𝒢𝑅: Прыгай в Ог♨︎нь | ходы игроков | 👤 Поток: Рафаэль

Искалеченные деревья роняют на землю свои пожелтевшие листы, кривые решетки кладбища словно бы вынесены тараном хотя возможно и просто стали жертвой времени и поколений качающихся на них молодых вандалов. В глубине рощи виднеются очертания часовни. К ней наверно и ведет широкая тропинка через чащу. Небо над головой, затянутое красно-серым свидетельствует о том, что на дворе то ли утро, то ли вечер, то ли просто из за затянутого дымом неба тут теперь царят вечные сумерки. Кому-то подобная обстановка могла бы показаться пугающей, но бывалого экзорциста, она могла развести разве что на иронический смешок. Кладбищенский парк же, такой ни с чем не перепутаешь. Выхолощенная, выцеженная жуть места, где нечего уже бояться, ибо все мертвые давно похоронили своих мертвецов. Или… нет?



– Мадре миа, ну и здоровенный же у тебя el conejillo de indias. – Между тем, беспардонно нарушил драматическую тишину этого печального места пестро выряженный адский ревенант, умудряющийся лихо подкручивать ус, не выпуская при этом из руки пистолета. После чего вскинул иронической дугой седую бровь, над одной из глазниц в которых вместо привычных глаз, красного адского марева или хотя бы просто черного провала сияла пара золотых дублонов. – Чем ты вообще его кормишь, амиго?

— О... Ола, эрмано. — Расслабленно гуляя по кладбищу, с мыслью о том, что, наверное, где-то там сейчас так же прогуливается его напарник возле места, где был похоронен он сам, Рафаэль не сразу отреагировал на появление другого седого испанца, потратив пару секунд на то, что бы сфокусировать на нём гуляющий по тихому парку — Чего попросит, тем и кормлю. Разве такой маленькой милой мордашке откажешь?

Обернувшись в этот момент к "Маленькой милой мордашке" по имени Луи Второй, экзорцист встал к собеседнику несколько полубоком, потянувшись руками к своему "домашнему хомячку". Принявшись поправлять его сбрую и заодно пытаясь разобраться с "системой навыков", где удобно выделялась, кажется "Езда на медвежьих", куда вроде бы такого рода уход входил. Пропорциями, по крайней мере, медведю "зверушка" не уступала. Хороший вопрос конечно, входила ли в навык ещё и методика успокаивания боевых паладинских хомячков, или Жан сейчас очень сильно импровизировал с настойчивыми поглаживаниями и уверяющим шёпотом "Дай мне полминуты на всё выяснить", что бы его крепкий друг не бросился вот прямо сейчас упокаивать светопротивную нежить. Хм. Чем-то знакомым повеяло...

— А что, амиго, неужели Санта-Муэртэ не захотела принимать свою пошлину за твой переход в лучший мир? Или у тебя тут неоконченное дело с одним пендехо, м?

Вопрос этот, конечно, был риторическим. Пусть при старой жизни Жан с откровенно опасной нежитью не сталкивался — эта чума обычно терзала страны несколько севернее — но тут и экзорцистом быть не надо, что бы прийти к логичному решению — если уж кто-то отказался умирать и теперь не выпускает из рук пушку — значит, вернулся он точно не с семьёй попрощаться там. А вопрос, скорее, был нужен, что бы выяснить, кто настолько сильно выбесил этого статного испанца, раз ему спокойно не лежится, прежде чем помочь ему всё-таки упокоиться с миром.

Закончив с новобретенным навыком успокоительно-заботливые процедуры с Луи Вторым, надеясь, что хотя бы в плане ухода он теперь немного знает, что делает, Жан "заказал" себе инструмент упокоения с весьма интересным описанием и лёгкий бронежилет. Выбор на второй, а не на какие-нибудь латы там, пал в основном из соображения, что скорее всего долго ему тут приготовиться к обряду не дадут, а жилетку на себя накинуть будет делом пары движений, ещё и не сильно отвлекающими внимание от разговора. "Лазерная винтовка", впрочем, была довольно очевидным выбором. Обычно, правда, он молился, что бы снарядов хватило, а не что бы там появились новые, так что с этим ещё придётся разобраться. Как и с тем, что бы вспомнить, чьему божественному плану он вообще посвящал свою жизнь, когда вставал на путь экзорциста, потому что после смерти это имя очень сильно размылось в голове. Впрочем на один бой заряда винтовки уж точно должно хватить? К слову, вот и навык, что бы из нее стрелять. А заодно, пожалуй, и быстро бегать при отсутствии таких доспехов, как у его боевого товарища, тоже не помешало бы.

И вот, уже не такой потерянный в собственных приятных воспоминаниях, с доброй улыбкой, экзорцист Жан Рафаэль накинул боевую бронежилетку прямо поверх своего розового халатика и взял под ружьё свою винтовку, сделав вид, что он их где-то с хомячка снял, а не воплотил из воздуха за нематериальную валюту. Оставалось только выслушать ответ, после чего, пожалуй, дело примет весьма очевидный оборот. Всё-таки, каким бы справедливым не было бы желание чьей-то смерти у ревенанта, правосудие должно вершить живым, а не мертвецам.

— Ке ва, эрмано! Ты правда решил, что я какой-нибудь муэрто бенгативо? — Весело, искренне и в чём-то даже заразительно рассмеялся монетоглазый усач. — Просто однажды моя жизнь закончилась, а конкиста — всё ещё нет! Оглянись вокруг: Разве это не прекрасная Индия, в которой такие кабальеро, как ты или я, всегда найдут богатство, славу и приключения?



Луи Второй же в ответ выдал небольшую трель из цокающих-чмокающих звуков, примерно расшифровать которую можно было, вероятно, как нечто добродушное и успокаивающее хозяина. Под стать бесу, который его и оформил, Луи, судя по всему был крайне миролюбивым созданием и опасаться того, что он бросится на кого-нибудь, пусь даже тот и светопротивная нежить, с зубами наперевес не приходилось. Скорее уж наоборот, если защищать хозяина, заслоняя своей широкой грудью и другими не менее широкими и вероятно довольно прочными частями тела, он был готов в любой день недели, то вот раскачать его агрессивное покусательство обещает стать еще той задачкой, требующей нестандартного мышления.

Навык, между тем, встал как влитой и если не считать того, что повадки гигантских хомячков скорее всего существенно отличаются от таковых у ездовых медведей, от чего «теоретически-дрессировочная» часть вливающихся в голову познаний отчасти была бесполезна, само умение держаться в седле было вполне применимо и к его фамилиару. А следом появилось и снаряжение. Сперва жилетка, которую, к слову, судя по ощущениям при покупке, можно было бы заказать и сразу одетой поверх халата в застегнутом и подогнаном по размерам виде. Но «если не надо» то и в руках она воплотилась вполне себе штатно. А затем лазерная винтовка. Подходящий навык к которой, увы, выдали не «ветеранский». Но оно и логично, «лазерных пушек» ему в прошлой жизни пощупать не доводилось, и видимо разница с пистолетом у них оказалась достаточно существенной.

— Э-э-э-э... — Немного подзавис Жан от некоторого осознания, что жажда крови, кажется, одолела только его одного. Хотя обычно как раз он тут всех успокаивает прежде чем начнётся кавардак. Впрочем, сообразив, что его спросили в ответ и хорошенько оглядевшись по сторонам, экзорцист честно ответил:

— Знаешь, не похоже это на дикие и непокорные земли вот вообще. Или хочешь сказать, что это вы тут колонию на пустыре построили? — Склонив голову на бок, уточнил Рафаэль, не выпуская с лица милой улыбочки и даже прислонившись собственным боком на большую мягкую лапу хомячка, поддерживая его миролюбивое настроение, пусть и не выпуская своего орудия из рук.

— Да и я здесь не за славой и трофеями. Мне поручили спасти этот мир, амиго.

– Ты думаешь у ацтеков не было своих городов? – Скептически фыркнул в ответ конкистадор. Однако, от следующей реплики экзорциста всерьез призадумался, забавно шевеля при этом усами. – Во-ка, оно как, амиго? Мир спасать, это тебе не паэлью слопать. А что там ему опять угрожает? Падение кометы? Пробуждение древних богов? Или новая эра дель йело?

— Разумеется Диабло Инфернал, амиго. Конечно, окончательный захват мира адскими maníacos sangrientos может и не приведёт к тому, что земля расколется и creación de Dios рассыпется на мелкие куски — им же на захваченных землях ещё жить — Но, с моим, например, существованием, они будут не очень согласны. Как и с существованием других похожих на меня людей. Разве что в качестве еды. Или способов утоления иного голода. Демоны же, что с них возьмёшь?

Рафаэль качал ладонью из стороны в сторону, словно маятником часов отмеряя свои слова. После чего сдержанно и довольно неловко улыбнулся.

— Кажется, из моих слов получается, что я из тех, кого поставили защищать эти "города ацтеков", м? Такая беда, эрмано. Потому смиренно прошу тебя объявить окончание Великой Конкисты. Или... Развернуть её в другую сторону и тоже защищать эти действительно чудные места от разграбления. В конце концов, не пристало ли благочестивому, вежливому и весёлому кабальеро славу и богатство получить в дар от тех, кого он по-настоящему спас великим подвигом и которого будут помнить после этого долгими поколениями, когда он сложит шлем, пистоли и клинок, отправившись однажды на заслуженный покой?

Главное испытание для Жана было, пожалуй, не терять бдительности. Даже если собеседник так приятно напоминает о старом друге. Возможно, проживи экзорцист чуть дольше, они бы с ним тогда однажды тоже встали так по разные края дороги с оружием наготове?

– Энджело и Диабло, а как же. Когда-то и я верил в эти слова. – Вздохнул в усы вроде бы как и не без искренности расстроенный подобным ответом седой конкистадор. Впрочем, не бывший и наивным простаком, учитывая, что как бы экспрессивно он ни жестикулировал в процессе разговора руками, дуло хотя бы одного из его пистолетов постоянно было направлено в сторону экзорциста. – Но знаешь, я успел послужить и императору Священной Римской Империи, и императору Проклятой. И разницы между ними не так уж и много. Да и та, что есть, по большому счёту, совсем не в пользу Карла Пятого.

– Так ведь я уже защищаю, амиго. Сколько могу, столько и защищаю. У нас с друзьями здесь уже имеется отличное поместье и яблоневый сад, который мы самоотверженно защищаем от остальных ладронэс. Особенно этих… рогатых. Да, потому что сами захватили его первыми. Но давай на чистоту: как думаешь, эта земля попала в руки предкам нынешних здешних королей? Им её лично вручила Дева Мария? Нет, они точно так же взяли её огнем и мечом.

– В общем, уж не знаю, кто тебя и кого отправил защищать. Но если хочешь драки, кабальеро, то син проблэма. Начинай, как только будешь готов. А если нет, то давай приглашу тебя в наше поместье, и попробуешь, какой там готовят кальвадос. Вот где настоящее эль пласэр инфэрналь. Если бы я знал раньше, что некроманты так умеют старить молодое вино, клянусь, я бы обезглавил их на четыре штуки меньше.

От такого загадочного в своей прямолинейности и, что не менее важно, прямолинейного в своей загадочности предложения, Рафаэль перехватил свой "Рабочий инструмент" поудобнее, да уставился взглядом в небо, ничего не ответив. Итак...

Пусть он и не мог вспомнить Имени того, в кого он верил, то, что путями своими он обычно промышляет положительно неисповедимыми Жан знал однозначно. Да и дуэль уже была проиграна. Никто не говорит "начнём по твоей готовности", если он уже не взял хороший прицел прямо промеж твоих глаз. В этом Рафаэль тоже не сомневался.

— Dios mío... Ха.. Ха-ха-ха... Хочу ли я драки?.. — Рафаэль сначала просто отвёл свой "излучатель" в сторонку, а затем, не переставая весело смеяться, уже и просто повернулся к Луи и повесил свой боевой агрегат куда-нибудь на ремни и стремена, что бы не вываливался. И, конечно, не забыл пораженчески подкинуть руки к небесам.

— Хочу, конечно! Мне и признаться в этом не грешно. А всё же...

Прочерчивая босыми ногами, прикрытыми лишь скандальным розовым халатиком, преодолевая барьер — метра три земли, может меньше, может больше, неважно, безоружный, теперь почему-то не менее заразительно смеясь, чем его собеседник, Жан, так и пошёл к разодетому ревенанту прямо на расстояние крепкого дружеского рукопожатия.

И, протянув руку вперёд и немного успокоившись, продолжил

— ... а всё же предпочту, что бы однажды это была дружеская стычка двух отчаянных амиго, м? Жан Рафаэль Иглесиас и Луи Второй к твоим услугам, кабальеро.

В этой ситуации впервые, кажется, за много лет, по крайней мере из тех, что он помнил, Жан действительно не представлял, что ему стоило бы сделать. В конце концов, разве можно настолько очаровательно врать? Или он после смерти окончательно разучился отличать ложь от истины? Не важно.

— Не возражаешь по дороге к вашему особняку сделать крюк через всё остальное кладбище, эрмано? Не к стыду твоему и твоих друзей будет сказано, но калитку на входе бы подправить. Ладронэс не пускать дело благочестивое, но и поухаживать за местом последнего упокоения всех тех, кто самоотверженно за него сражался тоже стоило бы, м? Ну и, аль кабо, прогулку полагается догуливать до конца.

— Кстати, чья это часовня?

— Охохо… Дон Гаспар де ла Крус, кабальеро. Но друзья, враги, дураки и должники зовут меня просто Идальго. — Пока растерявший боевой настрой экзорцист удивлённо рассматривал бог весть когда успевшие появиться у него на ногах мягкие розовые, в тон халату, тапочки в виде пары очаровательных крольчат, Идальго успел повесить пистолеты на пояс и ухватить протянутую ладонь своей — костлявой, что ощущалось даже через массивную перчатку, но сильной — ручищей. — И мне кажется, ты понял меня слишком буквально, амиго.

— Наше поместье вооон там. — Сделал он не слишком определённую отмашку ладонью куда-то за спину собеседнику. — В получасе ходьбы на юг. А здесь я рыскаю, пытаясь наладить отношения с настоящими хозяевами этого кладбища. Жоржио говорит, что было бы неплохо заключить союз с Неупокоившейся Королевой. А я из нас самый обаятельный и костлявый. Не хряка-шамана же на переговоры посылать?

— А часовня… да диабло ж его знает. Какого-то чудака-святоши. Вроде бы как даже остроухого.

— Ты же не позвал меня в гости только для того, что бы прийти не совсем с пустыми руками, хе-хе? — Дружелюбно и, очевидно, не очень серьезно уточнил Рафаэль. — А чего, ты с ним не виделся? Он редко бывает дома? Или просто гостей не любит?

Впрочем, до того, как ему вероятно укажут вполне очевидную несовместимость "возможно эльфийских точно святош" и "костлявых кабальеро", Жан всё же предложил.

— Если у меня сейчас вдруг получится его навестить — хочешь, поспрашиваю его? Вдруг что-то полезное для твоей цели знает. Я и сам несколько в духовном поиске, так что от возможности пообщаться с... настоятелем часовни упускать не хотел бы. Даже если он эльф. Или с тебя хватит на сегодня прогулок по этому замечательному месту и попыток снискать благоволения её величества?

— Я этих пикаро уже не первый день ищу. — Отмахнулся своей лапищей Жан дон Гаспар, выпустив из оной ладонь Жана. — Местные унморталес умеют знатно прятаться. Оно и понятно: тех, кто не умел, уже давно перебила ла инкисисьон.

— А на кой он мне нужен? — Лишь отшутился он в ответ на вопрос о визите к одинокому проповеднику. — Взять с него нечего, а душу спасать мне без надобности. Но если хочешь, сходи пообщайся. Вольному воля, кабальеро.

— La Inquisición? Э-э-э... Интересно.

Немного постояв так и поглядев на часовню, Рафаэль всё же решительным образом кивнул самому себе, потом глянул на Луи. Потом глянул и на Идальго.

— Понятно. Да, пожалуй схожу пообщаюсь. Тебя-то как найти потом, умелый унморталес?

После нового знакомства, очевидно, полагалось то записать куда-то себе в системный отчёт, пожалуй. Заодно и с заметкой о приглашении и тем, что он примерно о нём выяснил. Но, конечно, если только настоятель не принимает посетителей в одеяниях цвета заката, дальше Рафаэль направился к часовне. Не постеснявшись сразу отправиться к двери и осторожно в ту постучаться.