Гретель
Автор:
EddaРаса: Персонаж, Класс: Добрая Фея (плен)
Пул: 3
[+0]Хаотичный нейтральный
Навыки:Персонаж- Магический амулет – ведьмино кольцо, найденное в пепле – все, то осталось от нее – позволяет сопротивляться магии средней степени тяжести
- Магическая способность - активное действие – наследство от ведьмы (создание иного образа для предметов, людей – иллюзия, одним словом)
- «Спойлеры»
- Быстрое перевоплощение - наследство от ведьмы
- Эмпат - за версту чует настроение человека/персонажа
Домохозяйка- «Из говна конфетка» - при любом количестве и качестве еды способна накормить до 5 человек.
- «Авоська» - вяжет любой сложности узлы, соответственно умеет их и распутывать
Ведунья- «Фаунофил» - знает, какая трава от чего помогает, и чему способствует
- «Приманка» - умеет подражать голосам животных и привлекать их тем самым к ловушкам
- «Следопыт» - разбирается в следах и прочих признаках, ведущих к тому или иному животному, различает по запахам, в том числе и людей.
- "Пациент скорее жив" - первая помощь - определение болезни/ранения/повреждения +лечение подручными средствами
- "Ненужное - отрезать" - элементарная хирургия
Родственник Ханселя:- «1001 способ» - в теории знает несколько десятков способов, как сравнительно незаметно убить человека
- "Бедняфка" - маскируется под невинную жалкую девчушку - отвлекающий маневр
- "Серая мышка" - умеет быть незаметной
- "Отвертка в ухе" - коварна и хладнокровна, когда того требуют события
Внешность:В отличие от брата, Гретель – обладательница пышной медно-красной шевелюры, что не оставляет сомнений – отцы у них разные. Тоненькая и хрупкая с розовой, почти прозрачной кожей, она и тут являет собой полную противоположность жилистому широкоплечему Ханселю. Карие грустные глаза, в которых, казалось, навсегда застыл испуг, часто глядят с любопытством, изучая окружающий мир, но, получив желаемое, словно туманятся и становятся равнодушно-отрешенными. Безусловно, Гретель живет где-то внутри себя, редко делится переживаниями, нечасто разговаривает.
Предпочитает свободную легкую одежду, не любит ограничивать движений ремнями, шнурками, поясами. По этой же причине никогда не заплетает волосы и не носит головные уборы.
Характер:ссылка*Тиха и замкнута, редко кому удается понять, что у нее на уме. Неразговорчива.
*Тем не менее добра, у каждой зверюшки просит прощения, прежде чем ту освежевать.
*Наивна – состоит в греховной связи с собственным братом простодушно полагая, что поскольку им хорошо вместе, значит, ничего стыдного они не делают.
* Впечатлительна – несмотря на молчаливый нрав, глубоко переживает все происходящее, практически доводя себя до исступления.
*Эмпат – чувствует окружающих, в особенности своего брата. Ощущает каждую мельчайшую перемену в настроении.
* Ласкова и предана
Негатив:
- Несмотря на внешнее добродушие и инфантильность, в голове у Гретель есть место и опасным мыслишкам – она не хуже брата знает, как убивать. В теории. И не раз задумывается об этом даже по самому мельчайшему поводу. Есть мнение, что чаша терпения этой девицы не бездонная.
- Беспомощность – привыкшая к опеке, Гретель практически не способна выжить в одиночку, превращаясь в тряпичную куклу, с которой можно делать все, что угодно.
Стремение, цель: больше всего на свете Гретель желает вернуться к прежней жизни, туда, где брат еще улыбался, где не было всех этих людей вокруг, а всё было просто и понятно. Где-то в глубине себя понимает, что возврата к прошлому нет и не будет.
1. Личное качество – Инфантильность
2. Принадлежность к группировке – добрая фея?
3. Межличностные отношения: Хансель – брат, Золушка - подруга по несчастью, чуть больше чем подруга, самую капельку
История:Клиенты любили Гретель. Хрупкую, безропотную, неспособную отказать или учинить скандал. Не нравилась им только отрешенность, с которой та выполняла свои обязанности, но ради безотказности приходилось терпеть.
Чаще других захаживал к “малышке Марго”* Синяя Борода. После его визитов оставались синяки на запястьях и лодыжках, несколько дней Гретель было разрешено не работать по физическим показателям, но девушка принимала его приветливее других – кивком головы и легкой полуулыбкой – он приносил ей пыльцу. Эта мелочь спасала его самого от шпильки в ухе или ножа в сонной артерии – фантазий невольницы.
Но сегодня Синяя Борода ушел раньше, забыв даже про «гонорар» Гретель. В полутемной дымке надвигающихся сумерек , лежа, скрючившись на жесткой скрипучей кровати, она ждала начала своих мук и вспоминала брата. Теперь она уже знала, сколь неправильны были их отношения, но внизу живота по-прежнему сладко ныло от воспоминаний.
Он никогда ее не найдет, не простит… - ломка всегда начиналась одинаково. Беззвучно трясясь от озноба, Гретель обливалась слезами и изредка сползала на край кровати, чтобы проблеваться. В такие моменты даже Синяя Борода заслуживал фантазию о проткнутом спицей черепе.
«Я тоже изменилась, Ханси» - безмолвно шевелила губами Гретель и то была вторая часть спектакля. Вошедший клиент попробовал раздеться, но вонь и полумертвый вид шлюхи его оттолкнули.
Гретель несли в помывочную. Кафельный закуток с водой было трудно назвать иначе… Гретель задумчиво улыбалась, лежа на холодном полу.
Синяя Борода всегда был милостив - крошечный пакетик с пыльцой надежно зажат там, где никто не найдет. Нужно только продержаться до врача. А потом…
*Гретель - уменьшительно-ласкательное сокращение от Маргарет
Хансель всегда был рядом. Даже когда он еще не мог дать отпор прибегающей к насилию матери, он держался поблизости, скорбно глядя, как избивают, чем попало, маленькую Маргарет. Тогда и появилось впервые то выражение на его лице – пугающее, заставляющее повиноваться его решениям.
Одно из таких решений, правда, спасло им жизнь – восьмилетний брат украл мясо у толстомордого мясника из их деревни так, что тот даже не заметил. А второе – нечеловечески сильный удар – придало новой жизни непредсказуемый поворот.
Сладкий домик снился ей до сих пор – это воспоминание, восторженное и граничащее с неверием в чудеса, не желало покидать ее. Как часто с тех пор мечтала Гретель найти такой же вот «домик», но жизнь столь приятных сюрпризов больше не дарила.
Благодаря той встрече с волшебством она и получила все свое небольшое богатство – любовь и домашний очаг. В конце концов, она была окружена заботой и за всю жизнь не помышляла о большем благе.
В их небольшом жилище никогда не было других людей – Гретель не придавала этому значения. Тот единственный человек, что был ей нужен, бросать ее одну не собирался. А когда она повзрослела, связал себя с ней еще одной прочной нитью – необычной и безумно приятной. Хансель говорил, что она принадлежит ему и Гретель подчинилась. Хансель всегда был прав. Даже когда он перестал быть собой, перестал болтать по всяким пустякам, шутить. Она не знала – может, иногда такое и случалось с людьми, но сравнивать столь резкие перемены в поведении брата ей было не с кем.
Постепенно он запретил ей даже за ограду выходить и будучи рядом с братом она слушалась. Но когда он уходил на охоту, не могла не прогуляться по тихому лесу. Непослушание доставляло ей огромное удовольствие, щекочущий сердце адреналин, легкий страх быть застигнутой врасплох, едва трепещущее чувство вины – незабываемый коктейль чувств сопровождал ее во время таких прогулок.
Это случилось незадолго до ее ухода. Осень была теплой и листья, прежде чем облететь, пожелтели разом все и еще несколько дней кружились медленно в воздухе, падая на и так приличный ковер под ногами. Гретель кружилась вместе с ними, как всегда что-то тихо напевая, и не заметила, как ушла чересчур далеко от дома.
Да и заметила она, лишь когда ощутимо приложилась коленкой, споткнувшись о бугорок под сырыми листьями. Холмик тут же осыпался и на девушку с жалостью выпучились подернутые пеленой смерти глаза на искаженном криком лице. Первый за долгие годы человек был мертвецом. Гретель, однако, не испугалась – с любопытством разглядывала она пришельца и никак не могла понять, зачем ей непременно понадобились люди в этом лесу – ничего интересного для себя она в нем не увидела… В задумчивости плетясь обратно, она заметила еще пару подобных холмиков невдалеке, но проверять не стала. Странно, что эти люди умерли вот так просто посреди их спокойного леса…
Потом настала зима, ледяная, суровая, одна на столетие. Засушливое лето не позволило сделать запасов и брат с сестрой жили впроголодь. Однажды ночью, немея от голода равно как и от холода, Гретель жалась к Ханселю. При других обстоятельствах она ни за что не предложила бы ему этого, но живот которую неделю сводило при мысли о мясе и хлебе:
- Хансель, нам нужно в город… - робко произнесла она тогда и осеклась – безумный отчаянный взгляд, которым одарил ее брат был красноречивее запрета. Больше о городе они не говорили, если можно было назвать разговором обмен взглядами.
Спустя день Хансель отправился на охоту. Зверье давно попряталось или замерзло – во всяком случае в течении месяца поймать что-либо не удавалось. Гретель было строго наказано не ждать его до вечера и затопить очаг. Выполнив нехитрое задание она уселась у подернутого морозным узором окна. Сквозь замысловатую картину виднелся лес и темный силуэт, чересчур огромный даже для Ханселя. Отогрев стекло дыханием, Гретель прислонилась, чтобы лучше видеть, но тут же отпрянула – брат возвращался с добычей. Добыча подразумевала становление их маленькой семьи каннибалами – кажется, так говорилось в одной из немногочисленных ее книг.
Бедный Ханси... Он тронулся умом из-за невозможности прокормить ее. Жалость за брата и страх его потерять были сильнее его воли. Глубокой ночью, когда он, опоенный дурман-травой, уснул, Гретель ушла. Она всего лишь хотела заработать чуть денег, чтобы купить еды. Заработать быстро и вернуться уже днем…