22:30-3:00 Глен, полицейский участок №1
Дорога до полицейского участка №1 пролегала через едва успевший освободиться после дневного оцепления Глен. Окна автобуса, обитые перфорированным железом, едва-едва пропускали свет разноцветных гирлянд неоновых вывесок и билбордов. Старик, посаженный в самом конце не умолкал, продолжая нести чушь о скором конце в техногенных объятьях нео хаоса. Парочка влюблённых, поначалу напуганная произошедшим, к середине пути заливисто смеялись, воспринимая события как неожиданное приключение, которое непременно только укрепит их отношения. Какой-то панк за спиной Сэма периодически улюлюкал, в ответ на апокалипсические бредни старика, замолкая лишь когда мимо проходил бронированный полицейский с умным ружьём в руках.
В участок заводили одной колонной, предварительно выстроив всех на плацдарме у входа. Отдельный вход для заключённых представлял собой шлюз из двух железных дверей, с дублирующий их решёткой. Красная сетка сканирующего лазера начинала мельтешить по помещению, как только один из заключённых пересекал невидимую глазу черту. На долю секунду глаза Райнера заволокло багровой вспышкой сканера и, не успев даже проморгаться, тот док почувствовал крепкую руку, проталкивающую вперёд, в широкую комнату с тремя дверьми, широким столом и ящиками для личных вещей. За столом сидела пухловатая женщина, которая занималась описью вещей заключённых. Одна из дверей выводила в длинный коридор, наполненный с обоих сторон ярко освещёнными клетками, с разношёрстной публикой. Не стоило удивляться и тому, что в помещении было так тихо, что звуки марширующих вдоль коридора стражей порядка дважды отскакивали эхом от стен и потолков. Встречающий на входе в тюрьму комиссар, с широко расставленными ногами и спрятанными за спиной руками звучным басом произнёс.
– Сохраняйте порядок и требования, установленные внутренним уставом. А именно: запрещено общение между камерами, громкие крики, неподобающее поведение, провокации, ведущие к беспорядку и нарушению режима. Запрещено высказывать мнение и жалобы о внутреннем распорядке, работе надзирательных органов и обслуживающего персонала. Разрешено сидеть на койках, читать взятую ранее литературу, общаться внутри собственной камеры. Вы сможете высказать жалобы и требования в отведённое для этого время и в отведённом месте. На ужин вы уже опоздали, завтрак в семь утра. Сейчас вас сопроводят в выделенные для вас камеры и поочерёдно выведут на допрос. В случае сопротивления, администрация будет вынуждена применить меры.
– Ебанная фашня! – сплюнув выругался панк, стоящий в паре человек позади от Сэма.
Раздался характерный звук тазера и шум повалившегося на пол тела. Двое полицейский, заломив локти задержанного, выволокли его колонны и оттащили в открывшуюся камеру в конце коридора. Уже в ней снова раздался звук тазера и пара смачных ударов.
– Благодарю за демонстрацию, – провожая взглядом полицейских, обратился к ним надзиратель.
Сэм провёл в этой тишине около двух часов. Вместе с ним в камере оказались та самая влюблённая парочка и чернокожий мужчина в обносках, чью шею покрывала толстая короста трихофитии. Без какого-либо стеснения, бездомный тут же улёгся на одну из двух коек, даже не снимая обуви. На замечание одного из надзирателей, тот что-то ответил на незнакомом Сэму языке и повернулся лицом к стене. Веселья у влюблённых поубавилось, и девушка тревожно искала выход из ситуации, припоминая знакомых и близких со связями.
Когда Сэма вызвали на допрос, перевалило за полночь, толстый мужчина в белой рубашке, с тёмными пятнами пота в районе подмышек и груди, устало всмотрелся в лицо дока.
- А вот и тот самый Райнер, любитель юных эджранершь и бывший владелец личной клиники в Старой Европе. Дерьмо случается, Сэм, дерьмо случается…
Офицер Бёрнс не жестил, проводя допрос весьма панибратски, без криков и даже лишней иронии. Скучающе, он выслушал версию Райнера, о том, что тот ждал девчёнку, которая попросила проследить за ней, так как ту попросили забрать какую-то посылку, а она волновалась, так как ребята были из преступного мира, что ему стало жалко и он не смог отказать, всё то, о чём они успели договориться с Хекс ещё у МайндНатз Ловерс. Под конец, лейтенант спросил Сэма, есть ли тому, где переночевать и, не получив однозначного ответа, порекомендовал тому одно из мест в южном НС.
Райнер вышел из участка ближе к трём, когда тёмнокоричневое небо над головой терялось в свете ночных огней города.
***00:15-01:00 порт Найт Сити, близ Доков 14
Увидев, как курьёрша уходит, Сарайва было рванул за ней следом, но внезапно обнаружил, что не взял с собой пропуск и, спешно забив по широким карманам, побежал в сторону лифтов.
Уже на выходе, на почту Хекс пришло короткое сообщение от Мириам.
Блиииин, прости прости прости, долго не отвечала. Я у Майкла, ну… Тот что из университета. Давай я позвоню консьержу, пусть выдаст тебе ключи. Тебе по какому ID? Кстати, у меня там посуды шквал… Раз уж такое дело, услуга за услугу?
Полупустое метро готовилось к закрытию. Когда Энджи покинула станцию «Южный Порт Найт Сити», в нос ударил кисло солёный запах океана, чёрной бездной берущего в окружение апартаменты доков 14. Не самое тихое место для сна, но и не самое худшее во всём НС.
***01:00 пустошь, Лагерь Майерса.
Пустошь спала. Ветер подвывал в скалистых утёсах, поднимая струи песка, кружа их в вихревом танце. Холодало. Редкий житель НС видел столько звёзд над головой и казалось, что ржавое небо растворилось в чёрной звёздной мгле. В одном из трейлеров бубнела хриплыми динамиками видавшая жизнь колонка, исторгая в ночную тишину дрожащие звуки кантри. И даже никогда не спящий город вдали как будто притих, вслушиваясь в эти неразборчивые мотивы.