Мелисандра
Автор:
Кусочек
Раса: Человек, Класс: Паладин
Сила: 18
[+4]Ловкость: 10
[+0]Выносливость: 14
[+2]Интеллект: 12
[+1]Мудрость: 12
[+1]Обаяние: 14
[+2]Принципиальный добрый
Внешность:
Рост: 176
Вес: 66
Возраст: 30
Благородный тёмный оттенок кожи, длинные чёрные волосы, заплетённые в аккуратные косы, которые носит на одну сторону, давая нисподать с левого плеча, или подвязывает голубой лентой вы высокий хвост.
Лицо спокойное, с мягкими чертами, взгляд, наполненный тихим изумрудным пламенем придаёт ощущение задумчивости.
Стесняется своей улыбки, смеха, звонкого голоса, потому часто прикрывает уста ладонью, когда даёт волю эмоциям. Редко смотрит в глаза, словно боясь ранить взглядом, или пораниться самой о чужой.
Фигура подтянутая, воинская, руки крепкие, ладони грубоваты от рукоятки клинка и тяжёлого труда. Ногти коротко стрижены, покрыты угольно-черным лаком, на руках и ногах. На пальцах пять колец с чёрными вставками, три кольца в правом ухе (серебро, золото и сталь), пирсинг в правой брови и... ;)
Тату: белый рисунок на спине в виде треснувшей чаши и лишённой двенадцати фрагментов - осколков. Осколки - на руках тыльной стороны запястий, размером с половину ладони, на предплечьях, ногах на голенях и бедрах снаружи. Одно на ключицы справа, над левой грудью, на солнечном сплетении и сзади на пояснице.
Характер:Искупать свои грехи - не значит от них отказываться.История:Мелисандра - младшая дочь четы двух жрицы храма Рамоны. И, будучи самой юной в семье, она с детства имела пример в виде старшей сестры и богатый сборник историй о подвигах матери Амади, что были вместо сказок (вторая мама, Кадира, не скрывала своего восхищения, а по сути, одержимости своей избранницей, своими руками слепив из неё настоящего идола для дочерей). Когда следуя всем правилам, старшая сестренка переехала в казармы аэлиситок, выбора своего пути для молодой Мелисандры не оставалось вовсе. Если Дианта унаследовала твёрдость характера и особый поистине воинский дух Амади, то Мелисандра по большей части своим характером след в след повторяла вторую мать, вот только в её случае предметов восхищения было два, причем второй в виде сестры благодаря всего трёх лет разницы в возрасте, был куда больше на виду. Так что с момента поступления на обучения и до выпуска старшей, у Мелисандры была целая куча времени чтобы усугублять свои комплексы. И дело было не в одних лишь банальной сестринской любви (именно родственой, да) и неуемной жаждой тянуться к ней по любому поводу. Старшая всегда была “умней, сильней, привлекательнее”, слова её воспринимались всегда лишь за чистую истину, а потребность в её одобрении была едва ли не маниакальной.
Старшая была куда сдержаннее и… разумнее, однако шарм милой младшей сестренки, немного хмельного, хорошее настроение и вот, их уста уже совсем не там, где положено для кровных родственниц относительно друг друга. Начавшись как забавная игра - усугубилось довольно быстро и, разумеется подобное не ускользнуло от взора наставниц. Чтобы прекратить безобразие, решили сестёр по воспитывать трудом праведным сверхурочным, да так, что не на какие проказы уже не времени не желания не хватало. Два года дались тяжело, и не сказать что радикальные меры воспитания смогла излечить болезнь, что по правде и не болезнь вовсе. Но держать себя в руках, а все что лезло наружу, глубоко внутри, научилась. Встала на путь праведный, погрузилась в ремесло, можно сказать вкалывала, собирая по крохам себе положительную характеристику, все же некую долю личной вины за ставшую “такой веселой для них обеих жизнь” Мелисандра чувствовала.
За прошедшее время Мелисандра поняла для себя, что то была ранее вовсе не глупая детская влюбленность, а нечто куда большее, что теперь, в период взросления и осознанности себя в определённом качестве, облачилось в совсем по пикантному сложную ситуацию. Но… она неплохо играла роль “нормальной” что позволило в итоге к концу срока обучения сестры к ней поближе быть и в день выпуска, когда и бояться и стесняться было уже нечего, получила своё, вновь выступив в роли беспощадной зачинщицы.
А потом… потом сестра выпустилась. Вот так проблема решилась сама собой, не успев докрасить уже налившийся, но пока еще не докрашеный в алое плод.
От жалости к себе и беспомощности что то сделать со своим сердцем, и до кучи не понимание какого беса вообще её так ломает ночами орала в подушку, чувствуя как просто готова вот-вот закончится. А потом… потом резко отпустило. Отпустило в тот момент, когда осознала себя той, кто ответила на знаки внимания со стороны другой девушки. А потом еще одной… и… еще. Нельзя сказать что Мелисандра при всей её экзотичной внешности была и ранее не популярна. Очень даже была, просто не замечала многого вокруг, до момента. А как тот самый момент настал, так протрезвела… или наоборот, решила залить лёгкое опьянение от сладкого меда, дразнившего её годами - большим количеством терпкого вина. Злые языки за глаза называть даже бардессой стали, правда шепотом.
… …
Служение после выпуска, было довольно специфичным. Чья там длань постаралась стоило лишь гадать. Мелисандра поднаторела в целительстве, в том числе и акушерстве, став приверженкой идеи “не одной лишь магией”. И это замечали. Звали тогда, когда к паладинам обратиться не решаться. Доработалась до того, что стала “счастливым знаком” когда сама роды принимала, после случая, когда акушерки рядом не оказалось, а рожать надо вот уже почти, а ребенок сам не перевернется, а там и угроза афлексии и целого букета осложнений. Рассказывай потом, что “магия не сдюжила”. Справилась. И с перевертышем, и пуповиной и тяжёлыми родами. И дочь в честь неё назвали, растёт теперь, кудрявая рыжая Мелисандра что её крестной зовет. И как тут теперь скажешь, что “не такой я себе службу представляла” когда два чистейших голубых блюдца прямо в душу смотрят и ручки тянут. Так и научилась… примирились со своим особенным путём неправильной паладинки, что травки, припарки, да помощь сёстрам ближе, чем клинок, не знавший крови в её ножнах.
Затем все как-то само собой выровнялось. И в страстях своих поумереннее стала, и рукам крепости, что клинок сжимают, поприбавилось. Перестало так сильно заносить на резких поворотах, и можно сказать, даже с собой примерилась, приручила демонов своих… до поры до времени, до времени новой встречи с сестрой уже “на воле”. А потом еще одной, и еще. Короткие, тайные встречи, отгрышь “приличной” роли, предвкушение новой встречи… А потом сестра просто решила остепениться и начала избегать Мелисандру, начала строить своё счастье с какой-то следопыткой и буквально в прятки играть. Мелисандра поняла, и приняла, но лишь только разумом, а не сердцем и душой.
Родственные связи:
Сестра Амади - мать
Паладинка Кадира - мать
Паладинка Дианта - старшая сестра