| |
|
|
Эллер выслушивал своего телохранителя молча, старательно удерживая себя от того чтобы не перебить его ход мыслей, тем самым внеся ещё больше путаницы в идущий разговор. И по этой же причине он ещё некоторое время сохранял тишину уже после окончания речи Бертольда, то хмурясь, то ухмыляясь, и всё это время переступая с ноги на ногу.
- Странно всё это, - наконец, сделал он для себя напрашивающийся вывод, после чего в задумчивости даже закусил губу. - Сандерус мог бы прямо всё рассказать тебе или напрямую мне, к чему эти недомолвки? Не думаю что он действуют со зла, но обычно так себя ведут люди угодившие в какие-то неприятности. И чем больше я об этом думаю, тем сильнее начинаю беспокоиться. И за нашего чародея, и за нас самих, - склонил голову рыцарь. - Что до разбойников, то суд в Вельдене неизбежно обернётся для них повешеньем. Таково наказание что за разбой, что за конокрадство, что за нападение на дворянина. При этом, я им вроде как дал слово, что столь серьёзной кары им не будет, по крайней мере не в следствии моих действий. Не говоря о том, что, как я подозреваю, Сандерус также не желает им смерти. А значит, нужен какой-то иной вариант. Но брать их с собой накладно, но более того - опасно, - попробовал объяснить Эллер. - Я не думаю что они попробуют на кого-то из нас напасть, но вот сбежать в ночи прихватив ещё и наши деньги - вполне. К тому же... Я бы не хотел подвергать Алексию даже теоретическому риску. В целом же, можешь передать Сандерусу, что если он найдёт способ который устроит и его, и меня, то возражать я не стану. И он может применять его от моего имени, - промолчав, он вновь нахмурился, прежде чем наклониться к сержанту и продолжить на полтона тише. - И Бертольд, если ты узнаешь в чём дело, и Сандерус мне к этому моменту ничего не расскажет, я надеюсь что ты мне поведаешь о том что же с ним происходит. Если он в беде, то мы должны помочь: я забочусь о своих людях; а ты, подозреваю, не безразличен к тяготам друзей.
|
|
751 |
|
|
|
|
Бертольд не нашелся, что еще сказать по поводу опасений рыцаря — его ход мыслей тоже был понятен.
Но просьба, которой Эллар закончил, заставила его нахмуриться, и оставить ее без ответа он не смог.
— При всем уважении, сэр, я не х-хочу выбирать между доверием д-друга и ожиданиями г-господина. Н-надеюсь, что до этого не до-дойдет... что-то пошло через *опу... — он вздохнул, а про себя подумал: «И, судя по вашему лицу, дело в каком-то лютом дерьме».
Но он не решился сказать это вслух — слишком уж явный намек на «Кавалеров»... вдруг Сандерус рассчитывает на то, что эта тема останется между ними. Как минимум, стоит подождать момента, когда чародей поведает длинную историю, и разобраться, какова была роль Эллара в ней и почему у него было такое лицо.
— Пока я не разобрался и не могу вам ничего обещать.
Сержант понимал, как плохо звучит его ответ, но он не станет врать Эллару даже ради его расположения и собственной выгоды. К тому же, может, это натолкнет рыцаря на мысль, что мутная ситуация как-то связана с ним и этими двумя.
— К-касаемо разбойников, если их хо-хорошо связать, ни-никуда они не денутся, привяжем их к повозке и пусть шагают себе сзади, а сэр Роберт по-посмотрит... Можно попробовать нагнать рыцаря, про которого они говорили, чтобы они к ночи подустали, и, может, там еще какой способ найдется...
— У меня все. Я пе-передам чародею, чтобы он с вами поговорил... нечего тут го-голубя из меня делать!
Последняя фраза была сказана брюзжащим тоном, но без агрессии.
— Разрешите идти?
|
|
752 |
|
|
|
|
- Я понимаю, - после небольшой паузы сосредоточенным тоном произнёс рыцарь, тем самым похоже что отвечая сразу на все возражения Бертольда. - Да, можешь идти.
Однако Эллер не спешил идти за ним следом, вместо этого чуть задержавшись и несколько раз задумчиво пройдясь поперёк узкой лесной дороги. И только разбиравшись со своими мыслями, взвесив и оценив какие-то изустные лишь ему факторы, он тихо вздохнул, устало потянулся, да наконец-то вернулся к остальным, без промедлений направившись к своему скакуну:
- Думаю нам пора выдвигаться в путь, - юноша обратился достаточно громко чтобы его услышали все наёмники. - На всякий случай стоит отъехать отсюда подальше, а затем, до наступления темноты, найти подходящее место для лагеря. - Договорив, он ловко вскочил в седло, а после кивнул в сторону пленников. - Этих двоих пока возьмём с собой - в дороге решим как правильней будет с ними поступить.
Услышав распоряжение господина, Алексия засуетилась в повозке - готовя место сэра Роберта, а заодно и для крестьян, если тем вдруг дозволят ехать, а не пешком идти. Никакого особого беспокойства по этому поводу она не проявляла, доверившись как решению сэра Эллера, так и тому что его свита будет держать разбойников под присмотром. Что до спасённого рыцаря, то ему она даже протянула худые ручки, предлагая помощь дабы тот не страдая от ран мог взобраться в телегу, при этом улыбаясь столь же скромно насколько и дружелюбно.
|
|
753 |
|
|
|
|
Сэр Роберт прикрепил поводья Ворчуна к телеги и принял руку помощи, хоть и не стал на неё опираться. В конце концов состояние его было не столь критичным, а для наёмника так и вовсе стандартным.
– Кажется во всей этой суматохе нас не успели представить – разместившись в телеге негромко проговорил Глостер – Надо срочно исправлять это упущение. Меня, как вам уже известно зовут Роберт, а как обращаться к вам, юная леди?
Конечно, Роберт слышал как Сандерус называл девушку Алексией, но стоило услышать это от неё, тем более знакомство неплохой способ завязать беседу в долгом путешествии.
|
|
754 |
|
|
|
|
Услышав, чем закончилось дело, Сандерус в глубине души был безмерно благодарен Бертольду. Старый друг каким-то образом умудрился убедить молодого рыцаря, и тот решил пока оставить пленных бродяг в походной колонне отряда. Это давало шанс, что не сейчас конечно, а при удобном случае, наедине, Ткач сможет удовлетворить свое желание и узнать больше о том, что болтал один из них.
Лошади шли вперед, в темпе телеги, ккоторый приходилось ехать неширокой лесной дорогой, они тут были в какой-то глухомани, и маг ежеминутно олглядывался по сторонам и вжимал голову в плечи при каждом шорохе – ожидал нападения. Отвага – это конечно хорошо, но еще ни разу Ткач не видел, чтобы она спасала своего хозяина от арбалетного болта промеж лопаток. Сандерус покачивался в седле, кутался в плащ от осеннего ветра и придерживал коня так, чтобы быть возле повозки, недалеко от Роберта и Алексии.
|
|
755 |
|
|
|
|
- Алексия, - ответила рыцарю девушка, при этом сперва чуть смутившись, а затем и спешно поклонившись. - Я служанка сэра Эллера, милорд, и совсем не леди, - на всякий случай уточнила она, также занимая место в телеге.
Упомянутый же юный дворянин ненадолго обернулся, убеждаясь в том что Алексия и сэр Роберт поладят, а затем, чуть пришпорив коня, повёл походную колонну вперёд. И следуя совету Бертольда, он не дал согласия на то чтобы пленники ехали в телеге, так что им пришлось идти за ней следом, что впрочем не было проблемой из-за выбранного темпа движения и отсутствия всякой спешки. Сами разбойники, разумеется, по этому поводу недовольно ворчали, но открыто высказывать возмущение не осмелились, просто с неохотой приняв этот новый виток своей судьбы.
В дороге служанка успела немного рассказать сэру Роберту об их путешествии: о жуткой встречи с неприкаянным, после которой лицо сержанта оказалось исцарапано ветками; об упёртом привратнике в придорожной таверне, который отказывался пускать их внутрь, почти что обрекая на ночлег в пугающем Морванском лесу; о конфликте между селянами и караванщиками, один из которых надругался над юной крестьянкой и о том что благодаря усилиями господина и его друзей, негодяя будут судить при дворе сэра Рейна. О себе же она рассказывала мало - кротость была сильной чертой характера девушки, но вместе с тем... Разбирающийся и в риторике, и в полемике, рыцарь раз за разом натыкался на настоящие крепостные стены в её рассуждениях: девушка была не глупа и очень тщательно следила за тем что можно говорить незнакомцам, а что нет, практически ничего не раскрывая ни о личности своего господина, ни о цели его визита в Вельден. Даже о старых знакомых Глостера она говорила пусть и исключительно комплементарно, но вскользь, надёжно охраняя их личные взаимодействия друг с другом и юным рыцарем.
- ... а ещё мастер Бертольд был ранен господином, - продолжила рассказывать девушка, в то время как едущий рядом Эллер поёжился и даже чуть вжал голову в плечи. - Они решили провести учебный поединок... Неудачно, - сочувственно вздохнула она. - А теперь его за руку покусал ваш Ворчун, ладно хоть за другую. До этого его нечистая сила в лес завела, - теперь уже покачала головой Алексия. - Скажите, сэр Роберт, ему всегда так не везло? И... Может быть вы что-нибудь расскажите? У вас же были какие-то приключения вместе?
- ... мастер Корби простой и надёжный. Молчаливый только, но это не со зла, - тут же, посреди собственных рассуждений, заступилась она за лучника. - Просто любит тишину и покой. Вот только если её нарушить надо, то ух... Вы представляете, в схвате с разбойниками он четверых одолел! И даже никакой награды за это не попросил.
- ... мастер Сандерус тоже молчит. Но так, что при этом говорит много слов, - пожала плечами Алексия. - Наверное, для чародея это нормально? Но он очень помог в пути: и мастера Бертольда из леса выручил, и... Ещё с одним делом помог. Да даже ни раз. А ещё он образованный, начитанный! Я только несколько книг прочитала, а мастер Сандерус наверное их все уже осилил...
За время дороги небо успело побагроветь, а поджимающей дорогу лес и вовсе погрузился в ночную тьму - настало время думать о ночлеге. К счастью, вскоре показалось подходящее для этого место: небольшой пролесок, поджимающийся к пологому берегу одной из многочисленных скромных речушек, что пересекают и питают Морван. Водная преграда будет естественным барьером, а открытое пространство вокруг лагеря контролировать проще чем лесные чащи, так что Эллер распорядился остановиться именно здесь.
Когда первые дела были сделаны, Алексия сгребла грязные вещи Бертольда и понесла их к реке, заодно спросив и у Глостера, не желает ли он чтобы постиранной оказалась и его одежда. Будто невзначай, следом за ней зашагал и юный рыцарь, сказав что хочет посмотреть на реку и полюбоваться природой до того как окончательно стемнеет. Оставляя свите как обустройство лагеря, так и приготовление ужина из достаточно богатых походных припасов.
|
|
756 |
|
|
|
|
Сандерус качался в седле, старался не задремать, закутанный в плащ на прохладном осеннем воздухе, и слушал как Алексия рассказывает сэру Роберту Глостеру разные истории. Пожилой опытный воин, с терпеливостью родителя к ребенку, внимал словам девушки, которая, судя по всему, была рада такому вниманию.
Дорога вилась и вилась вперед меж древесных корней и кустарников, а маленькие чащобные пичуги возвещали покойное время и местность – рядом не было разбойников, иначе бы лес наполнился тишиной и зловещей тревогой.
***
Вскоре стало темнеть, все сильнее и сильнее, тьма заполняла уголки и разбрасывала вокруг причудливые тени. Когда совсем стемнело, отряд разбил лагерь для ночлега, Алексия пошла к ручью неподалеку, чтобьы постирать вещи, а сир Эллер пошел следом, что было резонно – по одиночке ходить в Морване опасно.
Сандерус понял, что это лучший момент – друзья-наемники разбирали вещи и расседлывали коней, рыцаря нет рядом, и оба бродяги могут ответить на его вопросы. Тккач подошел ближе, протянул пленникам свою фляжку с разбавленным вином.
– Держи, – сказал он тому, который говорил давеча про родственников Лонны: – Всё обойдётся. Господин наш добр, и вы скоро будете свободны. Что ты болтал про Кавалоров, парень? История старая, но один мой друг неплохо заплатит за любые слухи. Особенно, если они правдивы. Так что я могу даже сделать вас немного богаче, перед тем как всё закончится.
|
|
757 |
|
|
|
|
Бертольд управлял повозкой, ненароком подслушивая, что там о них рассказывает Алексия. Ему вот было что рассказать про общее приключение — то, что сразу вспомнилось: сэр Роберт всегда отличался тем, что мог сказать что угодно и кому угодно, и это бывало нестерпимо смешно. Например, когда он начал припоминать одному барану, как тот по пьяни перепутал палатку и начал своим парням рассказывать что-то там про нежный цветок, а те боялись пикнуть, чтобы начальник не сгорел со стыда или, того хуже, не спалил их заодно...
Берт был тем, кто не выдержал и заржал первым, и поэтому вместе с рыцарем влетел на дуэль... вернее, это должно было так называться, но на деле получилось по другому, и нет не потому что они были не трезвые и все превратилось в балаган... Глостер победил.
Но Берт считал что можно рассказать это так, чтобы было смешнее, большой беды от такой шалости не будет; мол что они были пьяные и потом еще отбывали наказание вместе что их и сдружило. На самом же деле дуэлянтам против Обреченного быстро оказалось не смешно. Однако, Роберт поступил по-хорошему.
— ...Д-да-давай про «н-нежный мой цветочек», — гыгыкнув, подал голос сержант. — А, сэр Роберт?
Когда стемнело и они стали лагерем, сержант было хотел отправиться за Элларом, но вспомнил про план Сандеруса. Может быть, он воспользуется этим моментом, чтобы поговорить, поэтому остался, занявшись лошадьми. Он посмотрел, где чародей, но вынюхивать, чем он там занят, не стал — то же самое касалось и господина.
Заика лишь отходил, чтобы посмотреть, там ли рыцарь и Алексия, но не с целью, если что, предупредить Сандеруса — хотя, наверное, стоило, — а чтобы не проворонить чего опасного... Вроде бы еще у лагеря разбойников решил, что больше не будет оставлять Эллара одного, и вот опять. Нельзя так расслабляться! Но, с другой стороны, пусть побудут вдвоем.
— Глостер, по-поди-те сюда, — Берт до сих пор так и не определился, как стоит к рыцарю обращаться, поэтому получилось что-то среднее между уважительным и шутливым. — Видал какой трофей?
Сержант продемонстрировал двуручный моргенштерн.
— Как д-думаешь, с коня махнуть выйдет?
|
|
758 |
|
|
|
|
– Хах – усмехнулся Роберт – Сама та история, чтоб скрасить путешествие.
В интонации Глостера вплелись нотки трактирного рассказчика.
– Сандеруса тогда ещё не завербовали, кажись – Начал Роберт – Дело было на окраине деревушке, толи Голополье, толи Гололесье, не помню уж. Помню, что там на перекрёстке хороший такой трактир стоял, "У черта на рогах" назывался, значит. Так вот ливень лил, лютейший и мы там квартиравались, а вместе с нами ещё и Железные кулаки, ну так мы как-то с ними поход делили ещё до этого.
Роберт пока лишь обрисовывал вводную ситуацию, Чтобы картинка в головах слушателей лучше складывалась.
– Так вот был в Кулаках некий сир Дэн, фамилию уже не упомню. – Роберт прекрасно помнил родовое имя рыцаря, но решил его не упоминать – Этот баран, в смысле почтенный муж, перед битвой у Красного ручья перепил, да спутал палатки. Ну и завалился прямиком к своим арбалетчикам. И давай там в темноте шарить да приговаривать мол: "мой хрупкий, нежный цветок. Иди мол ко мне" да всё в таком духе. А парни сидят ни живы ни мертвы. Боятся пикнуть начальник-то, хрен знает, как отреагирует., когда поймёт, что в лужу сел. Ну да стоит понимать, что ошибка вскрылась, когда Бобби приобнял одного из арбалетчиков. Портков, к слову, к тому моменту на нём уже не было.
Глостер хохотнул, вспоминая как все делали вид, что ничего не случилось, но как известно к моменту утреннего построения в курсе были даже бобры, устроившие плотину выше по течению.
– Так вот под хмельный дождливый вечерок, мне показалось отличной идеей припомнить эту историю, да разворошить славные дела былых дней – потом, конечно, было очевидно, что идея изначально была сомнительная, но кто же знал? – Не буду Лукавить, сиру Дэну эта идея по вкусу не пришлась. Солдатня его сидели белее мела, они-то, естественно, про "нежный цветочек" знали, а вот для наших парней история была в новинку. Ну держались они тоже, чтоб не заржать, видать поняли, что-то, что я тогда упустил, но первым наш славный Берт и не выдержал, а за ним, разумеется и весь кабак заржал, все два отряда. А рыцарь, взбеленился, никакой самоиронии надо заметить, перчатку сорвал, пошли мол на дуэль. Ну а нам что? Мы и пошли.
Роберт развёл руками, давая понять, что это дело обычное. Бросив взгляд на Берта, рыцарь решил, что сейчас следует рассказать тот финал, что обошёлся без крови.
– Да только не дошли – Глостер по доброму хохотнул – Дэнни вышел первым, да стоял на дожде, что твой памятник. А мне при выходе Берт на плащ наступил, так мы кубарем в грязище почитай как раз к ногам нашего капитана и выкатились. Ха! В общем один балаган, а не дуэль. Капитан нас на губу засадил, там мы с Бертом под крысиный писк и сдружились.
Роберт дружески похлопал по спине правящего повозкой Берта.
– Вот тут уж сами и решайте – предложил он Алексии сделать вывод – Невезение это, али неочевидная удача? Я вам так скажу: на коротком отрезке времени, не видя всей картины, их легко спутать.
Удачно завернув историю в сторону философии, Роберт продолжал беседовать с Алексией, пока они не остановились на привал. На предложении стирки, он охотно согласился, да начал помогать в обустройстве лагеря.
– Тяжеловат, чтоб с лошади махать, как по мне – критически оценив оружие, заключил Роберт – А вот, чтоб кого с коня сшибить, в самый раз. И никакой щит или доспех не спасёт, таким коня на задние ноги посадить можно.
|
|
759 |
|
|
|
|
Как и предполагал план сержанта, за время пешей проулки пленники изрядно утомились, так что после объявления привала они оба устало рухнули на землю, принявшись потирать измученные ноги. Предложенное вино они приняли с благодарностью, делая большие жадные глотки, впрочем и удивившись тому что оно было разбавлено с водой - крестьяне явно плохо были знакомы с традициями и манерами более состоятельных сословий.
- Да об этом весь Вельден знает, - утёр пленник пересохшие губы. - Сам-то я ничего такого не скажу - меня там не было, подробностей не знаю. Потому и жив... До сих пор, - добавил он, неуютно поёжившись плечами.
Его соратник, похоже, не обрадовался столь сжатому ответу, вероятно опасаясь раздражения рыцарской свиты, так что тут же быстро затараторил сам:
- Их в засаду заманили, недалеко от города. Всех порубили: и господ, и слуг. Трагедия большая была - сэра Танкреда все любили.
- Ага, и эти "все" даже пальцем о палец не ударили чтобы отомстить, - вновь резко рыкнул первый. - В Вельдене каждый попрошайка знает что за этим стоит герцог. Говорят он для этого каких-то наёмников отрядил, не наших, не из этих земель. Как их там называли... Вольная... Баталия?... Дружина?...
- Да вы их сами недавно расколотили, - спешно закивал второй, кивая в сторону щита Корби, подаренного ему Робардом. - И поделом им, вот.
- Не первый раз Дракон дворян убивает. И не последний, - теперь уже отрешённо мотнул головой крестьянин. - Где земли, где серебро и золото, а где... Чародейство какое, будь оно не ладно! Вот старика Раулена он за что убил? То-то же.
Барон Раулен Старый. Владыка Вороньей Башни.
При предыдущем герцоге - отце сэра Эдгара - он был видным политическим деятелем и одним из его важнейших сподвижников. Что в реалиях правления Гилов однозначно рисует его суровым и бескомпромиссным человеком. С новым же герцогом он некоторое время ладил, но вскоре впал в опалу - поначалу просто будучи отстранённым от всех придворных дел и должностей, но затем всё приняло куда более крутой оборот.
Распространились слухи о том, что барон обладает податные сословия незаконной данью. Взымает мзду с торговцев проходящих через его землю. Торгует товарами, считающимися как королевской, так и герцогской монополией. Сэр Эдгар официально обвинил лорда Раулена в этих нарушениях, но тот лишь отмахнулся назвав это своими привилегиями дарованными его отцом. Тогда, Дракон собрал свою армию и прибыл под стены Вороньей Башни, в единственный раз за всю последовавшую осаду предложив барону капитулировать и тем самым сохранить жизни невинных. Старый Раулен на это проявление благородства ожидаемо ответил насмешкой, обвинив его светлость в тирании, за что в ответ был объявлен изменником и заочно приговорён к смерти.
По слухам, сам Обманщик нашёл доказательства того что барон вступил в сговор с врагами герцогства, а все заработанные и награбленные средства он пустив на финансирование своей собственной армии. Опара на которую и придавала ему столько уверенности.
Остатки Вольного Отряда, уже действуя под знамёнами герцога, также принимали участие в этих событиях. Наблюдая из первых рядов: из-за габионов и переносных щитов. Вдали от расшитых парчой шатров, где принимались судьбоносные решения. Была ли у Раулена Старого могучая армия? Да. Но что намного хуже - у него была Воронья Башня. Неприступная цитадель, возведённая в скалах и поджимаемая острыми склонами. Даже когда вся армия променяла мечи и копья на лопаты и кирки, с трудом удавалось создавать подходящие условия для использования артиллерии или метательных машин, в то время как обороняющиеся однозначно не сдерживали себя в используемых средствах.
Осада была изнурительной. Утомительной. День тяжёлой работы сменялся ночной вылазкой - герцогских войск или противника - и так раз за разом, день за днём, неделя за неделей. Без всякой возможности оценить прогресс, угадать сколько ещё у обороняющихся осталось провианта и пороха, сколько ещё бойцов способны держать в руках оружие? Разумеется, активность действий постепенно падала у обоих сторон. И в какой-то моменты вылазки сменились удушающим тоскливым ожиданием.
Когда ситуация достигла пика напряжения, сэр Эдгар созвал Ковен - пугающих рыцарей-чародеев, окружённых невероятными легендами. Всю ночь они творили какой-то ритуал в отдельной части лагеря, а утром, на рассвете, стены Вороньей Башни оказались сокрушены чудовищным землетрясением, открывшим возможность для прямого штурма цитадели. Вот только едва успев взобраться на руины того что когда-то было неприступной стеной, воины герцога замерли в ужасе: они стали свидетелями ужасной бойни случившейся за крепостным валом.
Часть обороняющихся, и воины, и обычная прислуга, настолько поддались отчаянью безвыходной осады, что сами себя низвели до уровня чудовищ, потерявших остатки человечности. Они стали убийцами, живодёрами, каннибалами. Превратившись в уродливых кровожадных монстров - в вурдалаков - в своём безумии кидающихся на любого живого человека. Остатки же гарнизона, те из них что ещё сохранили человеческий облик, укрылись в донжоне... Где и приняли свой последний бой, сражаясь с отчаяньем обречённых.
Когда пламя битвы стихло и развалины Вороньей Башни были очищены от любых угроз и очагов сопротивления, стало известно что спровоцировавший битвы барон уже давно был мёртв, а в последовавшем бою погибли и все его видные наследники - что обозначало полную победу его светлости и окончание мятежа. Земли барона затем были розданы, но сама Башня так и не нашла нового хозяина - ходят слухи, что отчаянье и скверна настолько хорошо закрепились в её стенах, наводят беду на каждого кто задерживается в них слишком долго.
Что из причин войны было правдой? Всё? Или ничего? Простые наёмники не моли знать на это ответа. Но даже будучи участниками осады, они не видели и половины того что в ней на самом деле происходило - как из-за своего положения, так и по банальной причине удалённости от событий в крепости. Потому этак осада незамедлительно обросла множеством мифов - один изумительней другого... Вот только, никто, даже сами участники, не зарекаются судить о том что там было на самом деле.
Бойцы бывшего Вольного Отряда проявили в этой осаде свои лучшие качества: стойкость, изобретательность, боевой дух. В вылазках они всегда шли первыми. В момент кризиса у них всегда был план действий. А оказавшись за стенами, они одними из первых отошли от шока, дав пример остальному войску. Потому и нет ничего удивительного в том, что именно их приметил герцог, начав доверять им выполнение куда менее громких, но столь же важных поручений.
|
|
760 |
|
|
|
|
Двое бродяг заговорили в разноголосицу, путаясь и споря, но чародей им не мешал. Он сел, сложил рукки перед собой, скрестив пальцы, и слушал самым серьезным видом, лицо его было сосредоточено. Если соратники хотели слышать эту беседу, то наверняка они могли слышать каждое слово – Ткач даже попытки не сделал, чтобы скрыть что-то. Рядом не было юного рыцаря и верной ему душой и телом служанки – и это, пожалуй, главное.
***
Баталия? Неужели это ниточка, которая может привести на след? В сердце забрезжила надежда, но тут же погасла, когда бродяга кивнул на щит и рассказал суть.
– Вольный Отряд? Мы много кого били... Ты их имеешь в виду? – намекнул Ткач мужику, не раскрывая положение вещей.
Говор пленных превратился в связный рассказ, а кккое-что Сандерус вспомнил сам – история барона Райлена Старого была известной и поучительной. И страшной. Она не красила герцогов Гилов, заставляя помнить каждого сколь могущественны и жестоки местные сюзерены, но держала людей в трепете.
– Вот так история... – задумчиво произнес чародей, забирая фляжку назад, неопределенно сказал: – Что ж, она поможет моему другу в его сказках... да и ладно, знать это вам и ни к чему. Главное, что я о вас позабочусь. Даю слово.
|
|
761 |
|
|
|
|
- Г-главное, чтобы не застряло - продолжил тему заика. - А то ж вы-вы-вырвет вместе с руками.
- Мне сюды п-прлетело - указал сержант на торс - Но не п-п-пробило. Шипы наверное помешали. Коли бы-были бы тут ребра - другое дело. Я их больше жалую, а эту д-дуру даже носить страшно. Того гляди споткнёшься и сам себя насадишь.
Берт усмехнулся.
- Хошь дам поносить?
Сержант вновь погыгыкал.
-...Рад что ваше благородие те-те-теперь с нами. - добавил он, после шутеечки, искренне, хотя про благородие он тоже говорил с юмором, не потому что Роб не благороден, но опять же чтобы с одной стороны согласно статусу, с другой по свойски; похоже он за этим звал, а не чтобы поговорить об оружии.
***
Слышал ли Берт разбойников? Да, он подходил. Но не сказать что что-то для себя вынес. Как он и предполагал, своими глазами эти двое ничего не видели. И при осаде их тоже не было на стороне тех кто был в Башне, чтобы сказать как все дело было. Можно, ли разглядеть в его светлости злодея при желании? Ясень пень! Только у Бертольда такого желания не было. Ему была неприятна сама мысль что у них не было причин сражаться на стороне герцога, поэтому он не принимал просто на веру, то что кто-то там говорит. Фактам, конечно, плевать на его желания. Но кто его знает как оно на самом деле было? Почему он не должен верить в то что доказательства сговора и незаконной дани действительно были?
Могут возразить, что даже при наличии доказательств, то как была повержена Башня нельзя оправдать. Но как она была повержена? Были рыцари чародеи и землетрясение, это да. А вот почему внутри оказались чудовища, это вопрос открытый. Может Раулен Старый не только в свою крепость вкладывался, но купил какой нехороший артефакт, зная темную репутацию Гилла, чтобы как раз когда все уже решено использовать это как последний шанс.
Ну правда же? На кой была вся эта изнурительная осада, и потери людей, которые нарвались на вурдалаков, если сэр Эдгар с самого начала мог свести обороняющихся с ума? Не хотел чтоб на него однозначно подумали? Так один хрен подумают же!
Чем дольше сержант слушал, тем больше раздражался и поэтому он отошел.
"Чушь собачья!" - подумал он, пнув камень; отлично придумали - чуть что так Гиллы виноваты, а у самих то что? Служители подбивающие к бунту по чьей-то указке, насильник, который мог избежать наказания, разбойники на дорогах, труп в лесу.
С другой стороны Сандерус... своему брату по оружию Бертольд уже не мог не поверить. Но, может чародей все же ошибся... ? Упоминание Кавалоров явно выбило его из тарелки и он, аки сам Бертольд недавно, поперся за какими-то тенями. Тогда его тоже нужно вытащить.
|
|
762 |
|
|
|
|
Роберт согласно покивал на замечание про рёбра и тоже усмехнулся шутке. Бертольд прекрасно знал, что Глостер ни на что не променяет свой меч без серьёзной причины, так что отказываться не пришлось.
– Я тоже рад, Берт, тоже – рыцарь похлопал сержанта по плечу – Когда рядом знакомые лица оно всё как-то спокойнее.
К пленённым разбойникам Глостер не приближался, их судьба была ему, в общем-то, безразлична. А словам разбойников, которым осталось два шага до петли веры в любом случае не было, поэтому, когда перешучивания с Бертом завершились, он направился к костру.
– эй, Корби, не стой столбом – Роберт окликнул разведчика – Пошли, что-нить пожрать сварганим. А то, если ждать пока Алексия со стиркой закончит, можно всех волков в округе урчанием распугать.
Результат броска 1D6: 4 - "Сноровка (3+)"
|
|
763 |
|
|
|
|
Стоящий в стороне лучник, повернулся к позвавшему его рыцарю, моргнул и, очнувшись, спохватился.
- А... Да-да... - Он поспешил опередить Глостера к повозке. - Да давайте я приготовлю, что вы...
|
|
764 |
|
|
|
|
Осень кружила в верхушках деревьев - не только позолотой опадающих листьев, но и подхватывающим их морозным ветром; вечер стремительно сменялся ночью, куда быстрее чем ещё пару недель назад; а бледная голубизна неба сперва окончательно проиграла бой розовеющей прохладе, затем и вовсе сменившись на непроглядную тьму с редкими сверкающими звёздами. Даже Морван затих, притаился, не то готовясь ко сну, не то к ночной охоте, как это делают некоторые хищные звери.
Звонкий смех зазвучал со стороны речки, а следом за ним показались и рыцарь со служанкой: оба несли в руках корзины с отстиранной одеждой, у обоих в пляшущем пламене костра блестели всё ещё влажные руки. Вышли они отошедшего в сторону сержанта, отрешённо размышлявшего о прошедшем допросе:
- Мастер Бертольд, я всё... - защебетала было Алексия, но тут же осеклась заметив угрюмую мину Заики. - Ой, простите.
Быстрый неуверенный поклон, и девушка заспешила к центру того, что стараниями наёмников уже можно было назвать походным лагерем. Сэр Эллер также обратил внимание на взгляд сержанта, но в свете произошедшей между ними недавней беседы, воспринимая эти признаки вполне конкретным образом. Но ничего говорить он не стал - тем более требовать чего-то - вероятно помня и о позиции Бертольда. Так что после небольшой паузы и проницательного взгляда, рыцарь продолжил путь, двигаясь навстречу к костру возле которого уже во всю суетились сэр Роберт и Корби.
- Милорд, ну что же вы, - поставив корзину и разведя руками, Алексия будто-то бы пыталась помешать высокородному господину заниматься столь недостойным занятием. - Простите, нужно было мне сперва приготовить еду, а потом браться за одежду.
Вскоре показавшийся Эллер не стал ничего говорить по этому поводу, заняв выжидающую позу и явно оценивая реакцию Глостера, и только заем сам вступил в разговор, подойдя ближе и облечением протянув руки к костру:
- М-м-м, пахнет недурно, - похвалил он обоих поваров. - Я сам всегда считал поварское искусство чем-то сродни чародейству. Особенно когда в столь стеснённых условиях удаётся приготовить настоящее блюдо, а не просто похлёбку со всем что было под рукой, - добавил дворянин усмехнувшись, но затем, приняв серьёзное выражение лица обернулся к верховодящему процессом рыцарю. - Сэр Роберт, я обещал вам рассказать о себе и думаю что этот момент вполне подходит, - Эллер доверительно посмотрел на присутствующих, а затем быстро кивнул в сторону пленников, находящихся от них на некотором удалении. - Быть может вы сами уже догадались, или вам кто подсказал, но... В общем, не буду ходить вокруг да около и скажу прямо: я сэр Эллер Гил. Его светлость, герцог сэр Эдгар Гил, приходится мне дядей. По отцовской линии.
Вот так просто, без лишних приукрась и громких помпезных титулов, юный рыцарь произнёс буквально следующее: "всё что вы видите вокруг, все леса, поля, города и замки что есть на много лиг в любую из сторон - однажды будут моими". Как знает каждый в герцогстве, да и наверное во всём Аквилоне, все прямые наследники сэра Эдара погибли в результате чудовищного инцидента, а интереса к повторной женитьбе его светлость, по крайней мере публично, никогда не проявлял. Значит наследником будет его младший брат сэр Элиас, а уже за ним - сэр Эллер, уже будучи не переходным, на истинным правителем на долгие годы. И кому как не другому дворянину знать, насколько удушающе тяжела горностаевая мантия? Что корона куда тяжелее золота? И что роскошная постель куда жёстче чем кажется, на первый, второй и даже третий взгляд?
Пленные разбойники в это время с интересом поглядывали в сторону очага, однозначно учуяв готовящееся яство. Но порой и окидывали взглядом поджимающую лагерь тьму, впрочем, тут один из них сам поведал о своих мыслях чародею:
- Нет, сбегать ночью в Морванский лес будет только полный дурак. Даже хуже него, - толкнул он плечом побратима. - Может развяжете нас, мастер? Мы вам поможем. Потоскаем что надо, воды наберём. Ночью... Подежурим, - осторожно добавил крестьянин.
|
|
765 |
|
|
|
|
Бертольд тоже отошел к реке, чтобы не пугать никого своей угрюмой рожей, и просто остыть, оставив наследника с Глостером и Корби. Сержант прокручивал недавний разговор с чародеем, особенно его слова об опасности и проблемах. Исходя из того, что он слышал, получалось, что Дракон злодейски вырезает тех, кто пользуется поддержкой населения, и, вероятно, мог причинить вред каким-то близким знакомым чародея. И он в это верит. А в Эллара, очевидно, не очень. И проблема тут не только в том, что молодой рыцарь какой-то по-особенному безответственный, а потому что Сандерус, похоже, понимает, что сейчас Эллар не готов к тому, чтобы пойти наперекор дяде и поддержать своих людей, свой народ. Или не так?
Словно Ткач рассчитывал на это с самого начала... Неужели он поступил на службу к Дракону, чтобы выяснить, что случилось с Кавалорами, для какого-то там своего друга?! Он мог бы так сделать, совсем недавно Берт сам заявлял, что чародей думает наперед.
И жена у него была. Она тоже тут замешана? Или Заика сам себя накручивает уже, пытаясь сложить мозаику из тех кусочков, что у него были, хотя они вообще не отсюда.
Аж голова заболела. Обычно с такими серьезными штуками сержант, по завету своего бати, шел к тому, кто может помочь разобраться. Только сейчас к Сандерусу не пойдешь — надо ждать ночи.
— Пуф-пуф-пуф, — несколько раз надул щеки Берт и пробурчал: — Во что мы вляпались?
«Тогда он еще не был уверен... а теперь?»
Вернувшись обратно, Берт был не особенно разговорчивым, занятый какими-то своими думами и ожиданием разговора с братьями по оружию. Того разговора, который, судя по всему, может ему не понравиться. В остальном он не пришел ни к какому выводу, кроме того что теперь у него трещит башка.
|
|
766 |
|
|
|
|
За неспешными беседами и простыми походными хлопотами быстро вечерело.
Стало холоднее: осенний ветер пророчил будущие зимние морозы и стужи, но пока еще словно нехотя, уже без молодой прыти, ворошил листву и задувал под полы плащей, пробегался по коже, вызывая мурашки и дрожь.
На слова двоих бродяг Сандерус только мотнул головой: – Отдыхайте, пока жизнь дает вам повод ничего не делать. Плохо разве? Сиди себе, лежи, спи и надейся на лучшее. А если серьезно, то может и придется дежурить. Там видно будет, и решать не нам. Спите покамест.
Рыцарь Эллер в горячем порыве откровений сам всё рассказал сэру Роберту Глостеру, чем вновь огорчил чародея. Молодой господин был слишком доверчив – и если для обычного юного рыцаря это могло быть даже достоинством (разве плохо доверять друзьям, добрым поступкам и тем, кто их совершает?), то для будущего герцога – это фатальная ошибка. Да-а-а-а-а, далеко ему еще до дядюшки. Может и к лучшему...
***
За такими мыслями Ткач и сам не заметил, как сумерки захватили всё вокруг, небо потемнело, лес наполнился зловещими звуками ночи. Пленных устроились вдалеке от них. Алексия и сир Эллер, наконец, отправились ко сну, и все бывшие наёмники Вольного Отряда могли говорить по душам, не таясь посторонних.
Потирая озябшие руки и протягивая их к костру, Сандерус уселся на корточки и заговорил с соратниками. Тут был и молчаливый Корби, и верный Бертольд, и опытный сэр Роб.
– В-общем, будь моя воля, я бы никогда не затеял этот разговор. И сейчас бы не стал. Да только всё, что случилось, заставляет, – чародей устало вздохнул. Он подвинул сухую ветку в костер, поворошил и откупорил свою фляжку. Сделав глоток, передал по кругу: – Зябко сегодня... Summemus. В-общем, вкратце подытожу всё, больше для тебя, Роберт. В Садхэйме нас встретила леди Яника, шпионка герцога. Что ей там надо? Это раз. По воле случая, но на самом деле вряд ли, именно в это время во владениях графа Рэйна и в Садхэйме в частности – беспорядки. Это два. Беспорядки такого рода, что подрывают т церковную власть. Это три. Усыпальница герцогов Гилов ограблена, причем видимо дважды. Потому что кто-то успел еще раньше тех мародеров, что мы встретили. И ниточка от них ведет в Вельден к магу Люцерну. Это четыре. А здесь, именно на той дороге, где мы едем, промышляют бандиты, цель которых – неизвестный рыцарь.
После того, как чародей обрисовал суть, и так известную Корби и Берту, он перешел к выводам: – Всё бы ничего, но это происходит именно в то время, когда наш добрый и наивный сир Эллер решился на поездку инкогнито. Совпадение? Думаю, никто из нас в них не верит. Я лично придумал три возможных варианта, что тут происходит. Либо это сир Рэйн устраивает беспорядки в своей же вотчине, чтобы под предлогом этого нарастить войско и отойти из-под руки герцога. Возможно король Аквилона обещал ему что-то... Как знать. Второй – сам наш повелитель, герцог Гил, устроил эти каверзы, возможно даже готов пожертвовать племянником, ради земель Рэйна. Герцог слывет интриганом, а это всё объяснило бы присутствие леди Яникки здесь и сейчас. Ну и третье – неизвестные, вернее один известный – маг Люцерн и возможно какой-то бастард Гилов, самозванец, претендующий на наследство, действуют по своему умыслу. Это бы объяснило ограбление усыпальницы.
Новая пауза, кто-то пьет из фляжки, передает дальше, и снова раздается голос чародея – после того, как тишина доказала ему, что никто из спящих не подслушивает.
– И эта история несет страшную угрозу прежде всего нам. Мы в любом случае крайние – в засаде врагов герцога, или от рук его палачей, если пострадает сир Эллер. Так и так плохо. – сказал Сандерус: – Но хуже всего, что предатель есть и в нашем отряде. И это я. Да-да, друзья, не смотрите как на сумасшедшего. Я здесь вовсе не ради теплого места или любви к сиру Эллеру и его дяде. Нет... Я – жених Лонны Кавалор, отец которой погиб в здешних лесах от рук убийц, подосланных герцогом, я в этом не сомневаюсь. Будь я благородной крови, то еще бы много лет назад вызвал бы на поединок герцога и наверняка был бы замучен в его пыточных. На счастье я не дворянин. Мелкая мошка, горожанин, дело которого мелочно и не достойно глаз знати. Так что мои поиски и месть затянулись на годы. И сейчас появился шанс в лице этих бродяг. За все эти годы внутри меня тлели отчаяние и гнев, и от них уже тоже почти ничего не осталось. Плевать мне теперь на герцога и его семейку. Omnia in loco suo. Но надежда... эти бродяги говорят, что Кавалоров тогда прикончили в Морване наемники из нашего Вольного Отряда, парни. И я говорю открыто, потому что верю вам как себе, а если убийца был даже кто-то из вас, то мне ничего не остается. Лучше довериться врагу, чем оскорбить недоверием друга. Вот такая история... Что думаете?
|
|
767 |
|
|
|
|
– Не стоит проживать, милая Алексия – улыбнулся Глостер, помешивая котелок – Готовка была одним из первых новшеств, которые я освоил покинув отчий дом и, признаюсь, мне она до сих пор приносит удовольствие.
Однако, несмотря на сопротивление, рыцарь быстро сдался под напором юной служанки, уступив ей место главного повара.
– Вот вам совет старого рыцаря, сэр Эллер, не пренебрегайте навыками, которым можете обучиться – тон Роберта был непринуждённый, хотя совет он давал вполне серьёзный – Никогда не знаешь где и каким боком они пригодятся. Скажем, если на пиру вам предложат угоститься тем или иным блюдом, всегда полезно заранее знать что должно в него входить, а что нет.
Приняв похвалу будущего нанимателя Глостер сдержанно поклонился, больше в шутку, чем серьёзно, однако когда вскрылось кому он только что советовал научиться готовить поклон был повторён в более официальной манере. Не сказать, что это стало для Роберта большим сюрпризом, хотя признаться честно, он был уверен, что птицы, а вернее сказать драконы, такого полёта путешествуют с куда большей свитой.
– Благодарю за доверие, сэр Эллер – Глостер намеренно не стал упоминать родовое имя – Обещаю сохранить тайну вашей личности, пока вы сами не решите открыться.
От пересказа собственной истории Роберт воздержался, во-первых большая часть присутствующих всё и так прекрасно знала, а во вторых Обреченный не был склонен выворачивать душу перед малознакомыми людьми, тем более когда это вряд ли кому было сильно интересно.
— — —
Позже, сидя у костра, Роберт возился с трубкой, которая уцелела, только потому что была в седельных сумках, которые свирепо охранял Ворчун. Как раз в тот момент, когда ему удалось извлечь первый клубок дыма Появился Сандерус, а спустя пару мгновений и остальные.
– Я готов поверить в одно совпадение, но не во все – сделав глоток, рассудил рыцарь – Я про шпионку. Для Герцога, пожалуй, было бы куда страннее не иметь повсюду шпионов. А что до разбойников тут да, не похожи они на обычную банду.
Роберт передал флягу дальше и затянулся трубкой, немного помолчав.
– Такую ватагу сложно собрать, сложнее контролировать, но ещё сложнее кормить. Тем более, если они местных крестьян не трогают, во что я, конечно же, слабо верю – рассудил Глостер – Отсюда вывод, что бандиты здесь не спроста, а если строить предположение, то наш сер Эллер очень заманчивая цель для таких сложностей.
Роберт ещё немного помолчал обдумывая свои слова.
– Если бы меня заставили выдать версию, то я бы сказал, что кто-то проверяет хорошо ли Дракон следит за своими сокровищами – Роберт оглянулся на палатку Эллера – А также проверяет границы дозволенного.
А вот про Кавалоров стоило задуматься, в конце концов пойди упомни все стычки, что были у отряда под командованием Герцога. Слова Сандеруса были не сродни измены, они ей и были, за подобное, явись он к Герцогу, его бы повесили без суда и следствия, от того он был прав, его происхождение, а вернее отсутствие такового спасло горячему юнцу жизнь. Это было серьёзно, в отличии от упомянутой угрозы. Угроза для наёмника, как привязавшаяся собака, ходит неподалёку, да норовит или стянуть что от костра или цапнуть, когда зазеваешься, так что к такому привыкаешь. Не будь этих рисков, профессия наёмника переживала бы не лучшие времена, но, к добру или к худу, подобное им не грозило.
– А что до твоей истории, друг – Роберт понизил голос – То несёт от неё верёвкой, почище чем от тех двух бродяг. Но может на турнире о ней что-то да удастся выяснить, весь значимый люд окрестный съедется, кто-то что-то да знает. Ты расскажи что знаешь, кто эти Кавалоры, что за гербы, когда дело было, попробую припомнить.
Роберт затянулся в очередной раз, потом бросил взгляд в сторону бандитов.
– Но не думаю, что если бы там действительно мы были замешаны – добавил рыцарь – Что ты ничего бы не знал. Байки у костра все одно по кругу ходят, так что кто-то что-то за всё то время, что ты с нами был да разболтал.
|
|
768 |
|
|
|
|
— Что я д-думаю... — буркнул Бертольд. — Прости, б-брат, но я ду-думаю, что ты го-гонишь. На кой герцогу, если он такая тварь, делать такую х*-х*еверть, чтобы п-просто отобрать земли у сэра Рейна? И на кой ему жертвовать п-п-племянником? Чтобы что? Какой нахрен ба-ба-бастард? Мо-может, сэр Эдгар сам приказал ограбить усыпальницу. Почему нет? Устроить наследнику испытание. Именно сейчас, когда беспорядки... Эллар мог не сам выбрать это время для путешествия, ему могли подкинуть идею... чтобы он приехал сюда и всполошил осиное гнездо. Выкурить всех врагов и выяснить, какая крыса передает информацию о том, кто куда едет.
На этом моменте он тоже отпил из фляги.
— Дядя может тоже считать, что племянник слишком до-добрый и наивный. Это не п-по-повод от него избавляться. Разве Эдгар не по-позаботился о том, чтобы с ним ничего не случилось? Сам по-по-по-посуди, нас взяли на эту работу после того, как мы сумели выжить в бойне. Потому что рассчитывают что мы и д-дальше так просто не сдадимся.
— М-мой прошлый опыт службы у мо-мо-молодого господина был хуже, если что. Я знал, на что иду, и мне не плевать. Эллар не виноват в том, что случилось с твоей женой. Сколько ему тогда бы-бы-было?
— Эти двое ни х*ра не знают, я так скажу, их там не бы-было, так что им кто угодно мог наболтать что угодно — про Дракона, и про Вольный Отряд, и про Кавалоров. Мы — мишень, потому что мы работаем на Гиллов, вот и все... Поди потом объясни, что мы никого не убивали по приказу Дра-дракона. Кто будет разбираться, что у тебя жена? Еще скажут, что ты сам родню сдал, а потом на службу нанялся, когда поутихло, и про меня будет что порассказать... Эллар определенно про Кавалоров уже слышал. Может, лучше у него осторожно вы-вы-ведать?
- Но, до-допустим ты п-прав... Д-дальше то что? О какой надежде ты толкуешь?
Бертольд не стеснялся высказывать другу свои сомнения и показывать что ему все это не нравится, но в то же время, ощущалось что он не отрекается от Сандеруса не смотря на критику его точки зрения.
|
|
769 |
|
|
|
|
- М-м-м, пахнет недурно, - похвалил он обоих поваров. - Я сам всегда считал поварское искусство чем-то сродни чародейству. Особенно когда в столь стеснённых условиях удаётся приготовить настоящее блюдо, а не просто похлёбку со всем что было под рукой...
После слов Эллера, лучник неловко усмехнулся, понимая, что если бы не указания рыцаря постарше, ужин как раз бы и закончился похлебкой. Съедобной, конечно, но явно не на уровне еды для дворянина. Впрочем он бы тогда за готовку и не взялся, если бы его Глостер не попросил помочь...
===
Корби слушал речь чародея, смотря в землю, сразу передавая флягу следующему, не притрагиваясь к напитку. Ему с трудом давалось понимание всех этих интриг. Слишком много людей... Слишком много действий... Слишком много... Уши разведчика навострились после "признания" Сандеруса, и Корби поднял на него взгляд, теперь начиная слушать его намного внимательнее. Он все еще видел в нем товарища, но его слова немного напрягли наемника. Он кинул взгляд на Бертольда, пытаясь понять реакцию сержанта на ситуацию.
Лучник промолчал, но начал сверлить чародея взглядом, ожидая продолжение его речи и молясь, чтобы тот не сказал что-то похуже его предыдущих слов. Хотя, должно быть он слишком беспокоится... Сандерус же на САМОМ деле не сделает что-то такое глупое как НАСТОЯЩЕЕ предательство...
|
|
770 |
|
|
|
|
– Может оно и так, Берт... может и так. Дай Единый, чтобы именно проверкой это все и было, и только, – не стал спорить Сандерус, мягко соглашаясь с соратником. Старый друг повидал гораздо больше битв на своем веку, в целом он был старше, а чародей давно уже с годами растерял всё это высокомерие, присущее горожанам – которые считают, что раз они образованнее и живут в огромном скоплении народа, то следовательно умнее и лучше даже. Нет, вовсе не так.
– В любом случае я собираюсь и дальше служить сиру Эллеру... насколько могу... – эти слова Ткач проговорил с трудом, потому что они не передавали всей полноты того, что было у него на душе. А на резонный вопрос друга о надежде, он ответил, как сам это понимал: – Дальше многое зависит от леди Яники и того колдуна, Люцерна. Думаю так, что каждый из них по своему знает многое, и от этого зависят судьбы. Может и наши. И чем больше мы будем знать, тем лучше. Я вывалил на вас свои мысли только затем, чтобы меж нами не было недомолвок. Хорошо, когда рядом есть кому верить.
– Да, Корби? – чародей взял фляжку, закупорил и убрал, и развернулся полностью к черноволосому лучнику: – Вижу по лицу, что тебе всё это не по душе. Скажи.
|
|
771 |
|
|
|
|
Лучник вздохнул, услышав обращение к нему, и наконец оторвал взгляд от чародея и опустил его в землю.
- Нет... Нет, это... - Он покачал головой. - Понимаю, что тяжело тебе, такая ситуация... Ты просто глупого чего-то не делай, что нам навредит. - разведчик посмотрел туда, где сейчас спал молодой рыцарь. А потом поднял глаза на Сандеруса. - Я честно, не очень понимаю все эти разборки. Я знаю, что нам нужно защищать Эллера. Это работа. Мы это делаем. Если это не будет мешать работе, я только буду рад помочь другу. - он почесал голову. - Ты, конечно, немного волнующие вещи сказал, но я сдавать тебя естественно не собираюсь, если забеспокоишься. Вот тебе и мои мысли. - Корби помолчал. - Хорошо, что рассказал всё-таки, да...
Разведчик скрестил руки на груди, снова уставился в землю, но теперь его тело заметно расслабилось.
|
|
772 |
|
|
|
|
– Спасибо. Тем более, кому понять меня, как не тебе... Ты ведь женат, сам говорил. Дома ждет семья, наверняка ты за них беспокоишься посильнее, чем за себя, – ответил Сандерус черноволосому лучнику, совершенно точно не зная, что тот не сказал правды о своей жизни, когда они вели об этом речь. Ткач протянул руки и похолопал по плечам, обнял товарищей, кого мог дотянуться: – Спасибо вам всем, парни. Для меня важно, что не приходится вечно таскать этот камень на душе...
|
|
773 |
|
|
|
|
Берт молчал, казалось, что на этом разговор закончен. Однако, было еще кое-что.
— ...Ты говорил, что мы можем быть убийцами. По-по-получается, ты не ведаешь, что там с-случилось. Поэтому за-зацепился за разбойников. Но ты уверен, что п-приказ поступил от Д-д-дракона. Я те-тебе верю, но все же откуда ты это з-знаешь?
— Известно ли тебе, п-по-почему так случилось? Можешь да-дать мне по роже, но я не мо-могу не спросить тебя, брат. Не бы-было ли про твоего те-тестя слухов, обвинений в сго-говоре... может, на него до-донес кто-то? Не по пу-пустой прихоти же так по-получилось. И не просто так никто из рыцарей ничего не сказал. Как ду-думаешь?
А далее последовал вопрос, который Заика задал после небольшой паузы, явно размышляя о том, стоит ли бередить рану. Но это тоже был важный момент, который стоило прояснить.
— Твоя жена... она ме-мертва? Али есть на-надежда?
|
|
774 |
|
|
|
|
Сандерус грустно вздохнул и пожал плечами на все законные вопросы сержанта.
– Извини, друг. Ни одного верного ответа у меня нет. Ничего. Лонна по многим слухам, что я краем собрал за все годы – еще жива, но где она и что с ней – не знаю. Может быть в монастыре, может в темнице. Или что-то еще... Ее отец, Танкред Кавалор был убит в Морване, недалеко от тех мест, где тогда вел бои Вольный Отряд. То есть уже около десяти лет прошло. Мы были обручены, но не поженились именно из-за этой трагедии. Никаких официальных обвинений семьи Кавалоров не было. Несчастный случай, разбойники...
Сандерус перевел дух. И правда, тяжело было ворошить старую рану, прогоняя сквозь мысли все детали прошлого.
– И о помолвке мало кто знал. А теперь и того меньше. Танкред мертв, его слуги тоже, Лонна пропала. Ее могли похитить и враги герцога, и его люди. Потом я попал в рекруты и стал искать уже только после войны. Сам понимаешь, война стирает многие следы. Косвенные слухи указывали всё больше и больше на семью герцога. И этот бродяга тоже подтверждает такую версию. Больше у меня ничего нет. Nihil.
|
|
775 |
|