Игривость
Сулла любит «поиграть»: поискать разные пути решения одной задачи и выбрать тот путь, который не приведет к слишком уж оглушающему провалу, но, одновременно, будет вызывать у неё веселье. Пока она контролирует ситуацию (или считает, что контролирует её) – Сулла будет играть ту роль (что, кстати, помогает ей лучше понять человеческое общество), что нравится ей больше всего. Кроме того, «игра» – это одна из первых концепций, что она узнала от людей. Это безопасное развлечение, во время которого ты можешь доказать кому-то свою правоту! Или что-то вроде того.
Торжество магии
Сулла искренне верит в то, что магия позволит решить все проблемы и что в магии кроется ключ к выживанию и подлинному могуществу и потому она прямо таки пожирает магические ядра монстров, полагая, что какая-то часть их мощи переходит ей, а другая – восполняет энергию, которую тратит Сулла на поддержание существования своего организма... И на многочисленная заклинания, используемые ей по поводу и без (в том числе, если затраты энергии совершенно нецелесообразны эффекты – ей нравится считать это прихотью сильных).
Импульсивность
Сулла легко загорается идеей – и легко о ней забывает, если слишком долго не получает хоть сколько-нибудь интересного результата. Она легко поддается внутреннему наитию, однако просто не приспособлена к длительной, муторной и рутинной работе, из-за чего в свое время все мутанты получались разными и ламиям так и не удалось найти приемлемого способа поставить обращение пленных в новых солдат на поток. Предательство Ламассу – следствие того самого желания узнать, «а как там люди живут?», позднее превратившееся в способ выживания. Пожалуй, страх смерти – единственное, что может препятствовать совершению очевидной глупости.