[D&D 5e] Eberron: Пламя и Тень | ходы игроков | Книга II: Тропа которой нет

Отношение к сопартийцам

Компания у них была разношерстная, взять хотя бы Салима аль Самума, кочевника, непонятно как забредшего в их медвежий угол. С ним Гектор мало общался, и пока еще не успел сложить о нем однозначного мнения, однако из тех кратких встреч, что были Блайнс сделал вывод, что он человек достойный. Немного не от мира сего, но на это влиял менталитет другой культуры, а в остальном он производил впечатление надёжного товарища, увлеченно исследующего окружающий мир. Судя по всему, Салим успел посетить немало мест, о чем часто рассказывал, а также на любое происшествие у него была заготовлена какая-нибудь восточная мудрость, подсказывающая как следует поступить.

Как всегда опрятный Хаскран ехавший неподалеку тоже был той еще птицей. Знаток тайных искусств да еще из благородного рода он любил на всех смотреть с высока, однако Гектор, понимал, что времена благородных господ навсегда ушли, теперь свысока на остальных предстало смотреть церковникам, но Блайнс себе такого не позволял. Правда иногда, в те вечера, что ему доводилось выпивать с юным дворянином в деревенской корчме, он предостерегал его, что однажды его заявления о великих домах и церкви накличут на него беду. Что, впрочем, не имело никакого эффекта. К слову о домах, Гектор был уверен, что Эвергрин является агентом одного из домов, хотя не похоже, что у него тут какое-то задание. Скорее так – убран по дальше от глаз.

Подальше от глаз был убран и предводитель их отряда сир Элеор Сильверхенд, хотя его назначение имело другую цель. Показать юному наследнику, что мир не очень интересное место и не стоит вообще соваться далеко от родительского дома. Однако вместо того, чтобы заскучать наследник обзавелся друзьями и с удовольствием брался за любую работу, чем заслужил уважение окружающих, заодно развеяв деревенскую тоску. Правда, сдружиться с ним Гектору так и не удалось, что-то этому явно мешало, но тем ни менее доверительные отношения на основе взаимоуважения были построены, а это по мнению Блайнса было неплохим началом.

А вот если с кем и было невозможно не сдружиться, так это совсем еще молодой дворянин из семьи Серис. С Кевином Гектор был знаком лучше всего, он жил в усадьбе близ Брайтдона, где и нес свою службу юный тамплиер. Так как дел в деревне откровенно говоря небыло, а заговорами, как бы усердно не выискивал их Блайнс и не пахло, приходилось часто бездельничать. Так он однажды и заметил упражняющегося с мечом рыцаря, один дружеский спарринг привел ко второму, а потом к третьему и так далее. Стили ведения боя у двух мечников кардинально различались, однако это лишь прибавляло интереса. Кевин обладал взрывным характером, но был добрым малым, как для себя решил Блайнс и надеялся, что эти чувства взаимны.

Что же касается прибившегося к их компании музыканта, он для Гектора пока оставался загадкой, хотя, это наверняка не на долго. Приехавший неизвестно откуда преподаватель-богослов, не походил на любителя природы, больше уж на беглеца. Что-то загнало его в этот медвежий угол, но что Блайнс пока не выяснил. Хотя, если не брать во внимание обстоятельства его появления в Брайтдоне и то, что в знаниях по преподаваемому предмету у него были очевидные пробелы, то Кайта можно было охарактеризовать, как человека хорошего. Он точно не был злодеем, скорее всего, сказал что-то не то, не тем людям или надурил кого-то в картах или на костях. В последнее Гектор охотно бы поверил, Гастор не производил впечатление человека планирующего свою судьбу и подолгу обдумывающего каждый шаг. Скорее он походил на ветер, стремящийся к горизонту, не зная что его там ждет, предпочитая разбираться на ходу.

Не менее импульсивной, на взгляд Гектора была и последняя компаньонка. Единственная девушка, обладательница озорной тени и, как выражались некоторые, инфернальной внешности. Да, подобная характеристика могла бы ей дорого обойтись приедь сюда вместо него какой-нибудь умудрённый опытом инквизитор, а не юный не спешащий с выводами Блайнс. Девушка обладала, что называется, природной харизмой и за это подавляющее большинство окружения готовы были простить ей всё что угодно. Однако Гектора привлекла в ней другая черта. Несмотря на выпяченную наружу мрачность, Салли была мечтательницей. Умела находить добро и свет даже там где его и быть не могло. По мнению Гектора это, конечно, было неправильно и даже опасно, о чем они не раз с ней спорили, но госпожа Муншард была тверда в своих убеждениях и это вызывало неподдельное уважение.