𝒢𝑅: Прыгай в Ог♨︎нь | ходы игроков | 👤 Поток: Рубин

Если смотреть на него в «вечерних» сумерках и с высоты птичьего полета, ну или хотя бы высоты достаточно высоко расположенной крыши, которых тут, опять же, тоже хватает, то горящий квартал зверолюдов представлял из себя даже довольно красивое зрелище. Если конечно, не думать при этом о том, сколько существ лишается этой красотой своего гнезда. Или о том, что когда огонь доберется и до этой крыши, на которой ты стоишь, можно запросто оказался в смертельно опасной ловушке. Впрочем, все это опасности, так сказать, потенциальные и несколько умозрительные. Не в последнюю очередь потому, что настоящей и куда более опасной угрозой запросто могла оказаться вот эта вот, до фантомной боли знакомая личность, которая тоже стояла неподалеку от тебя на крыше и любовалась, повернув голову в пол оборота на пожары, задумчиво поглаживая при этом по голове своего охотничьего сокола.



– Эти бесы ужасные жулики, ты знала? – Наконец, отвлеклась она от зрелища, которое, как неприятно кольнуло запоздалое осознание, наблюдала явно без особой печали по судьбе чужих гнезд и жизней. И вполне возможно, что и сама приложила руку к текущему состоянию ландшафта. – Каждый раз, когда они предлагают тебе какой-то выбор, то на самом деле хотят посмотреть все варианты.

Надо сказать, это было странно. Она могла предположить многое, ожидала чего угодно, даже появление Джека в качестве врага отрастивщего какоето тело, или неловкую ситуацию вида "вы сидите в кресле пьете чай с лидером пироманьяков, делайте что хотите, у вас тут не то знамкоство, не то наем на работу", но это выходило за рамки.

– Чувствовала. - лаконично ответила та, чьё сердце неприятно кольнули иглой цвета обсидиана, и ведь речь выдавала в ней Знающую, настоящую, на мимика или иллюзию, эту встречу не спихнуть, бесы и правда Сделали это с её прахом, несбывшимся прошлым будущим. Страшно вообразить что они ещё могли бы с ней породить на каждой возможной развилке. Но сейчас были вещи поважнее, чем ужас.
– И давно тебя сюда высадили? Не хочешь помочь мне приручить этот пожар и если не затушить его, то сделать с ним хоть чтото?

Взгляд Рубин источал укоризненность, проходясь не сколько по пернатой фигуре, сколько по пейзажу. И всё же, прежде она хотела бы узнать немного побольше. Может она спешит с выводами, очень просто обвинять пироманта в массовых поджогах, но кто как не она, знала что это далеко не всегда связанные явления? Но пусть даже не ты разожгла пожар, почему не пытаешься его усмирить? Зачем птице высокого полёта, сдалось бы разорять гнёзда грызунов? Да и нутро не находило покоя, как не находит выхода жар погреблённый под остывшим пеплом - как жавно она здесь? Может быть такое, что она тут ещё с прошлого раза, и спелась с Джоржем? Удивляться и обвинять "вторую версию" в том, что как она вообще могла спеться с Легионом, она бы тоже не стала, сама ведь чувствовала фитильки общности, да и как говорится: "стерпится, слюбиться"

Сразу атаковать было бы глупо, она не бешенная собака в конце концов. Да и так, на прямую воздействовать огнём здесь было бы не столь уместно, как попытаться обрушить крышу под ногами возможной оппонентки, или выжечь воздух вокруг головы.. если конечно до сражения вообще дойдёт и пройдёт оно на крыше.

– Как минимум, я бы не хотела показывать этим "жуликам" наше сражение.

— Глупости. С чего бы мне тушить то, что я и подожгла? — Вздернула темная феникс очерченную алыми перьями бровь, обжигая подтверждением того, что иногда пиромантов дейсвительно стоит подозревать в поджогах. — Мы птицы – хищники, что наполняют свое гнездо, разоряя чужие. Это природа.

– Конечно, многие из них умрут сегодня ночью. – Указала она взглядом на пожарища. – Но те, кто примет дар императора, когда пламя начнет лизать им ноги, переродятся во что-то более прекрасное, чем жалкие грызуны, проживающие свои скучные жизни. Я просто помогаю им прыгнуть в огонь.

– Птицы? - вздернула бровью юная магесса, в ответ на речи пернатой змеи, ибо заботой о потомстве здесь и не пахло. – Ты уверена что это хорошая идея, отсеивать Столько яиц за зря? При чем по такому отвратительному признаку, отбирая только тех, кто найдёт в раскалённом кнуте которым их избивают, благость? Что за морально искалеченных детёнышей ты воспитаешь, и что они будут знать кроме насилия и разрушения? Сколько талантов заслуживающих жить, утонут под разрушительным пожаром?

"Если в твоей голове вообще есть чтото, помимо Себя и вообще думала когото воспитывать..."

Рубин не считала себя бешенной собакой, не хотела быть той кто нападает первее чем хоть чтото узнает. Но узнавая всё больше, пламя праведного гнева разгоралось в сердцах всё сильнее. Тёмный феникс, была больше подобна дракону чья твердая чешуя притворялась мягкими перьями, чей облик и слова были такими схожими и такими далёкими, и суть которых была взята из её собственных слов, особенно совсем недавншним размышлениям о том что такое Дар Императора, и слова эти были облоченны в горький пепел, и это как минимум раздражало.

Нутро взывало, прекрастить дискуссии, перейти сразу к делу, ведь дай ты змее шанс, дай ей возможность извиваться меж когтей и она обязательно бросится на тебя обнажив клыки. Но оно же взывало и к другой мысли, что ты заведомо проиграла, если твой первый и единственный ответ на речи это насилие. И ты проиграешь как минимум битву за поколения, если всё что ты будешь предпринимать для защиты потомства, это не взращивание в их умах знаний, сознательности и принципов, что станут для них ориентирами в жизни даже когда тебя не будет рядом, особенно когда тебя не будет рядом - а просто закрывать уши, и избивать всех с кем ты не согласен. Свято место пусто не бывает, и если в уме твоём пустота, то не удивительно что в нём смогла бы оселиться порочная гадюка.

– Невозможно быть доброй для всех. Птенцы требуют пищи. Гнезда требуют сломаных веток и пуха. Безопастность гнезда не редко достигается Устранением тех, кто может стать потенциальной и является реальной угрозой для семейства... - продолжила та, кто ещё не оперился по настоящему, но знал, чувствовал этот дух, неспособная пропустить мимо ушей слова о хищной природе птиц, и правда не бывших милыми и безобидными пушистиками. Было ли это интересно стоящей напротив со своим соколом в золоченых шорах? Наврядли. Но это не останавливало девушку полной страстей.
– Но оправдывать свои поступки, Природой, своё неумение распоряжаться Силой, бездумно сжигая всё вокруг, это низко и пошло. Как мужичьё не способное думать чемто кроме как головкой. Даже дикие соколиные, не берут больше чем следует, не устраивают резню на пустом месте.

– Неужели Прекрасный Феникс, опустится до такого уровня? Неужели всё что в тебе осталось, это вот это вот? - широким жестом, она указала на пожар... карой обрушившийся на всё, что дорого тем кто там.. в котором можно найти силу и возможность... в котором спрятано предложение, цена отказа от которого это собственная жизнь. – И всё что может продемонстрировать твоё внутреннее пламя, это какоето там Разрушение. Если так, то боюсь эти "жулики" увидят нашу битву. Нет ведь смысла устранять пожар, минуя очаг оного.

Давая жизнь кому либо, стоило помнить что он в любой момент может обернуться против тебя. Она в какойто мере, породила Тёмного Феникса и должна с этим разобраться. Тёмный Феникс же породила пожар, и тоже должна быть готова что тот, может взбунтоваться и перекинуться на неё саму. Ну или в данном случае, не он лично, а призванную на него соискательницу. И не так уж и важно, насколько Женщина Не Достойная Алого Оперенья, была сильна. Рубин попытается её сразить, если та не проявит хоть немного благоразумия.

Тратить опыт и билеты перед битвой, было особо некуда. Конечно можно было влить все запасы в то что она имела уже сейчас, но лучше она использует это если убедится что текущих сил у неё не хватает. Тем более, он пригодится позже, что бы затушить пожар, что бы обучиться прямо в бою какимто трюкам у желтоглазой. А в том самом бою, Рубин планировала задавить заклинаниями своего опонента, пытаясь лишить его возможности делать хоть чтото, не натыкаясь на огненную плеть в лицо или детонацию парящих огоьков всполохами. Или и вовсе, если всё будет мало \ффективным, попытаться обрушить её с помощью пятерного выстрела огненным шаром, в надежде обвалить крышу или чтото ещё. А от вражеских попыток спалить себя, как минимум можно пытаться отмахиваться хвостом-подолом платья, коей столо поднять и распушить.

– Взгляни-ка, как легко, оказывается было подтолкнуть тебя к конфликту. – Одарили в ответ рубин взглядом глаз цвета расплавленного золота, в котором в совершенно неопределимой пропорции перемешались насмешка и печаль, ностальгия, искреннее сострадание и горделивое чувство собственного превосходства. – И как мало на самом деле значат твои желания. Всего пара слов, и ты уже готова петь в клетке и клевать того, на кого укажут.

Брошенную ей в лицо «огненную плеть» Темный Феникс попросту перехватила в полете и буквально разорвала ту темно-красными когтями на пальцах, так словно та была сделана из бумаги. Отправленные же в ее сторону блуждающие огоньки она и вовсе отгоняла или прихлопывала ладонью словно мух. При этом даже не попытавшись атаковать в ответ или сдвинуться с места, всем своим видом изображая этакое сосредоточие мудрости, вокруг которой скачут, пытаясь ей докучать неразумны птенцы.

И только «упятерённый» залп фаерболами из шандала наконец заставил ее хоть немного «шевелиться» показав что-то из своей магии. Взмах ладони заставил взметнуться навстречу этому «касетному залпу» перекачанных огнем сфер поток раскаленного, пронизанного багровыми искорками воздуха. И вместо того, чтобы сконцентрировано врезаться если не в саму псевдопернатую злюку, то хотя бы в «место где она только что стояла» те, сбитые в полете со своих траекторий разлетелись кто куда, круша и поджигая с разных концов, крышу здания, на котором они, между прочим, в данный момент стояли.

– Позволь угадать: Ты решила уморить меня стыдом?

– Всего пара слов.. и конечно же, то от кого Это было произнесено, совершенно здесь ни при чём. - будь перед ней ктото другой, она скорее всего уже спешила прочь с крыши прочищая себе путь лампадкой с бирюзовым огоньком, скорее всего уже бы её мысленные пальчики цокотали по эфирным табличкам, собираясь сжать в не столь уж мысленной хватке свою метлу покрепче, да разве сбежишь от самой себя? И если в отражении золотого и властного взора Тёмного Феникса, нынешняя она скорее всего виделась "наивной и молодой дурочкой, что строила, а не была, что верила в идеи которые не могли бы выжить вне скорлупы" - то в кристальных рубиновых очах юной, отражалась "ошибка", камень со сколами, монстра испещренного шрамами. И что было самое обидное, зачатки оных Рубин уже видела в себе. Жадность. Желание Силы. Горделивость. И конечно же Тщеславность, может только то что в ней куда больше Тщеславия и отличает две Я друг от друга, ибо Бордовую по всей видимости куда безразличнее мнение окружающих.

– Желания? Они стоят передо мной. - изящным движением руки, указали на Феникс, и в движениях этих нашлось место для едковато резких ноток. – Могущественная волшебница облачённая в пламя костров. Не человек из плоти и крови, но Пламя во плоти, которой силы позволяют вершить больше. И при этом, ты не заперта "в клетке", вольная лететь куда угодно вместе с знамёнами Пепла. Можешь научить их Теплу и Теплокровности. Помочь им, спастись от безжалостного расточительства растущего из политики "Горе побеждённому". Вольна сиять во множестве миров. Стать матерью для множества птенцов.

– Я бы хотела отказаться от Тебя, хотела бы сказать что никогда в жизни не стану тобой, эгоистичным монстром... - "И убежать вдаль, на крики, на боль, на горящие гнёзда." – Но никогда, не говори никогда. Я могла бы поклясться в чём угодно, распасться пламенными словами, сказать что уже стёрла Тебя из своих Мечтаний. Но сегодня я Скажу одно, но что Совершу завтра и куда меня приведут такие решения?

Всё таки, Дар Императора был слишком привлекательным самоцветом, самородком которому не хватало огранки. И она подозревала, что явление "гостки пепла струшеного фениксом при перерождении", могло быть предупреждением, демонстрацией её со стороны, и куда она могла прийти с такими взглядами, и тем что всё ещё считает себя фениксом, пусть и совсем молодым. А юной леди, полагается быть иной. От того, Рубин ощущала себя словно на вечном перепутье, ведь идя по одному пути, смотрела на второй, не видя причин почему взяв в руки одно, они не могут взять другое. Почему если коснуться пепла, обязательно нужно становиться чудовищем? И тут, в ней проснулась искорка озарения, там, где казалось бы уже не должно было ничего пробудиться.

– Всё дело в Трепете, ведь так? Добрых владык не боятся, и страх не питает костры для властвующих над ними. Обустраивая пуховое гнездо, как бы не остаться облезлой курицей. - память былых воплощений была, странной, обрывчатой и тусклой, костёр тех пор давно остыл, но в нём всё ещё чтото можно было найти, кусочки того что могло ещё быть напитанным жаром. Но Добрые Владыки, поступают по иному, культивируют Благодать. С каждого птенчика по пёрышку, в помощь той кто их вырастил. Но долго ли ты так проживешь, многих ли сможешь вырастить, даже если благодарности не будет предела? И не больше ли пользы принесёт та, кто взрастит больше сильных птенцов, а значит и принесёт больше общего блага для них. Ведь о чём будет беспокоиться птица больше, о собственных птенцах, или же о среде в которой те растут? Тем более, она видела в себе изьяны, из которой вырос Падший Феникс, и ловила себя на том, что больше беспокоится о том, что та была так расточительна, а не вообще творила то что творила.

– Хочешь идею, как получить больше птенцов с этого пожара? И не поделишься Даром? - с мрачной решимостью взглянула юная магесса на костры пожара, всё же решившись перейти на ту сторону, что "ждала её с распростёртыми обьятиями", которой она избегала видя там лишь змей, но что если, не перекраивать уставы монастыря целиком, но дополнить его?

— Конечно. — С лаконичной уверенность ответило ее темное отражение, то ли на вопрос о трепете, то ли на просьбу поделиться даром, то ли на предложение поделиться своими мыслями о том как сделать пламенную жатву эффективнее, а может быть и вообще на все это разом. — Бери.

Жест вскинутой руки с алыми когтями практически полностью повторял предыдущий, но на этот раз, вместо того, чтобы разметать летящие в нее фаерболы, Темный Феникс ударила потоком испещренного пламенными искорками воздуха прямиком в грудь собеседницы. Или не ударила. Потому, что вместо того, чтобы обжечь, опалить, сбить с ног и покатить по крыше, Адский Ветер вливался в нее через рот, нос, уши и даже поры, ворочаясь внутри и поудобнее устраивающийся, большой и немного колючий, обжигающе теплый огненно-воздушный воробушек. Удивительно чувство…

…очнувшись от которого, Рубин далеко не сразу поняла, что стоит на крыше, любуясь полыхающими домами одна.

И как обычно случается с чудовищами в зеркалах... они никуда не исчезают стоит ему разбиться, оставаясь по эту сторону тёмного стекла. Наконецто едина с собой, наконецто лишена давящих горло самоограничений, навязанных ей самой себе и не хитрить с тем как взять в когти жар Пепельного Пламени, при этом не замарав перьев. Хозяйственным взглядом проходилась она по улицам и хитросплетениям нагроможденных друг на друга ветхих гнёздышек, какое всё таки расточительство бросить сюда спичку. Имеющими средствами она сможет сделать не так уж и много, но может попытаться сделать хоть чтото. И дать малышам "цель", дать им образ к которому они должны стремиться. Простое громогласное зачитывания эдикта уже столько бы привнесло в это стихийное бедствие.. Но кто знает, может его уже им зачитали перед тем как она появилась здесь, и сокол в руках Тёмной, был из посыльных пород, а не просто созданным ею вламенным образом? В любом случае, это не её нынешний вариант, и методов повести за собой, призвать к возродению в пламени, душ что в нём затерялись, с помощью Голоса, у неё не было. Но стоило на пробу попытаться разонать оный с помощью адского ветра.

И всё же была другая, требующая изрядно подсуетиться с исполнением, но возможность придать этому всему больше осмысленности. Сплести над пожаром нечто среднее между фениксом и имперским орлом. Из огоньков и плетей, максиально простое и схематичное, но не без геральдического изящества и скрашенного непостоянством оттенков пламени. Пусть мыши помнят птицу, пусть видят присутвие разума и замысла в их горе. Может они и не поймут, но хороший образ, это лишняя соломинка за которую они смогут зацепиться. Но сперва, пожалуй стоило спуститься с горящего здания, а то увлёкшись, вполне возможно она обнаружит необходимость экстренно научиться летать не на своих условиях. И проходясь по улицам, она сможет предложить пламя большему количеству зверья.

Продвинутая магия, стоит отметить, тем и отличается от базовой, что если для «базового» пользователя заклинание – это твёрдо зафиксированная формула, шаг вправо, шаг влево от которой угрожает закончиться в лучшем случае срывом заклинания, а то и травмой, то для «продвинутого» это скорее рецепт, в который можно довольно свободно вносить изменения. И пускай условный «суп» у тебя от этого не превратится в «котлету», но в спокойной обстановке, имея возможность как следует сосредоточиться и поэкспериментировать, даже с ограниченным арсеналом начудить можно было многое. Вот и «птичка» из вытянутых в ленты, напоминающие «плети», огненных огоньков медленно, но верно принимала, может быть, и не такие ровные, как хотелось бы, но вполне узнаваемые очертания. Однако, подавая знак, всегда стоит держать в голове, что его могут заметить.



— Любезно с вашей стороны. — Коротким кивком в сторону огненной «птицы», всё ещё висевшей у них над головой, обозначил, что имеет в виду, зверолюд соколиной породы. С куда скорее военной, чем почтовой, выправкой. Точнее, командирской, судя по маячившим у него за спиной силуэтам пары гораздо более крупных и бронированных телохранителей. — Без этого нам было бы сложно найти поджигательницу.

Явившихся защитников гнезда, или точнее собственных угодий, помня что Птицы обитают в куда более "высоких ветвях", Феникс попреветсовала небольшим наклоном головы и мягкой улыбкой. Пускай Сокол с милыми большими ушками не соизволил даже приподнять козырёк своей фуражки. Вражда враждой, но первое впечатление и вежливость, при том что к тебе соизволили именно что подойти, а не пикировать на голову карающим копьём - это было весьма важно.

– Благодарю. Хотя мне ещё есть над чем работать. - обобщенно та провела взглядом словно пером по фасадам и по знаку горящему в небе, на всякий случай быстро проверяя не затаилась ли пернатая неожиданность гдето ещё, но и правда, ей определённо было куда расти. Столько заклинаний не изучено, столько психологических трюков не изведано, а куда без них в деле воспитания и превращения разрушительных катаклизмов в нечто более стоящее? В конечном итоге, мягкий взгляд сосредоточился на "собеседнике", а Рубин отпустила знак в небе из своих рук, пусть догорает из своих запасов, и не тяготит её в несколько более насущных вопросах.
– Должна сказать, отец вырастил вас достойно. Но полагаю, вы пришли меня убить, верша справедливый приговор, а не для бесед, м? Что же, приступим.

И стукнув шандалом о земь, зажгла в пяти его навершиях по огоньку. Красивый жест, перед началом, возможно не такого уж и красивого сражения. Ибо, у Рубин было пока не столь много трюков, особенно те что можно было бы придержать в рукаве, и откровенно отсутствовали пристойные средства собственной защиты, хотя бы в виде собственной мобильности. И если прийдётся сбегать, то лучшим для неё вариантом, пусть и весьма рисковым, было затеряться в пожаре, не боясь языков огня, и ломая возможные преграды на пути огненными шарами. А ведь перед ней находились внушительного вида грифоны, вооруженные не то раскалёнными не то освященными копьями, прекрасно подходящими для тарана, и самое главное, крыльями и внушительной мускулатурой что вероятно могли бы это совершить. Не говоря уже об их капитане, воспитанным папочкой Орлом, и вероятно представлявшим даже большую опастность чем его сопровождающие, как это было модно у военных всия мира.

А что им могла противопоставить скромная прекрасная леди, в жилах которой текло расплавленное золото магии? Вероятно идею того, что не следует даже пытаться к ней приблизиться, если не желаешь сгореть со своим прекрасным оперением, насколько бы оно не было защищено от огня. На дальнюю дистанцию она могла положить карту огненного шара, на среднюю вполне могла прикрыть себя всё теми же плетями, в совсем уж ближнем, где частно нужно было быть быстрее мысли, был Всполох простой как неумелая пощечена. И по малу наращивать возле себя количество огоньков, для создания заготовок для последующего применения, и конечно для того что бы мочь колдовать с неожиданных углов, а не только весьма заметного навершия её пусть и необычного, но все ещё довольно стильного посоха.

Но было у Феникса кое что ещё, и совсем не стильные сапожки которые стоило прикупить, хотя бы "на всякий случай", а тот самый интерес юного поварёнка и желание поэксперементировать с рецептами доступных блюд, применяя к ним новые ингридиенты и приправы. Что если раздуть пламенные заклинанния, адским ветром, добавляя к огню ещё и потоки оного? И если с огненным шаром расчитывать приходилось разве что на непредсказуемость траектории, то вот плети под дуновением адских ветров могли выйти весьма забавными, как и всполох которому не мешало бы и влить несколько очков опыта для раскрытия.