Аня Политовская
Автор:
NyarurinРаса: Человек, Класс: Бард
Сила: ужасно
[-30]Ловкость: ужасно
[-30]Выносливость: ужасно
[-30]Интеллект: ужасно
[-30]Мудрость: ужасно
[-30]Обаяние: ужасно
[-30]Принципиальный добрый
Навыки:Нет описания.
Внешность:Девочка 13-ти лет. Худощавая, на теле можно найти следы побоев разной степени свежести.
Картинка:
Характер:Нет описания.
История:Короткая версия: Аня была нежеланным ребенком в неблагоприятной семье. Она подвергалась насилию дома, а позже и гонениям в школе. Однажды она решилась совершить самоубийство, но в процессе подготовки к нему осознала и то, что она слишком боится умереть, что бы сделать это, и то, что попытка самоубийства никак не поможет ей вызвать к себе какую-либо любовь или сострадание у родителей. Отчаявшись, она бежит из дома на рассвете. Но побыв на воле всего день, ночью она подвергается нападению похитителей, которые ловят ее и продают в рабство покупателю по ту сторону портала.
Версия "Полотно":
Ее не должно было быть. Продукт случайной беременности, лишний человек... биомусор…
Родители Ани были потомственные русские. Мать – Оля, бухгалтер в мелкой конторе в Минске, а отец – Сергей, сержант, служащий на военной базе РФ расположенной рядом с белорусским городом Вилейка. Это не была первая беременность для Оли, она до этого уже поводилась с парой других хахалей, одному из которых "впарила" рожденного от него (от него ли?) предыдущего ребенка. Сергей тоже не был в восторге от новости, что та тетка, с которой он переспал пару раз, пока был в Минске, залетела от него. Не стоило полагаться на таблетки, ох не стоило…
Сперва Оля пыталась так же "впарить" этого ребенка Сергею, но тот был категорически против, да и служба не позволяла бы следить за ребенком. Тогда она решила, что коль уж так, то она постарается раскрутить этого мужлана на супружеские обязательства, и стала настаивать на женитьбе. И послал бы он эту корову куда подальше, да вот старики бы его за такое потом еще пилили бы до гроба, да и перед боженькой то как-то неудобно. Так что заключили они брак, отгуляли кое-как свадьбу и стали столь типичной истеричной семейкой, как и многие миллионы других…
Первые лет 6-7, за Аней еще как-то ухаживала мать, так как та была ее грантом того, что Оля может висеть на шее у своего мужа-военного, который почти все свое время проводит в Вилейке на службе. Да вот только Сергей, от постоянного стресса в виде расходов на эту проклятую женушку, которая там, в Минске, небойсь продолжает по мужикам скакать без него, стал очень уверенно спиваться. И когда Ане было 7 годиков, случилась весьма серьезная перемена, которая поменяла серость ее бытия на непроглядную тьму. Сергея тронули с армии за многочисленные факты алкоголизма на служебном месте. Как результат - он переехал в Минск к женушке, которая узнав, что ее муженек потерял работу и звание, в конец остервенела.
Для маленькой Ани наступил сущий и непроглядный ад. Супруги истерили и ругались ежедневно, часто доходя до рукоприкладства. Если раньше девочка ценилась матерью как рычаг социально давления на своего кормильца, то теперь кормилец стал бесполезным и нищим. Следовательно – девочка потеряла всю свою ценность для матери, и теперь представлялась не более чем противным омерзительным куском мяса, которое еще нужно кормить и лечить, а не то еще сдохнет со всеми вытекающими социальными проблемами.
Сергей вскоре стал работать слесарем, но его зарплата представляла лишь жалкое подобие его предыдущих жалований. И вместе с тем, как упали его доходы, повысилась его агрессия в отношении своей супруги и ребенка. Теперь побои жены стали систематичными и регулярными, только так он мог выпустить пар. А после того, как папаня сорвется на своей жене, та в свою очередь отрывалась на своем ребенке. Это когда девочке не влетало напрямую от отца.
Все это происходило на фоне поступления Ани в первый класс школы. Тот террор, который она испытывала дома, само собой отразился и на том, как она вела себя в школе. Не говоря уже о неловких вопросах касательно следов побоев на ее теле. Она была одиночкой, зашуганной и погруженной в себя. Очень быстро она стала отбитой от коллектива, а в чуть старших классах - изгоем, предметом насмешек и издевательств.
Единственной отдушиной для Ани был интервал между ее возвратом со школы и приходом родителей домой. В эти моменты она могла сесть за мамин ноутбук и посмотреть какое-то доброе аниме про любовь и про школу не пропитанную злобой, или послушать других людей на ютубе, которые не кричали на нее, не насмехались над ней, а вместо этого рассказывали разные интересные вещи. Лишь эта отдушина спасала ее психику, давала короткую передышку и… надежду. Но, не смотря на это, Аня не редко задумывалась о суициде. Обычно – после очередного кризиса, когда от воплей родителей казалось, что мир вот-вот рухнет и что спасения ждать не стоит.
Однажды, после особо ярой брани, в ходе которой Оля бросала тарелками в Сергея, а тот схватил нож и угрожал прикончить ее с ребенком прямо тут и сейчас, отчаяние переполнило Аню и хлынуло через край. Она твердо решила, что убьет себя этой ночью. Она зашла так далеко, что дабы обрубить все мосты и не дать себе струсить, девочка сотворила неслыханное: она взяла мамин ноутбук, тот самый, который был ее единственным лучиком света и источником радости, и выкинула его в окно, пока все спали. После чего она залезла в ванную, заполнила ее водой, взяла отцовскую бритву… поднесла ее к своему запястью… И… и…
Глухо и беззвучно, слезы стекали по ее лицу. Она… она должна была это сделать. Пути назад нет. Нет больше никаких "потом" или "может быть". Она знает… верит… что смерть – это не зло. Это как сон без сновидений, только от которого никогда не просыпаешься. Смерть нейтральна по своей природе. Она просто возвращает тебя в "ничто" в котором ты пребывал до рождения. После смерти нет ни боли, ни страданий. Все эти ощущения – они свойственны исключительно жизни. Так чего ж тут боятся? Просто закончи это тут и сейчас, пока они не проснулись. Но… Но она не учла, что люди – такие же животные, а животные подчиняются инстинктам. И инстинкт не позволит ей так просто принять очевидное логически верное решение. Она – не машина. Она не может так просто убить себя. Порезать себя - это страшно… Так страшно… Страшней даже разъяренной матери из будущего, которая узнала что Аня выкинула ее ноутбук.
Кроме того… Никто, кто действительно хочет покончить с собой, не режет себе вены. Вены режут из отчаянного желания вызвать к себе внимание, заботу, любовь…. И… Сидя в холодной ванной Аня осознала… Ее не спасут. Даже если она перережет вены, и родители обнаружат ее в состоянии, когда ее еще можно будет спасти… Ее не спасут. Пф… Да чего уж там, она исполнит их тайное желание. Если она сама совершит суицид, то никто не станет винить в ее смерти родителей. Их будут жалеть! Про них снимут слезный сценарий на ТВ, где во всем обвинят каких-то покемонов, и все будут думать, что они трагично лишились своей дорогой дочери! Они будут чисты перед общественностью. Конечно же ее не спасут. Нет. Ей ДАДУТ умереть. Даже особой фантазии не потребовалось, что бы после этого осознания, представить Олю и Сергея с победоносным взглядом наблюдающих за тем, как тело их дочери оставляют последние капли жизни. Ведь после ее смерти они вновь станут свободными друг от друга. Они смогут разорвать этот чертов брак.
Аня отложила бритву… Ее взгляд был пуст, а голова налита свинцом. Это было слишком даже для нее. Она хотела забыться, ни о чем не хотелось думать. Но Аня понимала, что не может себе этого позволить. В конце концов – она сама сожгла мосты до этого. Батя ей утром голову проломит за ноутбук и срать ему будет на общественное мнение уже… И так как смелости для того, что бы умереть, у нее на нашлось, оставался план Б, о котором она все же невольно думала все это время – побег из дома. Другого пути не было. Нужно было бежать, при том - сейчас же, пока еще все спали.
Голова не соображала, она двигалась сама толком не разбирая того, что делает. Собрала рюкзак с какой-то едой из холодильника, запихнула туда какие-то шмотки, вытащила деньги из карманов родителей… Более брать было нечего и думать некогда – первые лучи рассвета уже пробивались через окно. Обувшись, она вышла из квартиры, на стены которой ей даже не хотелось бросать прощального взгляда. Она не знала чего ждать от будущего, но за прошлым скучать ей вряд ли придется.
Целый день она скиталась по тем районам города, в которых никогда до этого не была, и где ее не станут искать. Она думала о содеянном, о последствиях, о том, что делать дальше… Последнее особенно ее беспокоило, так как ей негде было даже переночевать. Не найдя решения она продолжила свои бесцельные скитания аж до глубокой ночи. И вот когда она уже начала всерьез рассматривать вариант ночлега на газоне под звездами, едущий мимо нее по одинокой дороге микроавтобус внезапно притормозил… Но она, сонная и уставшая, не заметила этого. Вернее… Не заметила это вовремя. Когда же она подняла взгляд в сторону остановившейся машины, темная фигура мужчины уже была в метре перед ней. Резкий и внезапный, как гром, удар под дых заставил ее в спазме согнуться пополам, отчаянно но безрезультатно пытаясь сделать вдох, словно рыба выброшенная на берег моря. Похититель подобрал ее на руки и понес к микроавтобусу. Раздался лязг закрывающейся двери и ее взор утонул в темноте. Понемногу она начинала дышать снова. Но даже небольшого вдоха хватило, что бы почувствовать мощный влажный запах пота, схожего с тем, как когда ее одноклассницы заталкивали ее в тесную раздевалку мальчиков во время переодевания на физкультуре. А спустя еще несколько секунд чьи-то массивные руки прижали к ее рту влажную тряпку. Аромат мужской раздевалки сменился на мощный запах медпункта… и через несколько мгновений она провалилась в сон.