| |
|
|
 Благодатная природа Виты породила немало различных видов. И нашлись среди них и те, что нашли применение не только крепким зубам, острым когтям и быстрым ногам, но и своему разуму. Благодаря ему, они по праву стали царями природы, вольными распоряжаться ее дарами и заселять новые земли. До момента, когда внезапно обнаружили - они не одни такие в этом мире, есть и другие, столь же разумные, но столь непохожие. Как народы справятся с этим - испытают шок или увидят возможности? Найдут новых друзей или новых соперников? Пришло время сделать шаг в следующую эпоху. Карта на первый век Один гекс в поперечнике примерно 200 км.  На карте обозначены красными львами. Примерная численность - 300 000 ЛЭ АрхаронНа карте обозначены синей рогатой головой. Примерная численность - 270 000 ЛЭ НаугримыНа карте обозначены черной киркой и лопатой. Примерная численность - 200 000 ЛЭ НеридыНа карте обозначены бирюзовым трезубцем. Примерная численность - 290 000 ЛЭ МелководныеНа карте обозначены желтым якорем. Примерная численность - 210 000 ЛЭ РислингиНа карте обозначены оранжевыми палатками. Примерная численность - 230 000 ЛЭ БелгримыНа карте обозначены белой киркой и лопатой. Примерная численность - 150 000 ЛЭ Раах-ВаНа карте обозначены фиолетовым летающим существом. Примерная численность - 110 000 ЛЭ
|
|
1 |
|
|
|
|
На заре времён родился в одном из кланов Рислингов один, мудрость которого не знала границ. Звался о Хирд. Часто мог он рассудить спор, который не могли рассудить остальные шаманы. Скоро слух, о справедливом шамане разошёлся по всем землям, где жили Рислинги. Из других кланов начали приходить и спрашивать совета. И никому Хирд, прозванный мудрым не отказывал. Так постепенно зародился первый свод законов, единый для всех кланов.
В между тем разведчики, которые ходили в горы на северо-востке и разведчики, ходившие на север, к берегу моря говорили о народах, которые отличались от рислингов. И Хирд, у которого совета, сказал "да не будем мы первыми проливать кровь соседей, но скрытно изучим их повадки, их обычаи и их уклад. Ибо начать драку с незнакомцем есть глупость, а узнать соседа, чтобы потом с ним подружиться есть здравая мысль." Так и сделали. Разведчики никогда не нападали, а лишь старательно маскировались.
|
|
2 |
|
|
|
|
Наступило холодное утро второго дня Месяца "Тумана". Гуннар, прозванный "Сокрушителем" стоял на берегу пролива и всматривался в даль. Там за горизонтом возможно ждал древний враг. Жажда битвы Гуннара кипела в нём, но лодки племени были не приспособлены для таких далёких плаваний. "Что всё это значит, наступают времена из древних предсказаний? Неужели я, Гуннар "Сокрушитель" подчиню своей силе все племена Архарон и поведу их на великую битву с нашими заклятыми врагами?" - мысли ворохом носились по голове скалоподобного мужчины. Будучи выше на голову, большинства других Архарон, самомнение Гуннара так же было на недосягаемом уровне, словно волна во время сильного шторма. Дело в том, что шаман племени - Эос, во время путешествия в мир духов, увидел глазами птиц, что за морем живёт и здравствует древний враг народа Архарон - "дейэнс", что можно перевести с языка древних как "склизкие". Те самые дети "гигантского ящера", которых изгнал Избранный. Эта новость взбудоражила всё племя и быстро перекинулась на ближайшие соседние поселения Архарон и теперь не сходила с уст абсолютно каждого. Племя "Сокрушителя" задержалось на своей стоянке уже гораздо больше обычного, нужно было в срочном порядке что то придумывать, должен быть какой то план. Такую новость Архарон не могли оставить без внимания. Сутра - следопыт племени высказала простую и вместе с тем гениальную идею: "Что бы преодолеть большую воду, нужно двигаться на большой лодке. И двигаться нужно быстро, что бы у моря было меньше времени поглотить незваных гостей. Шкуры литкеров помогут в этом. Во время сильного ветра эти шкуры раздувает, а временами даже вырывает из земли вместе с кольями к которым они прикреплены." Идея всем понравилась, но если проблем с добычей дерева не было, то просто начать вырезать всех ближайших литкеров Архароны не могли, это противоречило их убеждениям. "Шкуры можно забрать у других племён!" - грозный рык Гуннара прогремел над общиной. "Если они не захотят отдавать их нам, мы заберём их силой!" - продолжал грозный "Сокрушитель" Хотя Гуннара и считали сильным воином и уважали за это, но идеи его редко находили отклик в сердцах соплеменников. Мягко говоря его считали глуповатым. Не последнюю роль в этом играло и его пристрастие к "зелью ярости". Сутра снова взяла слово - "Не нужно сражаться с соседями, лучше предложим им что то взамен. Услышав цель нашего обмена они с радостью согласятся, к тому же чем больше племён узнает о нашей цели, тем больше воинов мы соберём. Молодые парни и девушки наверняка захотят снискать славы и богатства в таком походе." Всё племя одобрительно закивало. Хотя самомнение Гуннара и было ущемлено, такой исход его тоже устроил. Ведь, что бы не говорила Сутра, в конце концов именно он - Гуннар, поведёт воинов за море. "Подготовка займёт многие месяцы" - Эос смотрел на племя своими уставшими глазами. "Нельзя быть уверенным, что никто не захочет снискать славу, сразившись с нашим племенем. Так же нельзя быть уверенным, что враг не нападёт первым. Раз уж мы задерживаемся на стоянке, нужно подготовить её для этого. Нужны места для хранения большого количества шкур, частокол вокруг поселения" - община внимательно слушала своего шамана. Наступало время, когда всем придётся очень много и долго трудиться. Но Архарон это только радовало, любые новые стремления они любили больше, чем бездействие и вялотекущую жизнь. Гуннар: Сутра: Литкер:
|
|
3 |
|
|
|
|
Воды Великой Реки быстры и глубоки. Редкий ульфхеднар за свою жизнь пересекает реку: это порог, за которым жизнь меняется самым разительным образом. Это как путь в иной мир: он похож на наш, но там все по другому. В разные годы все происходит по разному: сегодня река могуча и полноводна и лишь самые сильные смогут ее победить. Такое путешествие полно опасностей и может принести славу победившему ее. Но уже завтра она мелеет и обнажаются склизкие камни на ее дне - и иной ловкий ульф может пересечь ее почти не замочив лап. В таком путешествии нет чести и славы, но посещение другого мира грозит неприятными последствиями.
Река разделяет племена на две неравные части. Пока прошло слишком мало времени и племена еще очень похожи друг на друга. Но что для восточных, что для западных - жильцы другого берега представляют собой чужаков, что не поддаются пониманию, что опасны и загадочны. Разные народы, разная история, разные традиции.
Земли, что омываются восходящим солнцем ранее - обширны и богаты добычей. Пути охотников иногда уходят так далеко, что они не успевают вернуться и за целый цикл. И практически всегда они возвращаются с добычей: эти земли приютили множество всевозможных существ, добычи и хищников. Не так редки встречи в дальних лесах с чудаковатыми существами: бесшерстные, без когтей и зубов - но это тоже охотники и хищники. И Ульфы отдают им должное уважение, охотясь на них и поедая их внутренности: существо способное преодолеть свою натуру жертвы достойно уважения, даже если оно слабо.
Но мир, к сожалению Вождей, состоит не только из охоты...
|
|
4 |
|
|
|
|
Кланы Наугримов были практически полностью окружены чужаками и приходилось быть всегда начеку. Ульфхендары и странные обитатели южного берега никак не вызывали доверия... Разводимое животное: Овца!
|
|
5 |
|
|
|
|
Со дня Катаклизма, положившего конец правлению Водных Владык, прошло немало зим. Мелководные, плодясь и размножаясь, медленно расселялись, постепенно обживая все берегам Великого Моря. Того, что окружало Святой Остров, на котором лежали руины города Владык. С помощью деревянных лодок и парусов, сотканных из водорослей, море стало для детей Богов широкой дорогой, а не непреодолимой преградой.
Развитие парусного дела не только позволило Мелководным расселиться по берегам Великого моря. Оно позволило младшим детям Богов ловить рыбу сетями, обеспечивая быстро растущие племена достаточным количеством пищи. Казалось, так будет продолжаться вечно. Но численность Мелководных росла, общин становилось все больше и больше. А рыбных богатств больше не становилось - более того, они медленно, но неуклонно сокращались.
Но вызовы никогда не пугали детей Богов. Первые трудности с выловом рыбы, возникшие у отдельных племен, стали движущей силой, направившей Мелководных на поиск новых способов обеспечить свое выживание. Каждое племя подходило к проблеме по-своему. Не последнюю очередь в этом деле сыграло стремление запасти и спрятать побольше еды на случай недолова. Так, на западе и юго-западе владений Мелководных первыми научились выращивать водоросли, вместо того чтобы бездумно их собирать.
Легенды гласят, что этим они обязаны К'ларху - мудрому и благочестивому шаману. Зарыв в прибрежное дно множество ветвей бурых водорослей, он три дня и три ночи молился Матери Гидре, прося у нее, чтобы сделанные им запасы помогли племени избежать голода. Когда же на четвертый день он отправился проверить свои запасы - он увидел, как из донного ила пробиваются первые ростки. Чудо, дарованное ему, быстро разошлось по близлежащим племенам. Буквально за две-три зимы несколько связок, прикопанных на дне, превращались в густые подводные сады. Водоросли сушили на солнце, превращая их в волокна для сетей и парусов. Их резали каменными и обсидиановыми ножами, употребляя вместе с рыбой. А то, что оставалось потом, давилось в кашу и использовалось в качестве приманки для рыбы.
По-другому обстояли дела на восточных и юго-восточных берегах - в местах, образованных треугольником огненных гор. Там, где в море регулярно выпадал черный пепел, возникающий от встречи жидкого огня с водой, водоросли росли хуже, зато очень быстро размножались мелкие рачки и моллюски - и привлеченные их изобилием крупные морские животные. Соответственно, процветала охота, и основным промысловым животным стали киты. На них охотились с помощью каменных копий, ловчих сетей и прирученных веками ранее миниатюрных акул. Один из видов китов - самый мелкий из существующих - даже сумели приручить. Легенды гласят, что первым, кто додумался разводить китов в неволе, стал шаман по имени Ква'нтри. Увидев, что один из добытых китобоями зверей еще жив, он выкупил его, выходил и научил есть из рук. Когда же он научил этому остальных, у племени всего через несколько лун появилось целое стадо китов.
Китовой кожей обшивали лодки. Ворвань употребляли в пищу и использовали в светильниках. Китовый ус, добытый из мертвых животных, был отличным природным ситом. Но самым ценным было сладкое китовое молоко, которое собирали у самок и почитали самым лучшим лакомством на свете.
Конечно, потребовалось немало зим, чтобы открытия одного края владений Мелководных дошли до другого. Но обмен шел, медленно, но неумолимо, обогащая и развивая ресурсную базу младших детей богов.
|
|
6 |
|
|
|
|
Время течет по кругу. Ночь сменяется днем, маис вызревает чтобы мы могли его собрать сами белгрим рождаются и живут чтобы в конце уйти к земле и небу. Слушайте меня, почетные старцы и любопытные юноши. Хоть сейчас я живу в Бьягузе, но так было отнюдь не всегда. Я, вдохновленный Руибелом, много лет путешествовал в поисках лучшего пива и интересных историй по всему Срединному Хребту, от великой равнины до северных болот. Я видел странных существ: синих, скользких, крылатых. Многие, кто ходил со мной, говорили про некоторых, что это были черные гномы из саг. Но я, Эйнкиль, говорю вам: они были не черными. И это точно были не гномы. Одни синие были мелкими, длинноухими и щуплыми словно дети. Мы между собой называли их бломены, как же они называли себя сами, я не запомнил. Мои попутчики просили спросить у них, варят ли они пиво или вино, да я и сам собирался. Как я не старался объяснить ихнему вождю что это такое, похоже такого слова бломены не знали. Вождь этот рассказал о их странных обычаях ловли рыбы с помощью переплетенных веревок и то, что мертвых у них не хоронят, а съедают. Белгрим это покажется жестоким, но сам народец не видит в этом чего-то плохого, вы только представьте! В остальном же они показались довольно веселыми, добрыми как дети. Пусть эти дети и были каннибалами, кхм... кхм... Да, в остальном они были очень приветливыми. Их вождь даже на прощание подарил мне свое копье, которое оказалось из меди, не хуже работы наших лучших рунных кузнецов. Да, это правда, как бы трудно ни было поверить! В долгу к этому вождю-бломену я оставаться не хотел, поэтому подарил ему свой нож. Тоже один из лучших, между прочим. Другие были тоже синими, но отличались. Мы назвали их хауфюд. Они были великанами, серьезно! Даже вождь-гигант Торадин еле-еле дотянул бы ростом до самого низкого из них. А еще от них воняло рыбой. И тут я уж не знаю почему: от того что они сами были похожи на рыб, то ли от тех огромных количеств рыбы, которые они ели, апхахах! Кхм, ладно, без шуток, рыбы они ели много. Они тоже оказались дружелюбными, накормив нас своей рыбой, мы же в ответ напоили их своим пивом, которое у нас еще оставалось. А еще нам предложили какую-то съедобную склизкую траву, от которой я вежливо отказался. За столом они рассказали о своем боге - Великом Световом Отце, что очень напомнило мне нашего Турората. Кто знает, может у нас одни и те же боги? Впрочем, за тем столом, рассказывая друг другу охотничьи истории, меня тот вопрос не посетил. Больше всего меня поразили их питомцы - огромные ящерицы, которые большую часть времени сидели на берегу речки. Таких зубастых животин я еще не видел, честное слово. А еще хауфюд подарили каждому из нас красивое ожерелье из разноцветных ракушек, но его я уже подарил одной прекрасной даме, так что показать не смогу. Встретили мы и более удивительных существ, чем эти синие. Хойны, как мы их назвали, остановили нас когда мы хотели пройти на их стоянку. Ух и странные они! Ростом как бломены, но ни на них, ни на нас они не похожи, это были скорее какие-то большие лягушки. Пока один из них, самый высокий, приветствовал нас радушно, другой, сморщенный и в перьях, сказал что они должны убить нас и съесть во имя неких Подводных! Будет лишним говорить как мы тогда испугались, но это было так. Я не знаю, съели бы нас в тот день или нет, но, можно сказать, нас спасло чудо: второй начал спорить с первым, а остальные последовали примеру этих двоих, начав ожесточенно доказывать почему правы именно они. Под этот шум нам, слава богам, представился шанс сделать ноги, что мы и сделали. Впредь мы постарались держаться подальше стоянок этих лягушек. Последними и самыми жуткими, кого я встретил в своих странствиях, стали крылатые волки, вингульфы. Да, это правда, даже самые склизкие из хойнов не пугали так, как вингульфы. Но, к счастью, это впечатление оказалось обманчивым, нападать они не стали. Вместо этого, наоборот, начали рассказывать столько историй, что я даже половины, нет, даже четверти не вспомню! То ли они все такие балагуры, то ли это племя такое, кто ж знает. Понимать их было легче, чем говорить самому, потому что общение с ними непременно требовало всяческих размахиваний руками и громких звуков, что, надо сказать, было трудно. Поэтому я вынужден был скорее слушать. Рассказывали они что-то о культе силы, дескать во всем есть какая-то сила, а если сил нет, значит какой-то злой колдун и божок их ворует, а значит этого колдуна или божка нужно всячески хулить и поносить. А я поведал им истории о наших богах, предусмотрительно предупредив что с их злыми богами они вообще никак не связаны: как наши боги боролись с титанами, как Туртунд поднял скалы, чтобы защитить белгрим, а его брат Турорат создал огненные копья чтобы сражаться. Как однажды настанет Конец Времен, когда эти демоны вернутся и белгрим, и наши боги и все светлые боги сразятся со титанами в последний раз. Но, кроме прочего, были и более приземленные разговоры. Самое интересное - это то, как они добывают шкуры и мясо. Кроме охоты, как поступают все народы, они додумались ограждать некоторые стада заборами, чтобы они никуда не уходили и всегда были рядом с поселением. Организовать и нам что-то подобное будет хорошей идеей, чтобы кто ни говорил. С собой мне даже дали одну из их каменных табличек, на которых они изображают друг друга. Сказали что хотят чтобы я "показал нас своему народу, чтобы все видели какие мы красивые". Смотрите. Понимаю, трудно понять, что именно на этих табличках изображено, но уверяю, в жизни они выглядят так же! Эйнкиль: 
|
|
7 |
|
|
|
|
По обеим берегам грандиозного моря-матери расселились славные племена Нерид. Первые лагеря племен моря появились на островах в самом его центре - на большом острове Род`Ине, богатом яркими фруктами и родниками пресной воды. Его испещренные скалами берега создавали особую мелодию воды, надводных течений и солнца, потому слушающие Великих Духов шаманы назвали сие место священным для их народа. Лишь несколько больших и сильных, самых первых племен пришедших сюда стай ставших позднее племенами, по праву считали это место своей землей и боронили Род`Ине от иных Нерид, кто желал сделать Святые места своими, окропив их кровью, но помогали редким путникам своего народа, которые держали путь на лодках в иные места. В прошлом таких полу-диких стай, было много, но чем больше Нерид покидало объятия Великой Матери и осваивало необъятные берега на север или на юг от Род`Ина, тем меньше требовалась защищать остров от врагов. В нынешнее время, лишь редких рыбаков, охотников или путешественников подхваченных беспорядками сильных зимних надводных течений, которые шаманы по умному именовали Зимними Штормами, выбрасывало на эти берега и их принимали как радушных гостей.
Чем дальше расселялись Нериды по суше, тем большие различия находилось между обычиями племен - кто-то селился под широкими кронами северных лиственных лесов, живя между огромными дубами, да кленами. Здесь добыча и хищники моглм напасть не только с земли, но и с верху. На юго-востоке, в лесостепи, для удачной охоты приходилось прятаться в высокой траве и ждать неожиданного нападения оттуда. Неридам южного континента повезло больше, в тропических западных лесах и на зеленых равнинах перемежающимися болотами жизнь и охота не сильно отличалась от того, что они встречали на морских берегах, но и здесь имелись свои небольшие отличия, вроде атакующих из воды ядовитых змей. Те же кто совсем не хотели менять свою жизнь посреди морской стихии, обживали множество небольших островов к северу-западу от Род`Ина. И хотя племена сохраняли общую для них всех веру в Великих духов Матери-моря и Всесияющего Отца, но также имели и своих собственных, малых духов. В некоторых местах, чаще всего у моря, даже доходило до кровопролития и сражений, когда разросшиеся племена сражались за место у морского берега, не желая уходить в глубь надводной земли. Особенно сильно эта вражда ощущалась на более суровом северном континенте, где возникли сразу два союза племен. Союз нескольких сильных, больших племен тех, кто жил у берега Матери-Моря и не желавших пускать к обетованной воде другие племена, и союз меньших, но более многочисленных племен вынужденных отступить от берега внутрь континента. Оба союза уже начали объединять силы своих воинов и охотников в преддверии большой битвы за контроль над приморьем. Но за несколько дней до того как один союз собрался атаковать лагеря другого, на совет их вождей явилась молодая девушка. Юная Нерида назвалась странствующей шаманкой, Азара Следующей за Волной. Никогда не слышали Вожди и присутствующие среди них шаманы-лидеры племен о странствующих шаманах, но с осторожностью приняли ее, ведь могла она оказаться шпионкой их врагов. И хотя никто не говорил при ней о важных делах, но та первая заговорила с главами союза о том что они собирались совершить, словно знала о каждой из их мыслей. И сказала молодая шаманка, что глупость они собираются совершить, зря пролить кровь их Народа друг с другом за большую воду, а не большую землю. Ведь и на большой земле можно найти достаточно воды для племени и если с берега не видно другого водного берега, это не значит, что его нет вовсе. Воспротивились ее мнению все другие шаманы, что связали свою жизнь с родной Неридам стихией и водные охотники, что желали пуще других вернуться к привычному промыслу и не боящихся пролить кровь иных племен. Злостью налились их глаза и разорвали бы они пришлую чудачку, коли бы не их собратья следующие другим путем. Высмеяли они тогда Азару за ее недалекий молодой ум, обозвали многими грязными словами, недостойные ни охотника, ни шамана. Не оставляла их без ответа и Азара, тем не менее не сквернословя и держась в рамках приличия, как и подобает гостье. Несколько особо гордых шаманов даже обещали подловить странницу на тропе и посмотреть будет ли она столь же остра на язык не будучи защищенной статусом гостя. На что предостерегла она тех: "Все зло задуманное вами, вернется к вам обратно не непременно, подобно волне возвращающейся на берег", - и покинула собрание. Спорили дальше в тот день вожди да шаманы как поступить им в итоге, но так и не пришли ни к чему. А на следующий день многих из этих шаманов и охотников нашли захлебнувшимися собственным питьем. Расспросив их, трясущихся от страха, выживших охотников, узнал союз, что отправили их погибшие за Азарой, но не нашли те никаких следов странствующей шаманки. Пропала словно бесплотный дух. И в тот же день этот союз племен двинул дальше в глубь котинента на север.
***
Обживая сушу встретили Нериды и других созданий ведомых не только лишь инстинктом, но и разумом. Маленькие синие создания, осторожно прячущиеся и опасливо следвшие за охотниками Нерид из травы, напоминавшие им Мурлоков - подводных вороватых обезьянок. А за то что их встречали в куда более сухих степных землях их прозвали Сушликами. Они не нападали, но и не вступали в контакт со своими соседями из-за чего вызвали неподдельный интерес молодых Неридов. Скоро среди молодежи стала популярна веселая игра, поймай или Найди Сушлика. Даже если его в траве нет. Конечно детей и молодых охотников просто так с неизвестным племенем играть никто не отпускал, за ними всегда наблюдал как минимум один охотник.
Другими соседями Нерид на южном континенте оказался еще один низкорослый народец, но отличавшиеся белыми, словно морской песок волосами и чуть боллее разового цвета кожей, хотя ее сложно было разглядеть за мехом и такими же волосами на лице ,что казалось жителям моря очень необычным. В отличии от прочих этот народ сам пошел на контакт с одним из племен Нерид, спустившись с гор на равнины. Дивных гостей радостно приняли в поселении разделив, как и положено, еду и кров. Если в первый день их встречи вождь-шаман Хауфюд угостил их тем что уже добыли охотники для всего племени - т.е. рыбой, то на следующий велел собирателям найти самые вкусные фрукты и ягоды, а морским охотникам добыть большого краба и сам стал к костру для приготовления пищи. Все же как шаман Всесияющего Отца он не мог оставить гостя разделяющего веру в великого духа гуляющего по небу без угощения. Он сам перетер спелые ягоды сладккой лозы (винограда) с мякотью других фруктов залив получившуюся смесь в твердую оболочку кокоса; сварил и завернул сырое, съедобное мсяо рыбы в рис, твердые косточки растения без мякоти, которые становились мягкими после варки в воде; и конечно мастерски, как и положено шаману малого пламени Отца, прожарил мясо краба, создания которого гости в своих каменных пещерах наверняка не видели. Обменявшись подарками, диковинками и сказками о жизни друг-друга соседи с взаимным удовольствием расстались.
С еще одним народом гномов Нериды почти не взимодействовали. Их соседи сидели в своих домах на вершинах высоких холмов, куда морской нород не горел большим желанием лезть. И не только из-за непривычной высоты, но и из-за неуютных взглядов покрытых темной шерстью гномов.
|
|
8 |
|
|
|
|
Лети Крылатый, лети,
Лети туда, откуда дует ветер,
Лети вверх и вперёд,
Пока не достигнешь Солнца.
Лети и отколи от него маленький кусочек
Совсем маленький-маленький,
Чтобы можно было зажать в кулаке,
Зажать в кулаке и принести домой
А дома расскзаать, что
Ты летел туда откуда дует ветер,
Летел вверх и вперёд,
Пока не достиг Солнца.
Летел и отколол от него маленький кусочек
Совсем маленький-маленький,
Зажал его в кулаке,
Зажал в кулаке и принёс домой,
Чтобы рассказать,
Что если лететь,
Лететь туда, откуда дует ветер,
Лететь вверх и вперёд...
...
и так далее
(с)Весёлая песня для долгой дороги, исполняется в полёте, автор неизвестен.
——————
Уру-Нгах допел свой куплет и, под пение следовавшего за ним Ау-Тай сделал несколько мощных взмахов, набрав потерянную высоту. Невеликий груз — только оторвавшийся от матери ягнёнок, а лететь с ним тяжело. Ничего, ещё два повтора по кругу и они сядут, привяжут скот, отдохнут, поохотятся, поедят, переночуют на вершинах деревьев, благо таких маленьких ягнят поднять от хищников невелика забота, и завтра снова полетят. Десять Небесных, восемь маленьких овечек и два барашка. Они найдут себе свободное место, и, пусть первые пара лет будут тяжёлыми, с ежедневной опасной охотой, с тяжёлой постройкой гнёзд, подрастут овцы, дадут на новых сытных пастбищах потомство, и будет у него свой дом, дом без унылого тупого старичья, где можно будет самому спокойно стать тупым унылым стариком. Жаль, конечно, брат с ними не полетел, ленивый дурак, ну да без груза можно будет иногда навещать да насмехаться над этим ублюдком. А то без него уже скучно.
—————
Иу-Нгах, обхватив руками и ногами верхушку дерева, следил за стадом. Не жрут. Хотят жрать, топчуться по краям поляны, а на серёдку, где заместо сожранной в том году мягкой и вкусной травы выросла жёсткая — даже не идут.
Надо что-то с ней делать. А то пастбищ всё меньше и меньше с каждым годом. Вот брат улетел со всей компанией, а старики и слова не сказали. Даже когда десяток лучших ягнят забирали. Всё равно жрать овцам нечего здесь.
Что же с ней делать? Если подумать, то овцы сожрали мягкую, вот жёсткая и расплодилась. А если взять, да повыдергать всю-всю жёсткую, может она не будет больше расти и всё вернётся на круги своя? Отцепившись и спланировав н землю Иу-Нгах обхватил украшенный синими цветочками стебель и дёрнул. Крепкая зараза, сразу и не выдерешь. Хоть ножом срезай. Иу-Нгах разбежался и тяжело забив руками вернуля на дерево, достал из заначки нож. Попробовал резать. Попробовал рубить.
Недолго помахав ножом Иу-Нгах быстро понял, что с этим ножом он ничего не сделает, нужен длиннее, много длиннее. И один он много с ней не навоюет, надо всех звать. А они разве полетят? Скажут что не упёрлось им всё это.
Глубоко задумавшись, как бы всех согнать на срезание травы Иу-Нгах машинально плёл косичку из срубленных им стеблей. Косичка вышла заглядение. Прочная, мягкая. Попробовал порвать — вобще без шансов. Сейчас Иу-Нгах пойдёт и будет всем её показывать, никому не давать и говорить, что пойди да сам нарежь травы, сплети и будет тебе счастье. Прямо здесь, даром. И никуда лететь, как этот дурак неумный с овцой наперевес не надо.
————
Два брата — два пути. Чьи стремления дадут результаты, кто сломается и сдастся?
|
|
9 |
|