Games of Gods: Against Сhaos! | ходы игроков | Ход 1. Высадка

Эпоха I. Смутное время. Ход 1 Высадка

1.ТАНГО С КАТАСТРОФОЙ

Рой (Араксис)

Риамэра (Сиррион)

В тему:
ссылка

2.ОПЛОТ СВОБОДЫ И СПРАВЕДЛИВОСТИ

Длань Природы (Каэрт)

Вазостан (Арн)

Анклав Вечных (Ли`о`Синг)

В тему:
ссылка

3.ПРИЧИНЯЮЩИЕ ДОБРО

Царство рыцарей (Константин)

Оргул (Эратрон)

В тему:
ссылка

4.НА ТЕРРИТОРИИ ВРАГА

Селестия (Лотар)

Гресенхау (Лев)

Аватар Иссенглир

Аватар Йалинокс

Аватар Старый Бродяга

В тему:
ссылка

5.БОРЬБА ЗА КОЛОНИИ

Эрцхейм (Тор)

Тёмноземелье (Нэрос)

Кзардом Даэрит (Наруд)

В тему:
ссылка

6.ЗНАКОМЬТЕСЬ, ПРОСТО СМЕРТЬ!

Орды мёртвых (ilisan)

"О Боги, что вы творите?" Большой

Как только порталы были открыты и народы богов вторжения хлынули на планету, хранитель мироздания сотворил чудо. Лучистый и яркий свет охватил всю планету. На не освящённом солнцем полушарии ночь стала днём. Над Юной всходила заря нового мирового порядка. В ответ из воронки хаоса по хранителю ударил столб тёмной материи. Удар был страшен и по силе его хватило чтобы зажечь несколько солнц.

Вокруг хранителя вспыхнул защитный кокон но столб материи хаоса не думал иссякать. Щит хранителя мироздания начал тревожно мерцать...

А в это время аватар бога Смерти Тузед Келль, стояла на поднявшимся в воздух и двигающимся в сторону воронки хаоса кристалле. Она знала, что ей предстоит погибнуть но страха не было ибо так приказал ей ее бог. Воительница знала, что от неё зависит судьба всего живого и мёртво на планете, она не дрогнет! Странно но перед неизбежным концом её мысли были заняты лордом вампиром Иссенглиром.

Прибывая в глубоких раздумьях Кель не заметила как на кристалле появилась Мать Моаха, гигантская сколопендра была аватаром бога Араксиса. Затаившись она медленно подползала к не в меру внимательной жертве. С её острых жвал начала капать ядовитая слюна в предвкушении сытного обеда. Бросок, Кель оказывается в объятьях её 46 ножек! Яд впрыскивается в тело, он лишает воли и обездвиживает жертву, но на нежить яд не действует! В ответ, пришедшая в себя после неожиданной атаки, Кель начинает отрывать одну из ног Моахи. Отрывает её и мгновенно отросшими острыми когтями царапает панцирь, чтобы добраться до мягкого естества сколопендры! Драка двух аватаров была в самом разгаре, когда кристалл достиг воронки и полетел в самый центр глаза ужаса!

Миг и поток тёмной материи хаоса попадает в кристалл, окрашивая его в тёмно-багровые тона, после чего артефакт скрывается в глубине воронки. Гиганткий взрыв иной материи сотрясает глаз ужаса но и Юна страдает от страшного удара! Титанические силы в воронке врываются наружу. Образовавшееся пламя горячее солнечной плазмы и способно разорвать планету на части. Не выдерживает и разламывается материковая плита континента Тантум! Гигантская трещина делит его на две части. Лава в её центре бушует смешиваясь с водами океана и убивает всё живое. Адский пламень, вышедший из ока хаоса, готов пожрать планету целиком но в этот момент воронка закрывается, со страшной силой втягивая огонь в себя. От удара ось планеты смешается на 15 градусов и в северных широтах начинается вечная зима.

Так закончился первый век пребывания новых богов на Юне.
В тему:
ссылка

Карта на конец первого хода:

Наблюдая за дракой аватаров Арн пропустил то как его маяк душ так и не заработал(не было павших воинов, не было достойных эйнхериев).

И не удивительно ведь зрелище действительно потрясало масштабами,Арн был прилежным учеником своего учителя, великого медведя и потому взирал на происходящее без страха.Ибо и в хаосе есть силы создающие,и в этом потоке первозданного хаоса искал он первозданные монады- разум что рождается хаосом и пустотой.
Найдя и воспитав такую монаду, можно получить инструмент что будет Юне опоой.Он будет нести 2 зерна -порядок и хаос, и оба зерна будут естественны для него.
Увы но созерцая пропустил Арн в свои пределы хаос и опечалился- не было у него сил противостоять всем, но были силы противостоять одному, и это был Лекс.

Запылали очистительны костры на алтарях, зазвучали слова Священных гимнов, Арна-рик-гаудад творил мессу и Священные матери возглавляли её.Многие века спустя Узы будут гордиться крепостью духа Нокон, но сейчас сейчас появились те -кого бояться а значит те- кто достоин управлять, и узы склонились перед ними.
Сладок был визг тех кто отступился от веры, пытаемых отступников не казнили но пытали жестоко не давая умереть.Тех кто ожидал пытки или же не раскаялся ждали лагеря где они ударным трудом искупали свою вину, строя здания неимущим судемоагам. Верующих Константина не трогали но ласково провожали в добрый путь на судемоажских лодках поближе к их кумиру(судемоажские лодки могут плыть на 2 гекса а не один при расселении). Верующих же Каэрта не стали пытать лишь проповедью убедились стойки ли они.

Устав смотреть на то как мучаются узы Просветлённые Арна вызвали тех кого посылали ранее- торговать в земли форайс, и объяснили как должны вести себя настоящие купцы уз. Затем завершив экзекуцию, направили они их вербовать в землях форайс наёмников. Ну и заодно купить эти диковинные штуки, "доспехи". Ведь ремесленники уз так их расхваливали и печалились что из материала у них только шкуры самих уз, вторили им судемоаги.
Многие тогда отправились в земли Форай ведь было это интересно, сколько вернулось с наёмниками история умалчивает. Но одно известно доспехи всё таки появились хоть и были сделаны из жёсткой шкуры уз и судемоагов умерших своей смертью.

Когда торговцы вернулись Арн лично приказал наиболее хитрым и велиречивым пойти и принести договор о дружбе к форай так говорил он"надобно нам не умных но верных в эти времена, и потому форай станут вашими друзьями , а бог Природы моим другом и братом".
Многое случилось в ту эпоху под дланью природы но одно мы знаем точно Таи вернулись домой.

Весело и хорошо было в длани природы, много вкусного и хорошего ,Конпеки даже начали жиреть и обрастать добром, напоминая уже не шпионов а зажиточных купцов, но пришли плохие вести -Стольный град едва держался .Совет Арна-рик-гаудад вместе с торговцами переслал презенты и повеление идти и добыть секрет наездников на драконах.
С болью в сердце оставляли нажитое добро и любовниц - идти предстояло на легке.
Долго ли коротко но пользуясь общими дорогами добрались Конпеки вместе с торговым караваном до Антлантиды. А там уговорами, подставами, запугиванием, всеми своими заёмными средствами- попытались вызнать секрет езды на драконах. Не все вернулись живыми но Главное случилось лёгкие узы были пушинкой для драконов, как никто другой заботились они о малышах. И вот в один из дней -первый из уз поднялся в небо на драконе (правда не понятно в виде груза, наездника, товарища или обеда).

Ко времени изготовлены были комплекты луков и стрел для войнов судемоагов на целых 3 армии, но хватит ли мужества Моагам противостоять древнему врагу.

Деоро, некогда прекрасный прибрежный город, окруженный фермерскими полями.
Именно сюда дороги привели бродягу, довольного пробой сил, стершей с лица мира смертных предателей.
Деоро - это большой город. Много построек, много жителей, много возможностей зайти и затеряться на его улицах, даже такому существу, как бродяга.
Всего лишь немытый, смрадный попрошайка, которого даже трогать противно - удобная личина. Тобой побрезгуют стражники, горожане будут обходить десятой дорогой, зажимая носы, пока ты ковыляешь по улице, безумно и зло бормоча.
Никто не подойдет к тебе, пока ты коротаешь ночь в дальнем тупичке, верно?
Верно, да, но лишь отчасти, если ты - повелитель чумы. К тебе придут, но не люди.
Десятки, сотни, может быть и тысячи крохотных коготков заскребут по камням мостовых, чуткий слух аватара уловит тихое попискивание.
В Деоро начнут находить обглоданные до костей тела местных бездомных, запасы зерна начнут стремительно портиться. Вскоре, жители начнут жаловаться на нашествие крыс.
Но это самое безобидное, что может произойти с городом, пока в нем находится бродяга.

Очередной темной, звездной ночью, старик в дальнем тупичке закачался и хрипло забормотал. Из подвалов, кладовых, помойных ям полчища грызунов ринулись на этот зов, словно мотыльки на огонь, бездумно и не таясь.
Фигуру в рванине накрывает настоящим цунами из пушистых тушек, жадные, маленькие клыки вгрызаются в плоть бродяги, но аватар хвори лишь хрипло посмеивался да подбадривал шерстяных вредителей.
Жуткое зрелище того, как целое море крыс бурлит и бушует вскоре кончается, и бродяга уходит из Деоро целым и невредимым.
Оставляя за собой лишь тысячи и тысячи зараженных и агрессивных сверх меры крыс. Теперь они активны и средь бела дня, не убегают, если пытаться их спугнуть. Грызуны бросаются на примаверов без страха перед двуногими, и каждый укус несет в себе десятки и сотни недугов из тела Бродяги.
То, на что аватар потратил бы слишком много времени в одиночку, полчища крыс сделают гораздо, гораздо быстрее.

Оставив Деоро новым, пушистым и больным всем на свете, хозяевам, бродяга ушел совсем недалеко. Равнины близ города были населены менее плотно, а потому старцу приходилось много работать.
Посещая села примаверов, аватар задерживался там совсем ненадолго, чтобы "ненароком" разбить склянку со смрадной жидкостью, или же "случайно" рассыпать один из своих цветных порошков. Бывало даже, что слишком увлекшиеся пиршеством грызуны выбирались из одеяний старика далеко за приделами города, посреди глухих сел. И тогда серая орда быстро плодилась и никакие порошки и склянки уже были не нужны - грызуны делали всю работу за аватара.

...

Начавшийся с подачи Старого Бродяги мор на севере быстро привлек внимание бога смерти. Потенциал смертоносной чумы был хорошо ему знаком, пробуждая множество воспоминаний. Память о предательстве, о падении, о начале войны, что поглотила весь его родной мир, но кто отбрасывает хорошо послужившее оружие лишь потому, что с ним связаны неприятные воспоминания? В момент, когда решение было принято, мрачная тень опустилась на Деоро и смертоносный мор созданный Бродягой изменился в нечто куда более страшное... Чума, со скоростью лесного пожара распространялась по землям примаверии - всего несколько дней потребовалось на то, что-бы смерть, на чёрных вороньих крыльях пришла в каждый из городов могучего государства.

Запах дыма, каменной пыли и горелого мяса неприятно щекотал ноздри Горна, когда он шел по руинам, первого города трем'оров на этой земле. Захватчики не успокоились, вырезав население - после устроенной бойни они стаскивали тела в кучи и сжигали. Храм, библиотека и многие иные здания были сожжены, варварски разрушены или просто снесены магией. Особенно было жаль библиотеку и храм - даже больше, чем население разрушенного города. Что убитые? Каждый из трем'оров уже получал однажды приглашение от Трема и тот милостиво позволил им вернуться назад. Вот и сейчас, стоило аватару бога смерти лишь позвать и из руин уже спешат поднятые благословением несмерти жители города... Пройдёт не мало времени, пока проснуться все и ещё больше, пока жителям удастся отстроить город, но даже сейчас было очевидно - ничто, даже сама смерть, не сможет остановить трем'оров от захвата этих земель.

Она появилась, казалось, из ниоткуда, прямо на поле прошедшей битвы, где Азис восстанавливал отданные сражению силы. Голос его бога заставил Короля мёртвых сделать шаг и поднять сверкающую божественной силой чашу, после чего опрокинуть её содержимое в себя... МОГУЩЕСТВО!!! Сила, чистая мощь прокатилась по немёртвому телу, заставив биться давно остановившееся сердце и вспыхнуть глаза аватара ярчайшим огнём. Когда аватар бога смерти пришел в себя от охватившего его чувства всемогущества, чаша уже пропала. Одним прыжком взлетев в седло коня, что подвёл ему один из рыцарей смерти, Азис выхватил из ножен свой рунный клинок и указал им на запад. Туда, где за линией горизонта скрывался первый из городов, что он намеревался захватить. Не было клича, не было команд или барабанного боя, но тишина, до ныне царившая над полем вздрогнула и разлетелась на клочки от ритмичного грохота - армия мертвецов неумолимой волной начала движение к своей цели...

Свет заколебался от воли, грозящей затушить его, но устоял.

В этот век к аззимарам пришел еще один аватар Лотара, и имя ему было Аедиф. Золотая маска и рубиновыми вставками. Носитель его получал упорядоченный разум Лотара, мог держать в голове огромное количество информации, получал доступ к знаниям того, кто носил Аедиф раньше. Аедиф возносил на себя визирт Селестии и не было равных в мудрости его. Аедиф был призван Лотаром, чтобы отстроить на месте очищенного мира Его царство. На сначала нужно было сжечь старое.

А мир вокруг селестии пустел. Пустел не ратными подвигами детей Лотара, но грязным колдовством и мором. Пока мор касался только измененных примаверов, но Лотар знал - этого джина крайне сложно загнать обратно в бутылку. А мор не разбирает кто хороший, кто плохой, кто праведен, кто грешен. Мор жрет всех, включая его создателя. И беспокоился бог за будущее его детей. И собрал он их всех вместе и простер на ними свою длань. И сказал: "не одна болезнь отныне не коснется вас. И ваша кровь - тому порука". С тех пор у Аазимар кровь цвета летнего неба.

И получив этот дар смело занялись Аазимары расселением в земли мора. Они находили искореженные тела и хоронили их с грустью ибо считали примаверов несчастной жертвой хаоса и смерти. Они рубили и жгли деревья, основывали фермы, приручили кабанов, научились выращивать весеннюю пшеницу. А когда пришло время воевать - брали в руки оружие и шли на войну. Ибо милосерднее добить прокаженного, чем видеть, как мучается живая душа под гнетом проклятой плоти.

Быстрые ноги?
Крепкие руки?
Удача воинская?
Хитроумием славился Вальдр.
Хитроумием общался он с карликами с гор.
Хитроумием не дал первым пустить карлам кровь.
Хитроумием не дал карлам обмануть первых.
И главное, что сохранил присущую ему скромность.

***
Горбатое животное оказалось воистину упрямой скотиной. Выносливой, стойкой, надежной. Но миролюбивой. Миролюбивой настолько, что любой первый счел бы это плевком в душу от своего скакуна.
Ох, сколько усилий пришлось приложить, чтобы заставить животное делать то, что от него требуется и научить его делать это правильно. Сколько пота, крови и времени отняло это, от начала и до того момента, когда горбатого зверя смогли запрячь и научили повиноваться простым командам.

И впервые на просторах этого мира, Шао-Хан смог наблюдать возрожденные боевые возки первых. Пусть зверь не так силен и свиреп, даже внешне несуразен, но зато вынослив и быстр. А драться первые могут и за себя и за зверя. Места в возке достаточно. А любой первый стоит многих чужих воинов. Единство копья, щита, лука и звериной силы, вот что означает боевой возок.

В этот раз они сокрушат врага не только по стенами города.

-За отца! За род! Мы покорим земли горячего песка!
- ШАО-ХАН!

...

Интересно, был ли в курсе сам Сокол, насколько он был близок к гибели? Следует полагать, что понял, нельзя полагаться на некомпетентность врага после того, как он смог, пусть и один раз, улизнуть от тебя. Поправка: на это не стоит полагаться никогда. Тем не менее, такой провал тоже был по-своему ценным: Йалинокс получил достаточное количество информации для пост-анализа операции. Плюс: основная часть собранной им магической структуры была эффективна против порождений Хаоса сравнимого класса. Тончайший импульс магии порядка должен был создать в эфирном теле противника энергетические колебания. Второй импульс, который последовал мгновением позже, попав в ту же точку, должен был разорвать цель в клочья разрушительной мощи резонансом. Тем не менее, от второй атаки хаосит ушёл.

Йалиноксу не удалось настигнуть своего врага, но он так же не слышал об операциях Сокола вскоре после покушения, что свидетельствовало в пользу того, что даже первый импульс сразу или со временем нанес ему значительные внутренние повреждения. Время сейчас было слишком ценно, чтобы просто скрываться, и, насколько Йалиноксу удалось разузнать, его противник был не из тех, кто мог убежать, спасая свою жизнь. Конструкт не мог не отметить достаточно значительное количество сходств между ним и аватаром Гвен. Это было использовано: попытаться прочитать ходы противника проще, если иметь представления о его образе мышления. Такой же профессионал, как и сам Йалинокс, обладал большими навыками, но меньшей непредсказуемостью. Работа не могла не наложить свой отпечаток.

Тонкий обруч "Короны Пустоты", который был извлечен для проверки контура на наличие возможных дефектов после первого использования, снова занял свое место, будучи утоплен в белую маску, которая совершенно не оказалось преградой: спустя несколько секунд лишь отделившаяся при этом небольшая струйка тумана говорила о наличии у Йалинокса этого устройства. Молот Лотара ещё раньше скрылся в дымчатом балахоне. Убийца был в первую очередь магом, а, вступая в бой с оружием, он предпочитал нечто более легкое или специализированное. А потому молот также лежал на своем месте, не показываясь на свет и обеспечивая дополнительный источник энергии и вычислительной мощности для заклинаний агента. Все функционировало нормально. Пора приступать к работе.

Йалинокс стал тенью, которая слушала разговоры примаверов, скрываясь за углом, в кустах, на дереве, в мутной воде.
Так он слышал, что говорит простой народ, что открыто широким массам.
Йалинокс стал зверем, который охотился в лесах, забирая жизни даже умелых охотников.
Так он изучал, как прячутся примаверы, как выслеживают добычу, как ставят ловушки и атакуют.
Йалинокс стал ветром, который кружил над домами и тренировочными площадками воинов и тихо слушал.
Так он оценивал, как бойцы примаверов защищаются и атакуют, какому боевому стилю и какому оружию их обучали.
Йалинокс стал смертью, которая приходила в дома стариков, забирая их из этого мира.
Так он ловил тех, чей разум мог поведать ему о прошлом, о знаниях мастеров и мыслителей, слишком тонких для юных голов.

Агент часто перемещался, плодя лишь некоторую неуверенность. Меняя цели и места, он маскировал свою подрывную деятельность под беспочвенные страхи и легенды, которым не находили подтверждения, и опасность которых исчезала сама собой. Конечно, он собирал материал для возможных масштабных диверсий, но основная задача была другой: с каждым днем, каждым часом убийца аккуратно подбирался своим врагам, изучал их, готовился нанести удар.

Феон, небесный охотник, оседлавший птицу. Бессмертный воин по прозвищу "Сварливый", которое он, судя по всему, вполне заслуживал: за аватром тянулся след скандалов и потасовок, что скрыть было довольно проблематично. Чудо-богатырь сражался умело, но, судя по всему, Йалиноксу все же значительно уступал. Стоит ли выбрать целью его, полководца, который вел армии на Селестию?
Гвендальф, мудрец, старый и наиболее известный учёный Примаверии, за свою долгую жизнь принесший стране множество открытий. Сам по себе - не боец, однако не шатается в небезопасных местах, всегда на виду и хорошо охраняется. К тому же он всё ещё обладает божественной энергией, а потому разрушить его оболочку будет не так-то просто. Кроме того, даже если это удастся, Гвендальф, вероятно, сможет переродиться. Стоит ли начать борьбу с целью обезглавить науку врага?
Нирайа, существо, созданное Гвен на заре времён, женщина-дерево, ныне оскверненная хаосом. Значимый символ, могучая сущность без реальной боевой подготовки, но с крепким телом и могучими способностями. Стоит ли атаковать её, уничтожив древнейшую наставницу и любимицу примаверов?
Сокол, уже знакомый, о котором выяснились новые подробности. Ещё во время своего сотворения он был ожившей тьмой и злобой, имевшей лишь одну цель. Структура, оптимизированная для скрытности, дуэлей и других задач убийцы божественного уровня, который не умел и не хотел делать ничего другого. Достойный соперник для настоящей битвы. Стоит ли именно сейчас начинать второй раунд их противостояния?

Будет время решить. В любом случае, для начала необходимо сделать ещё кое-что...

Захлопнулся портал хаоса, приведя в движение землю. Сами основания черных гор зашевелились, сдвигаясь с мест. Снежные шапки вздрогнули, сбрасывая льды. Воцарился среди заоблачных пиков чудовищный рокот истязаемой тверди, а когда эта какофония принялась спадать, горы вздрогнули снова. На сей раз это был рев, более слабый чем удар катаклизма, но живой, наполненный яростью. Он эхом отражался от каньонов, разлетаясь по всем сторонам света.

Вдруг, в небе воссияло второе солнце. Галараш, лидер золотых драконов, впервые после долгой спячки узрел свет, озарявший земли Юны. Сначала разум его был замутнен, запутан резким и бурным пробуждением. Задвигавшаяся земля едва не раздавила Галараша в его темнице, но она же и обрушила её стены. Свежий ледяной ветер помог придти в себя, и как только в мыслях его наступил порядок, он все вспомнил. Все что произошло до того, как его заживо погребло под Черными горами. Сначала Галараш был очень зол, но злость быстро переросла в удивление, а затем в беспокойство. Что-то неладное творилось с этим миром. Древний чувствовал это своей шкурой, вдыхал странные запахи, приходившие с севера и юга, видел как бушевала стихия под ним.

Галараш Солнцерожденный принялся облетать окрестности, становясь все беспокойнее. Он думал о своей родне, остальных драконах. Какова была их судьба? Выжили ли они? Древний принялся искать, подгоняемый страхом. Напрягшись, несколько раз он издал громогласные призывы на драконьем языке, усиленные магией кровной связи. Сколь сильна же была его радость, когда на эти призывы откликнулись. Вскоре Галараш вновь воссоединился с сородичами. Все они были его потомками. Далекими потомками. Ни одного из них древний дракон, к несчастью, не узнал.

Однако, у этих молодых драконов было что рассказать. С большой охотой поведали они ему о том, что произошло во время его спячки. О вторжении Хаоса и падении многих старых богов, о распространении скверны, и приходе богов новых, с новыми народам, о их войне за судьбу всей Юны. Внимательно слушал Галараш и осознал он всю серьезность ситуации. Снова он многое пропустил в своей спячке, и на сей раз, дела обстояли куда хуже.

Что же теперь делать? В первую очередь, остановить конец света а вместе с ним и драконов. Галараш направился в земли Антлантиды, вернее то что от них осталось. Он хотел связаться с богом, которому был обязан. Не очень приятные воспоминания для драконьего самолюбия, но он никогда ничего не забывал, в том числе своих долгов.
По пути Галараш, вместе со своей стаей, решил заглянуть на огонек в золотоносные земли оскверненных ротгаров. Надо было как-то продемонстрировать свое явление миру. (а тут гадость прямо на святом сидит) Солнцерожденный прибегнул к врожденной драконьей магии, чтобы сократить время своего путешествия.

Силы Хаоса на столько укоренились на Юне, что даже гордые ракшасы не смогли устоять перед мощью тварей хаоса, ворвавшихся в их дома, селения, их единственный город как только они были перемещены на юну. Не успев еще даже освоиться на новой земле, ракшасы чуть не были стерты с леца земли общими силами хаоса. Сиррион же, увидев такое ужасное уничтожение своего народа не смог удержаться и свершил чудо, которое могло бы, наверное быть расценено другими богами как позорное бегство. Но Сирриону было все равно. он ратовал за свой народ, который истинно веровал в него, поэтому, собрав во единую всю свою мощь, он перенес остатки города и жителей города, которые вызвались прийти на Юну в иное место, ибо им - ракшасам нужно было время для того что бы возродиться после сильнейшего удара Хасоса. ...

Кровавой бойне не было предела. Багровый туман застил глаза. Юный мир оказался сладостным даром, и Иссенглир вознамерился выпить его до дна.

Стройный домик прятался в подлеске, как урождённый природой зверь. Хозяин хорошо знал лес. Но Иссенглир чуял, и скрыться от него было невозможно. Семья примаверов-охотников пряталась внутри, подобно семейству мышей. Они не то, что не дышали, даже стук их сердец был едва слышен. Живые, даже тронутые порчей, трепетно желали жить.
Он бы мог извести их. Скоблить доски прямо за их спинами, хохотать безлунными ночами, проникать в их мысли. Приди Иссенглир в эти земли развлечения ради, так бы и сделал. Но он здесь с важной миссией. Он - вестник нового порядка. И как таковой, владыка вампиров покажет МОЩЬ!
Дверь была забаррикадирована, но её снесло как лист с дерева во время урагана. Истинный вампир остановился на миг. Рушить надежды было так приятно. Две стрелы вошли в грудь с глухим хлопком, третья - мимо. Недурно, оказывается даже малолетние черноволосые умеют стрелять. Шагнул туманом, навис над первым. Глава семейства, бывший солдат. По глазам видно. Думает, что дорого себя продаст. Глупец.
Вспорол кончиками когтей жилистое тельце, сейчас же руку в его плоть утопил. Чувствует сердца нежный трепет на ладони.
Женщина его отшатнулась. Красивая, как все примаверки, но в глазах пустота. Спасалась? Дитя спасти хотела? Или просто повиновалась голосу Хаоса, который не хотел терять солдата. Остановил, подтащил за косы как безвольную куклу. Иссушил до капли. Горчит кровь хаосом, дразнит. Оборвал агонию мужчины, жизненный сосуд вырвал из него. Выжал кровь из сердца в бездонное чрево.
Дитя осталось. Девочка маленькая, зим десять-двенадцать. Дрожит. Единственная, кто боится Хозяина Ночи, как полагается!

Ещё два тела украсили дорожные столбы перед рассветом, выпотрошенные, обескровленные. Старые ли, малые, богатые или безвестные, воины и рыбаки - любой мог стать жертвой неуловимого ужаса в те годы. Десятилетия. Целый век кошмара! Армия преследовала Иссенглира, но тщетно. Сама осквернённая природа волею падшей богини пыталась наказать разбойника, промышляющего террором. Безрезультатно. Высший вампир выскальзывал, как туман сквозь пальцы. Апогеем его бесчинств стало истребление верховной династии до седьмого колена и похищение бесценной Розы Вечности.
Да, два тела сегодня прибавилось к армии мертвецов, что беспокойно ждала прихода Владыки, который поведёт их. А что же третья душа, крохотное хрупкое тельце? Иссенглир был верным слугой. Настолько, насколько может быть верным могущественное и ненасытное олицетворение зла. Девочку он лишь пригубил, не выпил до конца. Это было сложно, гораздо тяжелее, чем может себе представить не вампир. Невинность - это нектар богов. Иссенглир охотнее дал бы сварить себя в святой воде, чем отказался бы от такой крови. Но он сдержался. Не случайно. Как главный в своём племени он знал - только такая чистая душа способна перенести и обуздать жажду. Наделённое силой вампира обычное существо наверняка сойдёт с ума. Его душа будет пожрана сама собой и останется лишь пустая оболочка – порождение вампира. Действительно же непорочная душа, не запятнанная ни одним из грехов, может выстоять. Тогда миру явится дракулина - существо, которое действительно заслуживает права называться вампиром. А дальше - как знать. Возможно и истинным вампиром...

***

Мир дал трещину. Мир изменился. Иссенглир хотел наблюдать Конец воочию, но не решился. Вполне возможно его немёртвые глаза ослепли бы от подобного зрелища.
Стоны планеты утихли не скоро, но когда утихли, Хаос показал чего стоит. И дело даже не в том, что зимы стали суровее, снега обильнее, а примаверские женщины стали прятать свои формы, под несколькими слоями тёплой одежды (в чём Иссенглир усматривал серьёзный удар по рождаемости в Примаверии, а значит и по его рациону). По землям лесного народа расползалась скверна. Учуять её было непросто, а противостоять её влиянию - невозможно. Серьёзно опасаясь за свой рассудок и свою драгоценную жизнь, владыка вампиров перебрался в относительно безопасные юго-западные земли, ближе к некрополису треморов. Город мёртвых пребывал в упадке. Все-таки темноволосые были искусными воинами. После победы им хватило ума сравнять с землёй всё, что выглядело хоть сколь-нибудь похожим на мавзолей, обелиск или разрытое захоронение, сжечь все книги и свитки, смыть все письмена с природных стен ущелий. Но нежить было не так просто искоренить. Пообщавшись с несколькими выжившими некромантами, хранителями бесценного знания самого Трема, Иссенглир приступил. На погостах и древних кладбищах проводил он некротические ритуалы, расчерчивал магические письмена на могилах, вырезал руны на стволах вековых деревьев и замшелых булыжниках. Крыланом ночным парил, выискивал безлюдные захоронения, не желая привлечь лишнего внимания к вновь рождённым детям бога смерти. Не все немёртвые были столь же великолепны как род Иссенглира, далеко не все. Необходимо было дать треморам время на осознание своей роли в мире. Ведь именно на их костлявые плечи ложилось бремя противостояния Хаосу. Иссенглир явился суда пировать, а не воевать!

***

Утомлённый делами праведными (вампир долго чаровал, дабы выманить стаю кажанов-кровопийц из подземья и направить их денно и нощно терзать гарнизоны Флорена), попутно притупив голод парочкой резвых девчонок, Иссенглир возлежал на берегу лесного озера, которое вниз по течению впадало в реку, именуемую примаверами Лугнум. Устроился лорд вампиров в саркофаге из черного блестящего магматического камня с рубиновой инкрустацией. Нет, многотонная глыба здесь не лежала, Иссенглир принёс её с собой. Нашёл в одной пещере, глубоко в недрах Опорного хребта. В запечатанном могильнике было множество саркофагов с мумиями неких приземистых существ. Но этот гроб выделялся. Творение рук безымянных мастеров приглянулось вампиру, и он его забрал.
Глядя на яркий диск луны, немёртвый размышлял. Он не мог отказаться от желания вновь углубиться в податливые недра Примаверии, в её кипящие жизнью города. По правде говоря, Иссенглир хотел серьёзного сражения, боя с противником, наделённым божественной искрой. Он жаждал отнять эту божественную суть, поглотить её, стать ещё сильнее. Первый опыт подхлестнул его аппетиты. Но была проблема. Даже две. Во-первых, - скверна. Внутреннее чутье подсказывало, что погрязнув в ней, он станет рабом Хаоса и утратит самосознание. Трагическая участь. Во-вторых, Иссенглир помнил о Деве из Древа, которая запросто сносила каменные стены двухметровой ширины и могла прихлопнуть вампира как комара. И наверняка она не единственная в своём роде. Немертвый не питал иллюзий - сражение с подобным сверхсуществом могло закончиться для него полной, окончательной и бесповоротной смертью. Иссенглир боялся смерти.
Терзаемый сомнениями, вампир извлёк под свет луны великолепное творение Гвен. Истинного вампира завораживала Роза, он потратил несколько лет, чтобы изучить все её секреты. Вещь, которая могла обмануть смерть! Пусть вампир и не боялся смерти в таком ключе, от старости, Роза все равно внушала уважение. Чистый дар, без платы. Иссенглир мечтал, чтоб его сила досталась ему так же легко. И тут хозяина кровопийц, погружённого в свои мысли и воспоминания, наполнило вдохновение. Да, он не мог побороть скверну. Да, он был не так силён, как рождённые и взлелеянные богами Юны аватары. Но Иссенглир не собирался умирать!
Подхватив на плечо саркофаг, вампир скакнул в озеро. Воды с возмущением загрохотали. На холодном дне, куда едва-едва добирался редкий проблеск луны, Иссенглир оставил свою ношу. В саркофаге он спрятал Розу. И начался ритуал. Щедро изливал первый вампир свою проклятую кровь в ту ночь. Голубые воды озера помутнели, потяжелели и стали красными, как вино. Разбегалось в панике зверьё, рыба выпрыгивала на берег. Творилось нечто очень нехорошее. Подул, застонал ветер, принёс влажный запах могильной земли. С того дня всяких живой обходил это недоброе место десятой дорогой. Ибо говорилось, что от кровавого озера живые не возвращаются.

Пишется

В чертогах Араксиса что-то менялось… Контуры божества колебалась, составлявшие его тело насекомые то и дело покидали основную массу, чтобы вернуться вновь… Но вот они перестали возвращаться. Фигура бога дрогнула и исчезла, расползлась копошащимся, шершавым пологом, что покрыл костяной трон и хитиновые колоны, скрыл под собой пол, покрытый неведанными сводящие с ума узорами, заполнил залу стрекотом и шорохом. Миг – и насекомые хлынули обратно, собираясь в сидящую фигуру. Араксис вновь занял свой трон. Возможно, что-то в нем изменилось, но что именно – било известно только Рою. А Рой молчал…

Тем временем в землях Аз'варгар шло непрестанное движение. Равнины заполнили фуражиры – не столь сильные, защищенные и быстрые, как солдаты Роя, они могли похвастаться высокой выносливостью, несколькими развитыми конечностями и хелицерами. Не было такой работы, что они не могли бы не выполнить со всем старанием и преданностью организму Роя и его богу. Вот и сейчас, купаясь в лучах благодати, фуражиры в короткий срок собрали семена рженицы со старых, одичавших полей прежних хозяев, перепахали их, засеяли, и вскоре собрали первый из череды урожаев. Зерна утекли в улей, питая еще больше личинок и имаго, рабочих и солдат Роя.

А новые солдаты собирались в новые армии. Жужжащая орда копилась у улья, Осы Зуу шумели в воздухе, а Светочи перебегали от одного воина к другому, пробуждая свое магией новые силы и в без того могучих бойцах. И когда их работа была закончена, армия двинулась на север, а потом на северо-запад, по льду и снегу, в земли врагов за новообразованным морем. Только новый союзник Аракиса – Пернатый Змей – остался у Улья, присматривая за землями. Быстроногие разведчики патрулировали южную границу, откуда замечали сильные армии врага, с которым Рой еще не успел схлестнуться. Их время еще придет. Пока же с прагматизмом чистого разума Араксис направил Рой на гьянче, уже устрашенных экспансией Роя. Гьянче падут первыми. Потом Рой придет за другими и Хаос будет уничтожен.

...Все приготовления к ритуалы были завершены и Морати вошла в Круг - сложный магический символ, начертанный кровью в самом глубоком подземном зале храма Нэроса. Во внешней части круга располагалась сотня рабов, во внутренней - десять делов, а прямо напротив нее - дэл-колдун, последний из тех, кто посмел пойти против ее воли в ковене. Морати активировала круг и наполнила его своей энергией, туда же влили свои силы поддерживающие ее колдуны, а после вступили в дело жрецы. Жертвы закричали и круг накрыла тьма, погасли немногие горевшие факелы и даже привычные к обычной темноте дэлы больше не видели ничего. Маги и жрецы продолжали ритуал - теперь они уже не могли остановиться, даже если бы желали - сам бог ответил на их призыв и направлял колдовство на нужный путь. Боль пронзила разум всех, кто был в зале. Неизвестно сколько это продолжалось но наконец все закончилось и их поглотило забытье.

Чуть позже успевшие очнуться жрецы и колдуны могли наблюдать как по залу, не замечая остатков жертв и выгоревшего круга шла высшая колдунья Морати. Внешне она не изменилась, но теперь никто не мог усомниться в ее праве на этот титул - через глаза Морати на дэлов смотрела сама тьма...

***********

Перемещение в новый мир, трагедия с исчезновением портала и сложности новой жизни на время заставили дэлов объединиться и забыть все разногласия. Вот только время это было не долгим. Как только им удалось закрепиться на новой земле, одержать первые победы и почувствовать себя в относительной безопасности тут же появились первые разногласия. Многие пытались возвыситься в новом обществе и занять наиболее выгодное положение - некоторые занимались строительством и производством, другие предпочитали войну и богатые трофеи, с первыми победами расцвела работорговля, а недавно открылись торговые маршруты к дварфам. Но если подобная конкуренция шла только на пользу народу, то другая могла стать серьезной проблемой. Колдуны издревне были самой большой и серьезной силой среди дэлов, именно они обычно занимали самые важные должности и были наиболее богаты. Не удивительно, что именно у них была самая жестокая конкуренция не редко оканчивавшаяся смертями. Подобное началось и в этом веке, однако благодаря Морати было быстро пресечено. Молодая, одаренная и амбициозная колдунья быстро вошла во внутренний круг ковена, а затем заняла там главенствующее положение. Разумеется далеко не все были с этим согласны и почти трети членов внутреннего круга пришлось "исчезнуть". Это была тяжелая потеря для дэлов, но малая цена за стабильность и спокойствие. Стремясь еще больше упрочнить свое положение Морати заключила договор с одним из старших жрецов Нэроса и провела ритуал единения с богом. Так появился третий аватар.

***********

Вскоре после ритуала в ковене начались изменения. Подготовка молодых колдунов была резко усилена, да и многие из опытных и давно закончивших обучение вернулись улучшать навыки. По договоренности с аватаром Ланфир черная книга была открыта для всех закончивших обучение колдунов, что так же положительно сказалось на их силах. Все эти действия целиком и полностью поддерживались остальным ковеном - колдун не стремящийся к знаниям и увеличению собственной силы встречается крайне редко и обычно долго не живет. Куда меньше им нравилось обязательное присоединение членов ковена к действующим армиям, что не позволяло привычно отсиживаться в уюте и безопасности города, но и в этом можно было найти плюсы - ведь любая война это хорошая тренировка, трофеи и уважение. А что не все выживут - так меньше конкурентов будет.