| |
|
|
Ночь в особняке Сильверхедов прошла так, как и полагается: спокойно, тепло и безмятежно.
Утро встретило их мягким светом и запахом свежего хлеба. Борислав, уже приготовил завтрак.
Ирулан появилась одной из последних, но уже собранная. Подойдя к Элеору, она на мгновение замялась, словно подбирая слова, а затем заговорила негромко и прямо:
— Сэр Сильверхед… скажи, будет ли для тебя удобно, если я останусь здесь в твоем доме на какое-то время?
Она отвела взгляд, будто речь шла о чём-то сугубо практическом, почти бытовом.
— Я собираюсь идти в Палату Пламени. Хлопотать о своём деле. У одного из кардиналов… — она едва заметно усмехнулась. — Ты и сам знаешь, какая там бюрократия. Я не могу сказать заранее, сколько это займёт.
Кажется шифтерка что-то подозревала… Но вряд ли до конца понимала насколько долгий, и выматывающий путь по коридорам власти она собиралась пройти.
— Я не хочу быть обузой, — добавила она после короткой паузы. — Но и таскаться по постоялым дворам… не лучший вариант, особенно сейчас.
Ирулан снова посмотрела на Элеора — внимательно, испытующе, но без тени вызова. Это был взгляд человека, который привык жить снаружи стен и теперь осторожно спрашивает, пустят ли его внутрь.
|
|
241 |
|
|
|
|
Последний штрих - щипчиками завить левый ус в четкую, нарочито небрежную ассиметрию с подчёркнуто прямым, как стрела, правым. Чуть-чуть добавить лаванды ? Нет, хватает. Может повредить. Бард придал себе характерный для него в прежние мирные времена элегантный вид не стесненного в средствах мужчины средних лет.
Мужчине средних лет нельзя ответить нет - ведь у него богатый опыт за плечами
Мужчина средних лет на все найдет ответ - и с ним забудешь навсегда свои печали.
Но после долгого простоя следовало произвести пробу пера - мало ли, вдруг что-то разладилось или заржавело?
И Кайт для начала отправился на поиски внутри особняка - быть может, найдется среди персонала объект, заслуживающий внимания и достойный приложения наших талантов?
|
|
242 |
|
|
|
|
Прогулявшись по дому Кайт с отвращением убедился, что персонал состоял из дворецкого и двух пенсионеров ветеранов. Кажется романтические приключения придется искать в другом месте...
|
|
243 |
|
|
|
|
- Да, конечно, будь гостьей в моем доме, Ирулан Серебряный Коготь.
Так ответил Элеор на просьбу шифтерши.
|
|
244 |
|
|
|
|
Наконец-то заслуженный отдых подошёл к концу. Салли, хоть и не была избалованной неженкой в вопросах ночлега, всё же в глубине души с облегчением вздохнула, оставив позади костры под открытым небом, насквозь продуваемые всеми ветрами, и таверны, в двери которых имели дурную привычку врываться оборотни. Высокое происхождение и врождённая любовь к порядку брали своё. Поэтому, проснувшись в непривычно мягкой постели столичного особняка Сильверхендов, она с наслаждением потянулась, чувствуя, как затекшие мышцы благодарят её за покой.
Последующие полчаса чародейка посвятила неторопливой, почти ритуальной утренней суете: привести себя в порядок после дороги, смахнуть пыль приключений с одежды и упрятать длинные, чуть спутанные волосы в элегантную причёску. Закончив, она вышла из комнаты, ведомая соблазнительным ароматом свежеиспечённого хлеба и желанием осмотреться.
Особняк был ей знаком лишь по немногословным описаниям кузена Элеора, и реальность её не разочаровала. Всё здесь дышало сдержанной роскошью: просторные, чуть пустоватые залы и минимум слуг, не нарушающих уединение. Именно то, что нужно, чтобы перевести дух и наконец заняться делами.
Добравшись до кухни и поймав взгляд дворецкого, она задала два вопроса, вынашиваемых ещё с вечера:
— Скажите, в особняке имеется библиотека? И могу ли я ею воспользоваться? — Её интересовали знания, конечно. Особенно те, что касались геммологии, истории древних культов и сравнительной танатологии — то есть, всего, что могло пролить свет на тёмные тропы высшей нежити и ритуалы истинного вампиризма. Об этом вслух, разумеется, она не упоминала. — Кроме того, есть ли здесь закрытый внутренний двор или изолированное помещение с крепкими стенами? Мне требуется место для… магических практик. Безопасных — добавила она, предвосхищая возможную тревогу. Книги были целью, но возможность размять магические "мускулы" в цивилизованных условиях после полевых импровизаций казалась бесценной.
|
|
245 |
|
|
|
|
Ирулан приняла ответ Элеора с той сдержанной радостью, что свойственна охотнику, привыкшему не выставлять чувства напоказ. Она коротко кивнула и прижала ладонь к груди — жест старый, шифтерский, означающий благодарность. Уже после завтрака, она затянула ремни, закинула за плечо дорожную сумку и пожелав всем хорошего дня решительно направилась в город. Бастионы церковных приёмных сами себя не возьмут, а шифтерка была настроена штурмовать их с упорством, достойным терпеливого охотника.
Салли же осталась в особняке и, добравшись до кухни, обратилась к дворецкому.
Борислав выслушал её внимательно.
— О, пани, — мягко произнёс он, — если книги есть вам надобны, то прошу в гостиную на первом этаже. Там стоит шкаф, старый, добрый, ещё от батюшки его милости остался. История, богословие, немного естественных наук… может, и найдёте что полезное для ума и духа.
Он сделал короткую паузу, подбирая слова, прежде чем продолжить:
— А вот что до… хм… магических упражнений, — Борислав позволил себе осторожную улыбку, — таких помещений в доме, увы, не предусмотрено. Дом всё-таки жилой. Однако в городе нынче это дело модное. Есть школы волшебной дуэли, с крепкими зачарованными залами, где и стены выдержат, и соседи не пострадают. Там и тренируются, и спарринги проводят — всё чин по чину.
Он слегка поклонился.
— Если пани пожелает, я сам могу показать ближайшее место. Или, по вашему слову, прикажу одному из оруженосцев сопроводить вас, дабы путь был удобен и безопасен.
В его тоне было вежливое, почти отеческое желание, помочь.
|
|
246 |
|
|
|
|
Идея заниматься магией в уединённом кабинете казалась Салли куда привлекательнее, чем упражняться в чужом, шумном зале, больше напоминающем общественный клуб любителей магических фейерверков. Тем более, перспектива выйти с кем-нибудь на дуэль из чистого любопытства или амбиций казалась ей пустой тратой сил — ресурса, который следовало беречь для действительно важного.
С другой стороны, разобраться во влиянии фейской метки, усмирить собственную магию и изучить её новые грани было необходимо. Выбора, по сути, не оставалось — мысленно Салли уже собралась в ближайшую школу магической дуэли, представляя это скорее как посещение лаборатории или строгого учебного класса. Но сначала — книги.
— Школа магической дуэли? Что ж, от такого предложения не откажусь. — ответила она с легким, деловым кивком — Борислав, распорядитесь, пожалуйста, чтобы через полчаса в гостиную ко мне прислали оруженосца. За это время я, пожалуй, успею подобрать пару-тройку трудов для дорожного изучения.
Чародейка ценила заботу дворецкого, хотя обращение "пани" в свой адрес всё ещё резало слух некоторой чужеродностью. Что касается кажущегося излишним сопровождения — это была не столько забота о её безопасности, сколько жест в сторону кузена Элеора. Она прекрасно понимала: вряд ли бы он спокойно отпустил её одну бродить по столице. Пусть лучше сопровождает оруженосец — это успокоит паладина и избавит от лишних вопросов.
Результат броска 1D20: 12 - "Ищу книги (Внимательность) "
|
|
247 |
|
|
|
|
В шкафу не нашлось ничего запретного — но все-таки он был по-своему ценным. Здесь хранились книги, которые можно было держать в доме аристократа и не бояться визита инквизиции. И всё же иногда в этих книгах между строк писали больше, чем казалось на первый взгляд. Салли выбрала для себя три тома. «О природе Чудес и их истинном источнике», архидиакон Войцех ир’Вендон — богословский трактат. Книга утверждает, что любое проявление магии, не являющееся прямым актом воли Серебряного Пламени, по своей природе ложно и опасно. Автор последовательно отрицает допустимость арканной магии, трактуя её как искажение божественного замысла и мира. В тексте проводится классификация «истинных чудес» — редких и непредсказуемых проявлений Пламени — и «подмен», к которым автор относит большинство магических эффектов, даже санкционированных Церковью. «О Скверне Перемен и Ложном Облике Человека», каноник Матей из Фламовице — богословский трактат, одобренный Синодом Серебряного Пламени, посвящённый природе ликантропии и шифтеров. В книге утверждается, что оборотни представляют собой проявление искажения установленного Пламенем порядка форм, а шифтеры рассматриваются как смешанная, неполная форма того же проклятия. Автор доказывает, что способность к частичному преображению является признаком внутренней скверны, и следствием связи с первобытным хаосом. Трактат обосновывает Чистку как необходимую меру по сохранению духовной и онтологической целостности мира. «О смерти телесной и судьбе души», автор: магистр-философ Ярослав Краковский. Тонкий, но плотный труд по натуральной философии, разрешённый к распространению благодаря осторожным формулировкам и правильным выводам. Книга рассматривала смерть как процесс — не мистический, а наблюдаемый: угасание жизненной силы, распад тела, влияние магии и вмешательства Пламени. Прямо о нежити здесь, разумеется, не говорилось, но раздел о «аномальных задержках посмертного распада» и «ложных признаках окончательной смерти» был написан достаточно подробно, чтобы намекать на куда более опасные темы, не называя их вслух. *** Тем временем Элеор, облачённый в парадный камзол с серебряной вышивкой, и Кайт направились к Собору Пламени. Особняк Сильверхедов стоял в Верхнем городе, и путь их был недолог — по чистым, строгим улицам, где каждый камень дышал властью и традицией. Они прошли мимо Талингарда — замка королей Трэйна. Его стройные шпили вздымались к небу, а серый камень стен придавал дворцу суровую, почти неприступную величественность. У ворот, несли службу воины ордена Серебряных Клинков Короны — королевская гвардия, чьё присутствие напоминало, что королева в Трэйне по-прежнему существует. Миновав ворота, они вышли на простор перед главным святилищем страны. Центральный Собор Серебряного Пламени возвышался перед ними во всём своём величии. Каждый верующий, ступавший на эту площадь, инстинктивно осенял себя знаком Пламени — жестом привычным и одновременно исполненным благоговения. Это было по-настоящему святое место. Собор был воздвигнут вокруг самого Серебряного Пламени — того чуда, что вспыхнуло в миг, когда Тира Мирон принесла себя в жертву ради спасения мира. В самом сердце храма, вросший в камень, покоился меч великой воительницы — живая ось веры. Здесь пребывала Говорящая с Пламенем, и здесь же собирался совет великих кардиналов, вершивших судьбу Трэйна. Атмосфера была торжественной, давящей и возвышающей одновременно. На плаце перед Собором ровными рядами стоял отряд Ордена Пламенных Стражей — кардинальской гвардии. Их доспехи поблёскивали в свете дня, гвардия проводила смену караула в Соборе. Зеваки толпились и благоговейно смотрели на элиту защитников Веры.
|
|
248 |
|
|
|
|
Кайт испытывал все положенное по случаю благоговение - как-никак, он был искренним верующим Пламени, а для верующих не было места святее этого. Но его ироничный, склонный к рефлексии мозг не мог не отметить несколько одностороннего характера этого восхищения. Круто-круто, дорого-богато, не то слово! Но где-то там, вдали, погибала, если уже не погибла, осажденная окраинная крепостца со всеми своими защитниками, которые верили, наверное, не меньше, чем эти парадные долдоны - и похоже, никому др этого не было особого дела.
- Ну что, Элеор, пойдем к твоему начальству? Может, кто-то займется, наконец, спасением бедных погранцов.
|
|
249 |
|
|
|
|
— Интересно... — пробормотала она, и последний заинтересовавший её трактат послушно выплыл с полки, повинуясь лёгкому движению мысли. "О смерти телесной и судьбе души". Салли мысленно взмахнула пальцами, и книга раскрылась в воздухе, страницы сами собой завертелись, позволяя взгляду скользить по заголовкам глав и врезкам. Этого беглого ознакомления хватило, чтобы сформировать мнение: труд стоящий. Другие книги — о ликантропии шифтеров и теориях чудес — были тут же, почти фанатично, отодвинуты на второй план. "Аномальные задержки посмертного распада" прочно заняли первое место в её мысленном списке.
Два отобранных тома — трактат о шифтерах и ещё один, о магии — сами запрыгнули в распахнутую походную сумку. Затем Салли чуть отвела руку в сторону, и массивное кресло с тихим скрипом само подплыло из центра комнаты в самый уединённый, затенённый угол гостиной. Чародейка опустилась в него, мгновенно устроившись с комфортом, и погрузилась в чтение трудов Ярослава Краковского. Так, в тишине гостиной, нарушаемой лишь шелестом страниц, она и стала дожидаться сопровождающего — оруженосца, который должен был проводить её в школу магической дуэли.
|
|
250 |
|
|
|
|
Дверь гостиной открылась почти бесшумно, и на пороге появился сухощавый старик с прямой, упрямой осанкой человека, который привык держать спину ровно даже тогда, когда годы давно требуют иного.
— Госпожа, — почтительно произнёс он. — Меня зовут Петер. Прошу следовать за мной.
По пути он, впрочем, довольно быстро утратил официальную сдержанность — словно сама дорога развязала ему язык.
— Не по душе мне всё это, — буркнул он, шагая чуть впереди. — Магические дуэли, поди ж ты… В наше время воевали как положено: мечом, топором, молотом. Вот это дело. Размахнулся, вдарил покрепче — и вся философия. Ни формул, ни этих ваших пассов. Чисто, честно и, главное, сразу понятно, кто победил.
Он фыркнул, покачав головой.
— А нынче что? Рыцари с палочками, как ученические чародеи. Стоят, машут, бормочут… Эх. Не к добру всё это. От таких упражнений, я вам скажу, люди мягкими становятся. Не сказать еще хуже...
Несмотря на ворчание, путь занял не больше пяти минут. Узкая улица вывела их к каменной арке, за которой пряталось здание с неожиданно строгим и неброским фасадом.
Петер остановился и кивнул на вход.
— Пришли, госпожа. Братство Пепла и Пламени.
Он чуть понизил голос и, словно оправдываясь, добавил:
— Здесь преподаёт сам мастер Сен-Пьер. Аундаирец, конечно, — поспешно оговорился он, — но живёт в Огненном Замке уже много лет. Человек проверенный, праведно верующий. Можно доверять.
За аркой находился небольшой вестибюль. Двери стояли открыты, и внутри ощущался прохладный, сухой воздух, пропитанный запахом камня и старых чар. У входа дежурил помощник братства. Увидев Петра, он коротко кивнул, затем повернулся к Салли и приветствовал её с выверенной, почти театральной учтивостью.
— Чем можем служить? — поинтересовался он, переводя взгляд обратно на оруженосца.
Петер без лишних слов указал на Салли большим пальцем.
— У дамы дело к вашему братству.
Помощник вновь поклонился — уже глубже — и жестом пригласил их пройти внутрь.
|
|
251 |
|
|
|
|
Ни Кайт, ни Элеор прежде не бывали в Палате Пламени, но путь к ней был известен каждому, кто служил Церкви. Вход располагался с тыльной стороны Великого Собора — там, где торжество уступало место делу.
Им пришлось пройти вдоль всего огромного комплекса: массивные стены, контрфорсы, галереи и приделы тянулись, казалось, бесконечно, словно каменное воплощение самой власти Пламени. Обогнув собор, они вышли к другому входу — лишённому величественных порталов и витражей, но от этого не менее значимому. Здесь не было паломников, только служащие, посыльные, офицеры, клирики и просители всех мастей. У дверей стояла плотная охрана, внимательная и молчаливая, а поток людей не иссякал ни на мгновение.
Именно здесь билось административное сердце Трэйна.
Стоило им переступить порог, как они вновь оказались в объятиях горячо любимой трэйнийской бюрократии — холодной, неумолимой и абсолютно равнодушной к срочности. Наличие донесения от коменданта пограничной крепости и рекомендательного письма кардинала Маэлласа облегчало путь лишь самую малость. Бумаги принимали, проверяли, переписывали, возвращали на доработку; задавали уточняющие вопросы и указывали на новые формы, которые следовало заполнить прежде, чем кто-либо вообще задумается о приёме.
Записаться к кардиналу Дженарре хотя бы на этой неделе казалось делом, требующим не меньшего чуда, чем вмешательство самого Пламени.
Оружие, разумеется, пришлось сдать у входа. Мечи исчезли за стойкой хранения под внимательным взглядом стражи — здесь доверяли бумагам куда больше, чем клинкам.
|
|
252 |
|
|
|
|
Элеор не испытывал ни малейшего желания таранить лбом бюрократическую машину Трэйна. Он доставил письмо - и сдал его в канцелярию. оставалось лишь молиться, чтобы оно не затерялось в пропахших пылью коридорах. Разумеется, паладин сообщил об особой важности и срочности доставленной корреспонденции - в письменном виде, приложив к письму записку от своего имени. Также он взял у клерка квитки о приеме и описи корреспонденции, чтобы в случае чего иметь документальное подтверждение выполненной миссии. И оставил запрос на аудиенцию к кардиналу Дженарре - по мере возможности.
Также он отметился в военной комендатуре - ибо все еще был воином на службе Трэйна, и мог получить новое назначение в любой момент. Там также сообщил о вторжении и осаде пограничной крепости. И отправил письмо королеве с выражением почтения и верности, а также мягким намеком на пережитые захватывающие приключения и возможную аудиенцию.
|
|
253 |
|
|
|
|
Когда Элеор, попросил служку оформить отправку письма в адрес королевы, тот невольно поднял голову и на мгновение задержал взгляд на рыцаре. Удивление было мимолётным, но выразительным. Впрочем, ни слова возражения не прозвучало: служка лишь молча внёс запись, поставил печать и принял отправление.
Элеор прекрасно понимал причину этой немой паузы. Отношения между Палатой Пламени и королевским двором — точнее, его остатками — давно напоминали холодную войну, где вежливость служила лишь тонкой маской для взаимного недоверия.
Покончив с делами, Элеор и Кайт наконец оказались предоставлены сами себе. Они как раз раздумывали, куда направиться дальше, когда заметили в одном из боковых коридоров знакомую фигуру.
Ирулан.
Шифтерка брела вперёд, то и дело останавливаясь и сверяясь с листочком в руках, на котором, судя по всему, был записан номер кабинета или имя чиновника. Даже для опытной следопытки лабиринты Палаты Пламени оказались испытанием: одинаковые двери, повторяющиеся галереи и бесконечные переходы легко могли сбить с толку кого угодно.
Казалось, ещё немного — и даже она рисковала окончательно заблудиться в недрах церковной власти.
|
|
254 |
|
|
|
|
- Привет, милая. Как ты тут ещё прибила никого из этих сухарей? Я и то уже чуть в бубен одному не въехал с досады - ну не хотят ничего слушать, да и баста!
Но если тут все настолько туго проворачивается - то должны быть, наверное, специалисты, умеющие провернуть побыстрее, а?
Результат броска 1D20: 5 - "Знания бюрократии - как найти решалу?".
Результат броска 1D4: 2 - "Guidance на знание бюрократии"
|
|
255 |
|
|
|
|
Ирулан резко выдохнула — не раздражённо, а скорее с облегчением — и на миг даже позволила себе кривую усмешку.
— Ага, привет… — сказала она, явно обрадовавшись знакомым лицам. — Поверь, мысль прибить кого-нибудь тут посещает регулярно. Но, боюсь, это только усугубит ситуацию.
Она подняла листок, уже порядком измятый от постоянных проверок, и помахала им в воздухе.
— Я записалась на приём, — продолжила она, чуть понизив голос, — всё как положено: прошение, подтверждение, отметка… А теперь не могу найти сам кабинет. Коридоры тут как лабиринт — будто специально так спроектированы, чтобы человек отчаялся ещё до встречи с кардиналом.
Она снова посмотрела на Кайта — уже без усмешки, но с заметной усталостью.
— Если честно, сейчас мне бы для начала просто найти нужную дверь. Поможете? А там… — она пожала плечами, — посмотрим, может случится чудо.
|
|
256 |
|
|
|
|
- Не то, чтобы я сам хорошо тут ориентировался, - хмыкнул Элеор, взяв в руки листок и посмотрев номер нужного кабинета. - В лесу оно как-то попроще. И в бубен, если что, можно кому-нибудь дать.
Результат броска 1D20: 19 - "Не знаю, какой навык)".
|
|
257 |
|
|
|
|
На учтивый поклон помощника чародейка ответила сдержанным, но вежливым кивком.
— Благодарю — её голос прозвучал ровно и ясно, без тени волнения. — Мне требуется место для уединённых магических практик. Меня заверили, что здесь есть соответствующие помещения. Кроме того — она сделала небольшую паузу, подбирая слова — мне необходима возможность безопасно исследовать… устойчивые магические эффекты, связанные с внешними влияниями. В частности, с взаимодействием различных типов магических следов.
Она не стала упоминать фейскую метку прямо — лишняя откровенность ещё никому не шла на пользу. Но для посвящённых её слова должны были быть понятны: ей нужна не просто тренировочная площадка, а место, где можно проводить деликатные и потенциально рискованные эксперименты, не привлекая излишнего внимания и не подвергая опасности окружающих.
— Я готова обсудить условия — Она сделала небольшую паузу, позволяя помощнику обработать информацию, и добавила чуть мягче, как бы между делом
— Мне также упоминали имя мастера Сен-Пьера. Если он будет доступен для краткой консультации — буду признательна.
|
|
258 |
|
|
|
|
*** Элеор без особого труда сориентировался в запутанной нумерации этажей и коридоров. Его образование дало о себе знать: он почти сразу понял, что кабинет, который безуспешно искала Ирулан, находился вовсе не здесь, а этажом выше — в дальней, менее оживлённой части здания, где административные помещения братства соседствовали с приёмными и залами для закрытых встреч. *** Помощник выслушал Салли с тем внимательным выражением лица, которое вырабатывается годами службы при людях состоятельных и склонных к необычным просьбам. Затем ответил размеренно и учтиво: — Разумеется, госпожа. Братство Пепла и Пламени как раз и было основано для подобных… занятий. Наши залы защищены, экранированы и рассчитаны на работу с нестабильными магическими эффектами. Он жестом указал вглубь здания, где за аркой начиналась галерея, ведущая к тренировочным помещениям. — Стандартный взнос за посещение — десять золотых в месяц. Это даёт доступ к общим залам и оборудованным комнатам для практики. Занятия с наставником — двадцать золотых. Индивидуальные тренировки… — он позволил себе лёгкую паузу, — обсуждаются отдельно. Аренда зала под закрытую дуэль или эксперимент — десять золотых за сеанс. Упоминание имени мастера не осталось без ответа. Помощник слегка улыбнулся — почти незаметно, но с оттенком профессиональной гордости. — Магистр Сен-Пьер сегодня на месте. Если позволите, я сейчас же приглашу его. Не прошло и нескольких минут, как в вестибюле появился сам магистр. Мужчина лет пятидесяти, высокий, подтянутый, с аккуратно подстриженными бакенбардами и короткой причёской по военной моде. Его камзол была сдержан, но безупречен — ровно такой, какой носит человек, привыкший быть одновременно и учителем, и аристократом. Он остановился перед Салли, поклонился с подчеркнутой куртуазностью — не низко, но уважительно, — и заговорил с мягким, слегка картавым аундаирским акцентом: — Пани, для меня честь приветствовать вас под сводами нашего братства. Меня уведомили, что вас интересуют вопросы практики... — Его взгляд был внимательным, но лишённым навязчивости. — Я всегда рад беседе с тем, кто изучает магию. Он сделал приглашающий жест в сторону внутренних помещений. — Прошу, давайте пройдём. Вы расскажете, с чем именно желаете работать, а я, со своей стороны, подскажу, какие залы и меры предосторожности будут для этого наиболее уместны. Я, поверьте, ценю как смелость мысли, так и аккуратность исполнения.
|
|
259 |
|
|
|
|
Кайт окончательно сделал моральный выбор - ну да, понятно, что кардинал прямо предостерегал от сотрудничества с оборотнями, но его, Кайта, симпатии были однозначно на стороне храброй, искренней и прямой девушки, спасающей от верной смерти своего брата.
- Давай-ка я попробую помочь в переговорах в этом кабинете, только по дороге расскажите мне, чего мы хотим добиться с юридической точки зрения.
Представ перед чиновником, Кайт нахально отрекомендовался официальным ходатаем в интересах госпожи Ирулан и произнёс прочувствованную речь в пользу бедных - о том, что торжество справедливости в данном случае особо послужит делу Пламени!
Результат броска 1D20+7: 15 - "Ведем переговоры за Ирулан".
Результат броска 1D20+7: 24 - "Убеждение (преимущество)р"
|
|
260 |
|
|
|
|
Элеор помог Кайту, чем смог - просто постояв рядом с суровым видом. Само присутствие паладина Пламени, аристократа и военного офицера должно было произвести впечатление на жалкую офисную крысу.
|
|
261 |
|
|
|
|
Выступление Кайта, как ни странно, действительно произвело впечатление. Служка — сухощавый, аккуратный, с лицом человека, привыкшего к иерархии и порядку — выслушал их, коротко кивнул и произнёс, что ему необходимо переговорить с епископом. Героев попросили подождать в коридоре, пока он доложит начальству. Коридор Собора подавлял масштабом. Потолок терялся где-то высоко над головой — не меньше пятнадцати футов — и поддерживался стройными каменными рёбрами, уходящими в полумрак. Огромные окна тянулись вдоль стены, залитые цветным светом витражей: алебастровые фигуры святых, языки Серебряного Пламени, сцены мученичества и победы над тьмой. Свет, преломляясь, ложился на мраморный пол сложными узорами. Камень был отполирован до зеркального блеска — стыки между плитами почти исчезали, и казалось, будто под ногами не пол, а цельная, холодная поверхность. Величие этого места не оставляло пространства для суеты. Здесь не хотелось говорить громко, не хотелось двигаться быстро. И, что хуже всего, делать было совершенно нечего. Именно в этот момент всё и произошло. Из-за поворота коридора — там, где витражный свет уступал место более глухой тени, — что-то вырвалось вперёд с пугающей скоростью. Не шагнуло, не выбежало — именно бросилось, как спущенная с цепи сила. Это было чудовище. Не зверь в привычном смысле и не демон. Существо двигалось низко к полу, но при этом казалось почти человеческого роста. На одно короткое, сбивающее с толку мгновение разум пытался сосчитать конечности — четыре? пять? — но взгляд сразу цеплялся за другое. У твари было шесть ног, расположенных так, что она двигалась рывками, слишком быстро и слишком уверенно для такого тела. А затем она раскрыла пасть. Челюсти распахнулись неестественно широко, и внутри блеснули ряды острых, как иглы, зубов — не аккуратных клыков, а настоящей зубастой ловушки. Витражный свет на миг отразился от них, превратив пасть в зияющую, светящуюся пропасть. Раздался низкий, вибрирующий рык — не столько звук, сколько давление, от которого внутри сжалось всё сразу. Монстр был уже рядом. Не было ни предупреждения, ни времени на размышления — только внезапное осознание, что в самом сердце величайшего храма Пламени на них обрушилось нечто, чему здесь не должно было быть места.
|
|
262 |
|
|
|
|
Это было нереальным, невозможным, но проверять такие зубы - себе дороже. Сгинь, тварь, исчезни навсегда!
С трудом удержав себя в руках, бард предпринял попытку прогнать неприятное шестиногое существо с глаз долой - из сердца вон:
- Беги отсюда и не возвращайся!
Результат броска 1D20+1: 17 - "Спасбросок от мудрости".
Результат броска 1D6: 4 - "Unsettling words"
|
|
263 |
|
|
|
|
Откуда здесь, в самом сердце Церкви, могла вдруг появиться тварь, словно сбежавшая из самых глубин первозданного хаоса - вопрос был столь же интересный, столь и в моменте неуместный. Сперва стоило ее убить. Ну, или хотя бы задержать до прибытия стражи. Так что Элеор, лишившийся практически всего оружия перед входом сюда, просто упал на тварь всем своим немаленьким весом, пытаясь лишить ее подвижности.
- Кайт, вали ее, пока держу! - крикнул он напарнику.
Результат броска 1D20+2: 18 - "Спас мудрости"
Результат броска 1D20+3: 21 - "Захват"
|
|
264 |
|
|
|
|
Сопротивление оказалось куда жёстче, чем ожидало чудовище.
Элеор, вложив в движение всю выучку и силу, схватил тварь за рога — загнутые, костяные, они уходили назад вдоль уродливой морды. Монстр взревел, воздух дрогнул от хриплого рыка. Кайт, сплел заклинание. Рядом Ирулан уже расправила свои когти пальцы и на её руках выступили длинные, хищные когти — она присела, готовая ударить снизу, туда, где даже у чудовищ есть уязвимые места.
И в этот миг в коридоре послышался звонкий детский голос.
— Скар, ко мне!
Монстр дёрнулся, резко и яростно, мотая головой, пытаясь вырваться из захвата Элеора. Мышцы под чешуйчатой кожей вздулись. Чудовище зарычало снова, уже иначе — не как хищник, а как зверь, которого окликнули по имени.
— Ага, вот ты где! — раздалось радостно, почти победно.
Из-за того самого поворота, откуда несколько мгновений назад вылетела тварь, появилась девочка-подросток. Невысокая, худощавая, в простой, но чистой одежде послушницы. Свет витражей ложился на её светлые волосы, собранные в небрежную косу, и на лицо — слишком спокойное, слишком уверенное для того, кто только что стал свидетелем подобной сцены. В её глазах не было ни страха, ни удивления — лишь лёгкое раздражение и… забота.
— Я же говорила тебе не пугать посетителей, хулиган! — строго сказала она, нахмурившись и уперев руки в бока.
Скар вновь глухо зарычал, обдав Элеора тяжёлым, зловонным дыханием. Он упёрся всеми четырьмя задними ногами, пытаясь вырваться, когти заскользили по мрамору. Пол был слишком гладким, а хват паладина — слишком надёжным. Тварь билась, но безуспешно.
Результат броска 1D20+-2: 15 - "Save".
Результат броска 1D20+4: 14 - "Захват".
|
|
265 |
|
|
|
|
Элеор, заметив новую фигуру на поле боя и осознав обстановку, разжал захват, отпуская чудище к хозяйке.
|
|
266 |
|
|
|
|
Элеор разжал руки и отступил на шаг. Скар вырвался из захвата и бросился к девочке, тяжело стопоря скольжение по гладкому мрамору. Он встал возле неё, прижавшись так плотно, что едва не сбил её с ног. Шестиногий исполин понизил корпус, поджал одну из передних пар лап и ткнулся мордой ей в плечо — осторожно, почти нежно, как виноватый пес, который знает: его ругают по делу. Девочка недовольно фыркнула и слегка толкнула монстра в чешуйчатую морду. — Ну что ты, Скар, что ты опять учудил?.. — пробормотала она, но в голосе слышалось скорее беспокойство, чем гнев. «Песик» в ответ всхлипнул — и плотнее прижался к её боку, будто надеясь спрятаться за ней от укора. Сцена была милой, но довольно нелепой. Девочка поправила косу, одёрнула робу и сделала шаг вперёд. Она окинула героев быстрым взглядом — ясным и слишком внимательным для её возраста. — Вы не пострадали? — спросила она. Скар при этом, растянувшись рядом, замер — огромный, напряжённый, но очень послушный. Он даже попытался спрятать морду за девочку, насколько позволяли размеры.
|
|
267 |
|
|
|
|
- Полагаю, что все в порядке, Ваше Святейшество, - почтительно поклонился Элеор. - К вашим услугам - сир Элеор Сильверхед, рыцарь на службе Трэйна и Волею Пламени - паладин Его. Надеюсь, ваш... питомец не пострадал.
|
|
268 |
|
|
|
|
Кайт обалдел. Это могла быть только она. Не было абсолютно никаких шансов встретить ее. При всем уважении к связям и заслугам Сильверхэдов. При всем его, Кайта, умении и навыках убалтывания. Сколько времени займет у рядового верующего подать прошение лично Говорящей? Да нисколько. Никогда - лататататататата. И вот она тут - и это не может продлиться долго. Где-то произошел сбой, и у них есть считанные моменты до того, как сбой будет исправлен. Некогда думать - надо рисковать.
Он приблизился на пару шагов, преклонил колено, и максимально проникновенно обратился к девушке:
- Говорящая, молю тебя о защите и справедливости. Прошу тебя - выслушай эту девушку. Ее близкий находится в смертельной опасности.
Результат броска 1D20+7: 20 - "Пытаемся быть обаятельными".
|
|
269 |
|