— Э, верни картинку на место. Это что, реально Рексар?! Настоящий, мать его, Рексар?! Тот самый, который Повелитель Зверей, Герой Орды и главный фейс-хантер в Сердцекамне?! Ну нихрена ж себе, не думал, что ты тоже фанат. Моя размениваться? Нет, моя бить лицо! Моя дурак? Нет, моя умный! Вот это всё. Легендарочка. А помнишь, когда ещё «Спустить собак» всем зверям давала единичку урона и рывок? Во времена были... Но ветераны-то помнят. Хе-хе-хе. Вот радость-то, фаната Сердцекамня встретить. Может, разложим партеечку сразу? Я б щас сыграл на классическом таком паладине: через «Освящение», «Печать королей», серебряного чемпиона, защитника того с лечением за семь маны...
Леонард поправил усы, когда ему предложили рассказать о своих приключениях. Травить байки в таверне было, пожалуй, третьей вещью, которую он любил больше всего. После игры в карты и вкусного обеда с выпивкой в трактире.
— Так как, значит, всё прошло? Ну, наливай пивка, щас раскидаю. Курочку-то будешь, Толковый? Или вы своей там инфо-маной какой-нибудь питаетесь? Ну да неважно.
— Короче, очухиваюсь я посреди какого-то кабака. Место приличное: дубовые доски, кружки железные, пахнет наваристым супом — всё как мы любим. Осматриваюсь: на мне надет золотой доспех. Красивый, понтовый, сука, но тяжёлый — килограмм сто, не меньше! Ощущал себя словно черепаха в котелке. На поясе мечик серебряный висит, а в руке... здоровенная такая, сочная куриная ножища! Я от неё кусь — а рана на окорочке прямо на глазах затягивается свежим жареным мясом. Вот это я понимаю артефакт, а вы говорите — Испепелитель! Тут смотрю — за стойкой прячется толстый недомерок, то ли дворф переросший, то ли человек мелковатый, и судорожно машет тесаком. Я только хотел его приободрить хорошим паладинским анекдотом, как под дверь проползает какая-то многоногая тварь, взрывается, ломает засов, и в кабак просовывается толстая, рогатая, серая рожа. Демонический Шут, короче, припёрся. Я, как истинный воин добра, решил проявить тактическую хитрость. Стал делать вид, что неловко перехватываю свой мега-окорочок, мол: «На, браток, подержи, покушай». Шут уши развесил, подошёл, а я как выдам ему прямо в рыло свой секретный боевой клич: ЛЕЕЕЕОНААААРД ФРЕНСИИИИИС! Толстяка аж перевернуло от контузии! И пока он тупил, я перехватил курицу двумя руками за кость и давай его околачивать по башке, пока тот не перестал шевелиться. В общем, в очередной раз Добро победило Зло!
— Трактирщик из-под стола вылез, захлопал: «Брависсимо, мусье Френсисуа!», значится. Оказалось, он в какой-то Арлийской Академии на шеф-повара учился, а эльфы остроухие его с дипломом завернули. Я ему понимающе кивнул и рассказал мудрый анекдот про то, что все эльфы — пидоры. Ну, в общем, вкусно меня тот хозяин угостил, ребрышками в пиве, ну а я, подобрев, пошел дальше по улице — наносить добро и причинять справедливость.
— Выхожу я, значит, в порт. Запах — моё почтение. И тут навстречу выкатывается местный авторитет — свиномордый гуманоид, гопник портовый. В руках у него хреновина знатная: цепь, на неё шар шипастый примотан, и он им так ритмично побрякивает. Ну я ему поясняю, что заплутал, и рассказываю шикарный анекдот про пиратов, пустой трюм и свинью, которая «охуенная тема». Но этот хам даже до середины анекдота дослушать не соизволил! Хамло портовое. Ну, слово за слово, он подлой свинской тактикой меня и вырубил. Как проснулся, ощущения — будто с дворфами в Стальгорне неделю пил, а потом на мне потанцевал горный баран. Лежу лицом в канаве. Голова раскалывается, тошнит. Оглядываюсь: ну точно, облутали! Стащили и мой золотой доспех, и серебряный меч. Хорошо хоть штаны оставили и модный стёганый костюмчик с узорчиками. Погрозил я кулаком во все четыре стороны, ибо хрен знает, куда этот свин свалил, покрутился на месте и поплёлся без сапог в ту сторону, куда кабан махал.
— Кстати, про Свина. Хоть он подложил мне изрядную... ну, свинью, когда раздел в канаве, по факту — спас мне жизнь. Представьте, если бы на мне остался тот стокилограммовый золотой доспех в тот самый момент, когда совершенно обычная беседка в порту вдруг отрастила кроваво-красный глазище и начала за мной бегать! Да я бы в этих латах из неё не выковырялся, сожрала бы вместе с ними. И здесь проклятое Газебо меня нашло. Нигде от него покоя нет. И как назло, под рукой ни топора, ни файербола. Потому я и сделал единственное правильное паладинское действие — рванул со всех ног! И, надо сказать, с нашей прошлой встречи эта штука стала заметно быстрее бегать. Гналась за мной целых два квартала! Бегу я наобум, петляю, и тут из окна одного дома как шарахнет в Газебо молнией! Ну, монстр от такого предпочёл всё же убраться, пока ещё разряд не получил.
— Тут из окна высовывается взъерошенный дед такой. Жаль, ему никто не сказал, что в газебу надо файерболами швыряться, а не током бить. Может, и решилась бы проблемка совсем. Ну да ладно. В общем, слово за слово, и он выдал мне электропушку. Ну, штуковина такая, на маленькую баллисту похожая, только с неё лук сняли и поперёк пружину натянули. Чудная фиговина, в общем. Которую ещё надо шаманской магией заряжать или обратно деду носить. Ещё он рассказал мне, что на часовой фабрике какой-то промышляла завёлся. Ну, я проверил, что газебо меня за углом не караулит, и потопал туда с новым подарком. Электрофессор как раз дорогу и указал.
— Иду себе, никого не трогаю, и тут — запах гари и крик. И ладно бы просто крик, а орёт... как горящая курица, которую в перьях на костёр кинули! У всех свои ошибки молодости, не спрашивайте, откуда я знаю этот звук. Выглядываю из-за угла — и точно, там нарисовалась «горячая цыпочка» в самом демоническом смысле: крылья, рога, грудь, вся в огне! И пытается заживо запечь какое-то здание с куполом и трубой. Я думаю: «О, паладинский долг зовёт! Надо прогнать курицу-переростка и спасти бедолагу из башни». Навожу дедовский молниевый метатель, а в ушах слова профессора: «Шмаляй, только если гадов больше трёх, иначе жопа отвалится!» Ну, паладинам математика не страшна, так что я прицелился и как жахну! Жопа, слава Силачу, осталась на месте. Но молния — дура, птицу облетела, притянулась к железному куполу башни и ка-а-ак вжарит по зданию! Оттуда сразу такой трехэтажный мат раздался, что я аж пару новых оборотов выучил. Демоническая цыпа от такого грохота испугалась и улетела. Ну, задача-минимум выполнена! На всякий случай стрелять вслед не стал и побежал внутрь — спасать кого-то с прекрасным лексическим запасом.
— Продираюсь, значит, через дым, отпихиваю брёвна, ну и доблестно спасаю из огня двух прекрасных дев. Одна — горячая рыжая воровка с отличным чувством юмора и длинными ногами. А другая, прикинь, ну вылитая Элиза Звездочёт! В общем, посвятил я подвиг спасения прекрасных дев богам, и тут Силач откликнулся. Ну, был ещё какой-то, но он всякие там обеты требовал соблюдать, а у меня с этим как-то не складывается по жизни. А быть просто крутым мужиком — дело уважаемое.
— Рыжая, как услышала, что Жожо — это которая не-Элиза Звездочёт — к Магистру собирается, быстренько куда-то свалила, пригласив меня в Грязный Подвал. Ну и остался я, великий спаситель мира, один на один с ночной эльфийкой. Она меня так попросила перенести «немножко личных вещей»... Ох, мужик, это был ад. Оказалось, у неё там огромный шкаф, набитый всякими умными книгами. Потом второй шкаф. Потом третий. Потом сундук с «секретной установкой», которая не должна достаться врагу. Я раз пятнадцать проклял тот день, когда связался с интеллигенцией. Зато спину прокачал. Ну и пригласили меня на вечерний чай в особняк к этому самому Магистру. Сидят они там, умники, общаются на своих заумных терминах, а горничная смотрит на меня как на вошь. Милашка, кстати, особенно когда злится. А я думаю, чё к чаю взять и как до этого Грязного Подвала добраться.
— Отдышался я, поел, да и давай Магистру вежливо так втирать: «Господин хороший, у меня тут магия выросла, каменно-дубовая. Куда её качать-то дальше, а?» Старик меня погонял так, что у меня аж воспоминания о паладинской учебке нахлынули. Доспех сними, доспех надень, пока спичка горит! И вердикт выдал, мол, защита и атака — классика. Но исполнение у тебя, паря, говно. Иди развивай, что есть, а как будешь готов — вернёшься.
— Потопал я искать Рыжую. И местечко, скажу я вам, специфическое: райончик такой, что без хорошей дубины заходить сыкотно, но внутри — чисто, просторно, вылитая Гильдия Приключенцев с доской объявлений. Смотрю — сидит моя Рыжая и режется в карты с каким-то крысом-альбиносом. В общем, собрались мы на часовую фабрику, а оружия-то у меня и нет. Электропуха рассыпалась, а меч с доспехом свинтус куда-то утащил. И предложила она мне в подарок шикарный выбор: из короткого тыкала без гарды и тупого тяжёлого топора с бычьей головой. Ну, бык хотя бы животное уважаемое, так что его я и взял. Предупредила бы хоть, что она его у Магистра и спиздила... Ну да ладно. Он мне ещё хорошую службу сослужит.
— Добрались мы с Рыжей до этой самой Часовой Фабрики. Здание здоровое, внушительное. Подходим к воротам, а там... Нюанс. Пятиметровый голем-часовой, местный аналог осадного тролля, только полностью из бронзы и с огромной булавой в руках. Чё, думаешь, я его не одолел? Ха! Ещё как одолел. Но, правда, небыстро. Пришлось башкой покумекать немножко. Рыжая, правда, заскучала в процессе и свалила. Но Коляна я всё же топором расколол. И по такому случаю, когда я Силачу победу посвятил, он этот бычий топор даже благословил, чтобы он весил ещё больше и всякую сложную машинерию лучше долбал. Знай наших!
— Сижу я, значит, на обломках Коляна, жую бесконечную ногу. И тут вылезает мистер Сыр! Дьявол этот в фиолетовых перчатках. Ну и предложил мне стать хищной древодевкой с сиськами, которая питается мясцом и носит на плече огромный топор. Ну я махнул рукой да согласился. Правда, сиськи могли бы и побольше выдать, честно говоря. Ещё и рост уменьшился чуть ли не в два раза. Зато силушки и крепости привалило. А ещё между ног вырос здоровенный такой нюанс. В общем, удружил, сырный дьявол.
— Подхожу к воротам, а там вместо разбитого Коли стоит целый Николай Второй! Пятиметровый голем нового образца, без трещин, зато с осадной пушкой и двуствольным конфетти-метом. Посмотрел я на него, прикинул свои шансы... и решил, что ну его нахрен, вернусь уровней через двадцать. Пошёл искать обходные пути. А там по забору гуляет Сторожевой Головоруб — голем-гимнаст с топорами вместо рук. Ловкий, зараза, бёдрами виляет, как дренейка на подиуме. В общем, так я и познакомился с Эдом. Зарубились мы с ним знатно тогда. Я в него бочонками кидаю — падла уворачивается. Я пытаюсь его топором — а он крутится, как сраная балерина, не попадёшь. В общем, я в последний момент панкратион вкачал и хитрым захватом через бедро прям с забора его и швырнул. Этот гадёныш, правда, тройное сальто сделал и приземлился как ни в чём не бывало. Так я с ним и познакомился. Эдвард Руки-Топоры. Он же Эд. Запомните эту падлу, она ещё встретится.
— Спускаюсь я, значит, с забора, прохожу внутрь фабрики. Посреди зала тот самый монетоприёмник, куда надо золотую штуку ткнуть. И сидит там Босс. Механоид в шляпе такой, крутит себе суставы отверткой. И там же висит обмотанная цепями Рыжая. Причём вниз головой. Кляп ей вставить забыли, так что она вовсю травила Пружинщику байку о том, как трое её знакомых пытались заставить злую собаку высрать алмаз. Жаль, я начало пропустил.
— В общем, завязалась у нас с Пружинщиком драка. Я его и топором, и панкратионом бью, но понимаю, что не одолеть. Машинное тельце-то, может, и слабенькое, но сам он фехтует что надо, ещё и проклятой рапирой своей. Ну, значится, я тогда применяю своё самое сильное оружие. Рассказываю ему анекдот про одного попущенного лошка, которого на тыщу лет заперли в монете. Он от такой наглости аж подвис. Ну я, не будь дурак, разворачиваюсь и ка-а-ак припущу к стене! Поворачиваться спиной к парню с рапирой было сыкотно, но тут сверху — БАМХ! Синий лазерный луч пропахивает пол прямо перед Пружинщиком. Рыжая на балке сидит, пушку манолучевую сжимает, цепи скинула! Ну красавица, а? Я добегаю до щели и с размаху вколачиваю туда золотую кость от куриной ноги — по самое мясо! И... ничего не происходит. Вообще. Ну, выяснилось, значит, что толку-то от этого особо не было, и повторно нажимать тревожную кнопку не сработает. Но чёт Пружинка убивать меня не захотел. Видимо, анекдот понравился. Ну и забились с ним как-нибудь потом ещё подраться, когда я немного подкачаюсь. Уровня до восьмидесятого.
— Вывалились мы с Лексой с фабрики. Рыжая у меня спрашивает, мол, может, поцелуй прекрасной девы тебя расколдует? И так соблазнительно наклоняется... И целует меня в щеку! Я только хотел довернуть голову для настоящего паладинского засоса, как мой подкожный божественный компас зажал сигнал тревоги — и Силач отвесил мне такого знатного, канонического духовного пенделя сзади, что я полетел носом на булыжники! Очухиваюсь на карачках — ладони волосатые, усы на месте, Нюанс вернулся в исходное состояние. Расколдовался, в общем! Ну и Рыжая мне розовый халатик подкинула, чтобы совсем уж голышом не ходил.
— Вернулся, в общем, к Магистру, подучился немножко магии, меня шарахнули в процессе файерболом. И тут банановый квест вылезает: спасти Рядовую Торт. Синекожую Тиэллу, которая... я её только в банановом чате и видел. Ну я чё, не мужик, что ли? Ну и согласился.
Леонард почесал затылок, вздохнул:
— Ну, в общем, не очень там и хорошо всё вышло. Пришли мы с Падлой — это такой мужик из серых — к борделю козы. А там целая маленькая армия вооруженных сатиров. Ну и мама Коза мне, значит, говорит: победишь меня — отпущу её. А не победишь — топор твой заберу. Ну я и согласился. Старался там, пыжился, бочками кидался, даже опрокинул её один раз, но вообще не по силам она мне оказалась. В общем, не одолел я её. Рассказал только историю про Кул-Тирас и рабство там. И какая это залупа — всё это. Ну на том и расстались. Осталась Тиэлла у неё, лохматые сосиски в свой тортик принимать. А мы с Падлой ушли до того, как нас козлы расстреляли, и то хорошо.
— Вернулся я в Грязный Подвал и познакомился там с Сеньором Семи Невзгод. Выпили, друг другу на жизнь пожаловались. Его, оказывается, сразу семь ведьм прокляли, с которыми он шуры-муры мутил. Осмотрительнее надо быть. Ну я ему и рассказал про Силача. Тот же меня из порнодриады как-то назад превратил. Может, и у рыцаря чего выйдет. В общем-то, хороший он парень, хоть и монстряка жуткая. Ну чего, монстр не человек, что ли, теперь? В общем, закорефанились маленько. Я у него ещё спросил, как мне в наёмники записаться. Ну и пошел, взял заказ, а там надо было башку одного Шакала достать. А мне как раз вернул один добрый собак бычий лабрис мой. Ну и вот так направился я в гиений лагерь.
— Падла мне всё говорил, что я дурак, в засаду иду. Да только не было никакой засады. И вообще в лагере у них какой-то кровавый пиздец творился. Шакалы друг с другом кровавую резню умудрились устроить. Ну, значит, иду-иду, и тут ветка под ногой хрустит, громко так. Предательница! А ещё из одной древесной фракции, называется. И выскакивает на меня гиена со здоровенным топором, крупная такая. В общем, зарубились мы с ней нормально, и башку я ей снёс. Правда, руку в процессе потерял. Ну это ничего. Рука — не голова, отрастёт. Купил пока на её место мана-протез, дырку заткнул корой, ну и нормально. Из тумана выгребает Шакалий Тамада. Здоровенный слепой волчара, Тьмой с макушки до пят пропитанный, в руке волочит огромный четырёхручный меч. Ну я ему пафос подпортить решил, рассказываю анекдот про медведя и крышку от люка. И тут меня сзади что-то вырубает, да я отключаюсь.
— В общем, вытащил меня Семино из замеса. Говорит, не справился бы я с этим боссом. Ну, наверное, правильно сказал. Меня иногда заносит на поворотах в плане надирания задниц боссам. Рыжая там ещё объявилась, у Козы какое-то платье украла, чтобы на топор обменять. Ну я, дурак, ляпнул ей, что топор-то уже вернули, и старалась она зря. Ну и надулась на меня, конечно. Женщины... Тяжело с ними бывает. Ну ничего. Подуется и перестанет, правильно говорю? Надо будет ей блестяшку какую-нибудь подарить при случае.
— В общем, пока суть да дело, башку шакала какая-то двуглавая огнедышащая гончая сожрала. Не вышло у меня её по заказу принести. Ну и хрен с ним, в общем-то. Не получилось заказ выполнить.
— Иду назад, никого не трогаю. И тут пригибаюсь, а возле головы два лезвия топора — хрясь! — пролетают. Кто бы вы думали? Наш старый знакомый Эд Топорорукий! Ну замесились мы с ним знатно. Он-то меня чё как пробьёт? Я в броне и с топором, а он сраный акробат, у которого теперь узкого перешейка нет. Он и сальтухи всякие крутил, и обманные маневры, и по яйцам пинался. В общем, заборол я его панкратионом и его же топором его башку проткнул. Только думал, что победил, а оказалось, эта падла опять мёртвой притворилась. Стрельнул в меня своим топором и свалил опять. Ну хоть трофей оставил в ребре, и на том спасибо. Потом в магазин его загнал. Кларе... Или Карле? Вечно их путаю. В общем, чего-то он там продавщице понравился больно. Ну, в общем, я безуспешно попытался лабрис свой заточить, но толку ноль. И попёрся к деду Сулейману, медведя себе ездового выпросить.
— Вываливаюсь из переулка, а там... мама дорогая! Очередной дурдом на выезде. Вся наша разношёрстная компания соискателей сползлась в одну точку. Стоит Амелия, злая как сто чертей, Карлоед улыбается своей маньячной улыбкой. Рядом две подозрительные собакодевочки с какими-то внушительными нюансами. И тут же — гляжу, Коза! Только какая-то странная. Ну не отличаю я этих сестёр, виноват, что ли? В общем, обиделась она, что я её как-то неправильно обозвал, вдарила по заднице хвостом, и улетел я прям в стену лавки Сулеймана. Ну я чисто из паладинского этикета — шлёп её ладонью по драконьей заднице в ответ! Текстура, конечно, через перчатку плохо прочувствовалась, но моральное удовлетворение я получил. Ни о чём не жалею, хоть она мне потом хвостом рёбра и поломала.
— В общем, подсел к Сулейману, поговорили по душам, рассказал ему, как в Гилнеасе мне едва воргенская девка лицо не откусила. Ну он мне и Мишу вот подарил. Здорового, сильного, а главное — курочкоядного. Ну тут на меня чёт нашло, запрыгнул я на Мишу и решил поиграть в Рексара, повелителя зверей. Пора на охоту! Я не промахнусь! И всё такое. Правда, когда я за Рексара играл, то больше радовался, когда Хаффера вытягиваю из «Призыва зверя» за три маны, ну ты в курсе, фанат же. Не очень помню, что было потом, но походу в образе «Рексара» я охотиться в подвале за бухлом приехал.
— Просыпаюсь я, значит, вылезаю из-под стола. А там за столиком сидит этот белый лев-задрот Свинина Мудрый — сразу видно, что голова опилками набита, — и баба-хорёк Аннастая. И с ними Пружинщик треплется о контрактах каких-то. Ну, думаю, чего там злобные контракты заключать ещё будет? Вылезаю из-под стола и выдаю байку о том, как баба-дворфийка нам в Стальгорне весь стол заблевала. И курочкой всех угощаю. Лев надулся, как мышь на крупу, и давай меня прогонять. Ну я в ответ грязной рукой его шмяк. Гладь кису! В общем, он не выдержал и за одну монетку купил себе Херобол и призвал, кхм... Голого «Героя» с весьма разработанным анусом, который тут же на стол забрался. Пружинщик на этот блядский цирк посмотрел, отвертку выронил и говорит: «Пошли нахер отсюда все четверо». В общем, тактический план сработал, Свинина в чёрной меланхолии куда-то уплыл, а баба-хорёк мне предлагает какой-нибудь движ вместе устроить. Ну и поехали мы с ней да Мишей на свалку, орков раскулачивать, да тотемы у них отжимать, и магистру взятку добывать.
— Вот как-то эдак всё и было.