Джиневра Мэй
Автор:
mcflyРаса: Человек, Класс: Монах
Сила: 10
[+0]Ловкость: 16
[+3]Выносливость: 14
[+2]Интеллект: 12
[+1]Мудрость: 16
[+3]Обаяние: 9
[-1]Принципиальный злой
Внешность:– Возраст: 28 лет
– Рост: 163 см // 5'4'' фута
– Вес: 58 кг // 128 фнт
– Цвет волос: шатенка
– Цвет глаз: кариеОсобенности:— татуировки, множество их. Маленькие и большие, пусть имеющие свои значения, но сводящиеся к клановым традициям и интересам. Разбросанные по всему телу, они в большинстве случаев скрыты слоем одежды и имеют дополнительный функционал – скрывать мелкие шрамы, появившиеся во время уличных драк подростком. Джиневра татуировок абсолютно не смущается, но не всегда готова делиться тем, что за ними скрыто. Однако, чётко может ответить на один вопрос – набивать их было чертовски, чертовски неприятно.
— одеваться предпочитает в одежды свободные и струящиеся, несковывающие движения. Мэй полюбились цветочные, растительные и геометрические орнаменты ещё с детства, и она не боится их использовать в своих нарядах. Непривычна к тяжелой броне, отчего и вступает в бои, при необходимости, без неё.
— Пишет правой рукой, но все остальные действия делает левой.
— Несмотря на несколько проколов в каждом из ухе, привычки менять серьги не имеет. В подростковом возрасте от родителей получила подвеску, носит её вместе с полюбившимися с того же возраста украшениями в ушах.
— Заметный шрам на лице, который пересекает глаз от лобовой части до нижней челюсти, полученный Мэй всего два года назад. Скрывать его при помощи набора для грима не пытается, оставляя на виду – авось, напугает кого да заставит уважать женщину.
— Взгляд хитрый, и без того узкие глаза часто смотрят с лисьим прищуром. Мэй обладательница характерного говора. Голос у Джин ниже привычного, чего можно не ожидать от человека такой внешности, с еле заметной хрипотцой.
— С подросткового возраста предпочитала держать волосы короткими, как из-за удобства, так из-за жаркого климата. Сейчас сбривает часть волос, оставляя при этом вторую половину неподходящей длины до шеи, имея возможность менять причёски по велению левой пятки.
— Хрупкой кажется только благодаря своему росту, на деле таковой не являясь. Джин довольно крепка, ходит она чуть сгорбившись, что не всегда заметно благодаря накинутым на плечи тканям, и расслаблено.
Характер:— Легко делится своими планами и сложно воспринимает ваши. Назвать Джиневру «сама себе на уме» будет неправильным, в конце концов, к чужому мнению она прислушивается и на диалог идёт. Впрочем, при определённом настроении может и запросить мешок аргументов, почему так, а не по-другому. Кто-то может разглядеть в этом вредность, кто-то – упёртость, но факт остаётся фактом: если Мэй что-то решила, то переубедить её может быть довольно трудно.
— Джиневра всегда видела себя самостоятельной и независимой, смотрящей в глаза опасности, вместо того, чтобы соскакивать с телеги в последнюю секунду перед её падением. Скрытно она, возможно, и будет тянуть вас за рукав, позже высказываясь, что делала это ради вас, если вдруг бесстрашный дракон в ней умрёт, и всё же, предпочитает справляться со всем сама. Так, например, подачки в виде подарков со стороны незнакомцев принимает без огонька, а приболев, всё равно умудряется сдерживать кашель в вашем присутствии, да ещё и суп сварит себе. Сама.
— А всё почему? Пример она могла брать только со старших, ведь отсутствие родных братьев и сестер одного с ней возраста – любых, на самом деле – не слишком помогало. С самого детства приходилось смотреть на взрослое поколение, а те, по ощущениям, уже родились с фундаментом под ногами да крышей над головой, перерезали пуповину своим матерям самостоятельно. Разумеется, она видела только одну сторону монеты, но разве кто-то показывал ей обратную? Довольно рано для Джин был выбран путь совсем не домохозяйки с одной целью на всю жизнь. Получите – распишитесь? Ещё вдобавок и небольшой комплект проблем и комплексов, о котором говорить вслух неприлично – засмеют.
— Любит чувствовать себя полезной, понимать, что без неё всё было бы многим хуже, да и в целом – готова протянуть руку помощи. Иногда – просто так, иногда – за оплату, будь то деньгами или услугой. Хотя, против принципов тоже не пойдёт. Если уж насолили, то запросто оставит вас висеть на верёвке над пропастью. Скажите спасибо, что и её не перерезала.
— Если ей небезразличны конкретно вы – можно считать это за вытянутый лотерейный билет. Мэй добра к тем, кого любит и чью ценность осознает, не скупясь напоминать и окружающим об этом. За ней можно почувствовать себя как за каменной стеной – даже если вы выше и шире, – и чем больше она будет чувствовать отдачу, тем крепче будет кладка.
— на деле не так уж трудно заинтересовать её собой. Она ценит и ум, и силу, и необычные хобби или юмор. Часто ей приходилось сталкиваться с неискренностью и желанием обвести её вокруг пальца, и логично – она ведь делала всё то же самое. Не зря говорят, что вас раздражает в людях то, что есть в вас самих. Вот и она тянется к противоположностям.
— Азартна. И в карты готова поиграть, и кубики покидать, и пробежаться наперегонки от одного конца набережной до другого – только придумайте, на что спорить, и Мэй в деле. Меру знает, и совсем без штанов оставить её будет трудно, но в редкие случаи проигрыша можно лицезреть самое недовольное выражение лица в качестве вашего приза. Долги свои платит да обманывать не станет. Несмотря на деятельность, предпочитает решать всё честными путями, пусть у неё есть своё видение этой честности. Если Джиневра дала слово, нет смысла переживать, что она его пустит по ветру.
— Учитывая её подноготную, удачлива, и по какой-то причине вечно пытается проверить: насколько. Выпутывалась из достаточно каверзных ситуаций, отводя от себя опасность, да и в целом существует в вечной попытке исправить неисправимое.
— Мечтает о тривиальном признании: со стороны обычных людей, клана и близких. Несмотря на возраст, ответственна и понимает, что ждёт её в будущем, думая, что способна уже сейчас взять на себя обязанности главы семейства.
История: Прошло слишком много лет для того, чтобы увидеть в строках, выведенных на страницах старинных книг, не легенды, а правду. Изложенная на древнем языке история рассказывает о могучем колдуне, умеющем разговаривать с невероятно сильными и опасными летающими существами, рык которых был слышен во всей округе, их дыхание было способно испепелить за секунды, заглушая любые крики о пощаде, и ничто не могло их остановить. «Старик» Веймин, как теперь по-доброму называли его члены семьи Мэй, оставил след в истории, и несмотря на то, что многие воспринимали писания сказками, стоило отдать ему должное. По сей день быт монахов, в своё время развернувших свою жизнь на сто восемьдесят градусов, до сих пор записывается на языке, недоступном для большинства людей. Это, впрочем, не самое главное, что может рассчитывать член семьи. И Джиневра Мэй не стала исключением.
Никто не обещал ей лёгкую жизнь с самого начала, хотя сложно не благодарить родителей хотя бы за беззаботное детство. Малышкой у неё были и погремушки, и тряпичные куклы, и бамбуковые катушки, а главное – вокруг неё никогда не было пусто: единственная дочь Джиана и Ланфен Мэй была окружена людьми с утра до ночи, беспечно запуская своих воздушных змеев и лепя глиняные фигурки драконов. Только в подростковом возрасте, громко хлопая дверью и спрашивая у небес, по какой причине именно на её плечи должна была лечь ответственность за судьбу всей семьи, она узнает, что сколько бы родители не пытались – до неё или после, – никакая сила так и не смогла обеспечить клан Мэй наследником мужского пола. Единственной возможностью не потерять приобретённое с годами уважение и мощь – это оставить после себя достойного преемника.
На удивление, чем старше становилась Джин, перерастая детский нрав, тем меньше Джиан сомневался в ней.
Исторически, предшествующее поколение было кочевниками-монахами, в какой-то момент решившими осесть на одном месте, из-за чересчур увеличившегося количества людей. Путешествия стали опасными, и желание обезопасить всех стало важнее. Никто не хотел лишних войн, но и найти незанятую территорию было невозможно. Путешествующие с мирными намерениями, монахи Мэй пожалели о своей наивности и доброте. Однако, и противоположной стороне было о чём жалеть, потому что никакие преимущества в качестве закрытых перед носом клана засовов или головорезов в юбках, не смогли остановить их. Заставив табор Мангров бежать, клан Мэй смог до конца осознать свои возможности. Как и на всю жизнь заполучить себе действующих врагов.
Они развивались и расселялись по соседним землям, следуя старым традициям. Когда-то малая деревня стала большим центральным городом, расположившимся близ моря – удобная локация для любого бизнеса, и семья Мэй не могла не воспользоваться таким шансом. Они зачерствели к окружению, работали, скорее, ради собственной выгоды, чем на пользу для общества, никогда, однако, не забывая о своей семье. Однажды попадая в клан, уйти ты мог только со смертью, но оно стоило того, чтобы никогда не разрывать семейные узы. Джиневру учили этому с самого детства, с утра до ночи донося основную мысль: семья была главной ценностью в жизни, о которой необходимо думать в первую очередь, где бы она не находилась. Таким образом она прекрасно понимала, насколько важным было протягивать руку помощи сторонникам семьи, которые не переходили дорогу Мэй, знала, что каждая работа должна быть оплачена, и была готова в любую минуту воткнуть своё копьё со звонким колокольчиком перед лицом каждого, в качестве предупреждения: не стоит забывать о доброте клана, ведь они не позволят собой воспользоваться.
В силу отсутствия времени у Джиана, обучать юную Мэй было поручено великовозрастному старцу, который являлся одновременно и другом, и советником главы клана. Несмотря на то, что учёба не давалась легко, временами выбивая Джин из сил до того, что она физически не могла подняться и добраться до своей постели, теперь она вспоминает об этом скорее с удовольствием, чем с испугом. В конце концов, за всё то, что она умела, ей стоило благодарить Танга, окрестившего её с малых лет «Калипсо», что было скорее злой шуткой, чем правдой: скрывать истину или лгать она умела не лучше, чем напакостивший пёс. Да и у него вышло бы лучше за счёт харизматичного взгляда.
Так или иначе, она научилась не только драться, держа в руках оружие, но и использовать своё тело в качестве оного, чувствуя энергию внутри себя и усвоив как её выпускать вместе с очередным ударом ногой или рукой. В свою очередь, имеющая больше свободных часов Ланфен старалась присутствовать в жизни дочери, обучая ту размеренной работе с кистью или игре на традиционном для семьи музыкальном инструменте.
Становясь старше, Мэй начала отходить от разговоров о важном только с наставником, расширяя список интересов посредством общения с людьми вне клана, временами попадая и в опасности. Азартные игры, например, были меньшим из зол, а вот возвращаться домой со скрытыми синяками под слоем одежды, а то и шрамами, было делом нешуточным. Из-за этого даже её родители разделились на два лагеря: матери было жаль девушку, а отец видел в этом ничто иное, как попытки выучиться на своих ошибках. В возрасте двадцати одного он впервые позволил Мэй руководить вербовкой, понимая, что помимо личных навыков, Джиневре нужно было развивать и способности к коммуникациям.
Пожалуй, с того момента мало что изменилось. Жизнь девушки обрастала гордыми историями об умении сотрудничать, держать марку или, при необходимости, наносить удар. Она была уверена, что когда-нибудь её путь будет вписан в семейные хроники, и знала, что ускорило бы этот процесс – смена главы, но даже думать о таком себе не позволяла.
Правда, разве ж от Судьбы убежишь?
К двадцативосьмилетию годам Джиневры её отец сильно заболел. Мужчины её клана доживали и до более глубокого возраста из-за чего никто не пророчил Джиану скорой смерти. Сомнений не было: проклятье, недуг, бич – неважно, что именно! – и чем дольше они будут ждать, тем меньший шанс на полное выздоровление. Ко всему прочему, нужно было понимать, что несмотря на способности Джин, молодая девушка не успела заручиться сильной поддержкой со стороны семьи. Да, она была дочерью Джиана, но разве этого бы хватило, покинь отец этот мир?
Решение Мэй оказалось столь же внезапным, как удар по голове. В конце концов, её вечера были наполнены не только сказаниями о превосходстве их предка, Веймина, которые она слышала с самого детства, но и легендами о далёком лабиринте Лэ’Гуан и его таинствах. Бесконечные коридоры, наводящие ужас монстры и мучительные ловушки: конечно, когда вспоминаешь обо всём этом, то мурашки бегут по коже, и переступать порог страшного места совсем не хотелось.
Однако, каков приз! Артефакты и сокровища, невиданные богатства и безграничное почтение со стороны тех, кто узнает, через что пришлось пройти Джиневре Мэй в попытках спасти не только своего отца от тяжелой хвори, но и доказать, на что она на самом деле способна.