносил уже на ходу, шагая навстречу ревущему, вздымающему визжащие циркулярные пилы Циклопу. Кончик клинка в опущенной руке скользил над самым асфальтом. Волк казался медлительным, нерасторопным, почти расслабленным — крошечная фигурка в сером на фоне стального титана. Эта фигурка чуть подрагивала, словно вокруг неё висело летнее марево. Чёрный туман расходился в стороны с каждым шагом, окутывая Предвестника.
Ты не знаешь, с кем связалось, чудовище. Это мои люди, мой город, моя земля.