| |
|
|
Голдман, уже примеривший обновку, и успевший как минимум трижды пожалеть, о том что решился напялить эту тяжеленную хрень, все же чувствовал в себя в ней куда более уверенно и решился бы, весьма вероятно, даже двинуть в лицо чугуниевым кулаком тому, кто осмелился бы сейчас заявить ему о том что глупость и безрассудство не заразны... Если бы тот, конечно оказался размером хоть капельку, а желательно значительно, поменьше размером чем Кузьма или Дава в Красном.
— И так, дамы и Господа, — отозвался Голдман в канал экипажа, — Скафандры готовы и перекрашены в красный. Быстрее двигаться они, как ни странно, от этого не стали, но по крайней мере вероятность того что новочелябинцы могут спутать нас с противником будет значительно ниже. Что же касается дальнейших планов: во первых предлагаю нанести визит уже известному контакту, а во-вторых также проверить подозрительное сообщение в сети, в котором говорится о "Избранном". Для передвижения по станции возьмем транспорт в аренду. Кроме того, я бы также попросил пойти с нами еще одного члена команды. Кто-то желает вызваться добровольцем или же будем тянуть короткую спичку?
|
|
61 |
|
|
|
|
В детстве Паскаль помнил, как он с многочисленными родными, двоюродными, троюродными и еще бог знает сколи-юродными братьями толпился вокруг антикварного компьютера, принадлежащего его деду по материнской линии. Ребятне нравились игры. Беда для них была в том, что игры нравились и деду Саше и деду Джону - двоюродному дедушке Паскаля по отцовской линии.
Деды обтрясали ребятишек с кресел и садились по очереди играть в вышедшую в этом году Half-Life 3. Играли они обычно очень эмоционально, и матери с тётками старались оградить детей от влияния стариков. Впрочем, безуспешно. Вскоре в лексиконе ребятишек прочно укоренилось слово "fuck" с многочисленными предлогами, а также многогранные оттенки оценочной лексики русского языка. Обычно, через час игры и взаимных обвинений в криворукости и нубстве, начинались переходы на личности и национальности. Дедушки начинали называть друг друга исключительно "commie" и "буржуй недорезанный", выясняя, чья же нация более могущественна.
"Да у наших один Новочелябинск чего стоит!" - орал дед Саша в ответ на фразу деда Джона о неумении русских воевать.
Так Паскаль впервые услышал о Новочелябинске.
Уже будучи в команде Бродяги, Дюпон увидел на одной из станций в баре огромного человека с гербом на скафандре, изображающим волчью голову на фоне солнца. Человек угощал посетителей выпивкой, и сдружиться с ним не составило труда. С первый слов гиганта Паскаль вспомнил рассказы деда Саши. Про планету Новочелябинск, про дерево новочелябинцев, про семьи-листья. Большую часть посейдонец внятно бы не пересказал, но общую канву уловил. Кузя оказался компанейским парнем с суровой внешностью и хрупким ранимым сердцем прикрытым бронёй из грубоватого юмора. В секторе как раз было хорраговое предупреждение, на станции был карантин и все космики зависали в барах, обогащая владельцев, приканчивая стратегические запасы спиртного станций, трахая шлюх и сокращая друг другу количество зубов. Паскаль, хоть и не был трусом, дрался сам очень редко. Ослабленные невесомостью мышцы не способствовали развитию навыков рукопашного боя. Зато на Кузю смотреть было одно удовольствие. Кулебякин, по своей душевной доброте, никогда не бил никого ногами и выбивал не больше двух зубов.
Когда драки утихали, Кузя с Паскалем соревновались, кто кого перепьёт. (Дюпон жульничал, принимая собственноручно изготовленный стимулятор. Однако, не признался бы об этом и под пытками. Да и не так уж это было и нечестно - Кузя был в два раза тяжелее.) Пьяные разговоры приятелей были гораздо более откровенны, чем бывают обычные пьяные разговоры. Точки пересечения найти было несложно - оба искренне любили свои семьи, и хоть и были теперь далеко от дома, не мыслили себя вне её.
Карантин закончился взаимным обещанием посетить когда-нибудь родные планеты друг друга. Кузя пообещал показать Ковчег - корабль колонистов, служивший городом на этапах становления Челябы, ставший сакральным символом. Паскаль в ответ обещал показать косяки лучесветок, в брачный период мигрирующих между зубцами трезубца. Свой корабль предприимчивые посейдонцы растащили до винтика, приспособив в хозяйстве.
Расстались челябинец и посейдонец добрыми друзьями. Космические дороги пересекали их несколько раз на разных станциях, пока, наконец, не свели на корабле Джеймса Голдмана, убегающими от нашествия буссмаш. Тут Кузя спас всю будущую команду, обеспечив эвакуацию, а затем снова спас трёх незадачливых пайщиков от отравления, хватанувших некачественный пакет. Паскаль только ждал удобного случая вернуть должок. Но...
Кузя ушел, не сказав Паскалю ни пол слова, чем слегка задел его. Только чуть позже Дюпон понял, что Кулебякин не хотел его обязывать. Оставалось только держать кулаки за новочелябинца, надеясь, что тот сможет, преодолеет, распинает все турели ПКО, порвёт голыми руками обшивку, передушит всех работорговцев и притащит баржу на горбе.
Не получилось. Кузя ушел, красиво, как настоящий новочелябинец, забрав с собой толпу врагов. Но ушел. Со своими понятиями о чести, будто вынутыми из пыльного комода докосмической эры. Со своими грубоватыми шутками и добродушным характером. Со своей горой мышц и хрупким сердцем.
Паскаль, как настоящий посейдонец, к смерти относился филосовски. И как настоящий космик - довольно цинично. Внешне это почти не проявлялось, однако, смерть близких людей не была для него незначимым событием. Паскаль не показывал эмоций ни на похоронах бабушки Элен, ни брата Антуана Сергея Стивена, ни когда потерял троих друзей и учителя с предыдущей команды.
Но это вовсе не значило, что Паскалю было всё равно. Просто все свои чувства от смерти он выражал одинаково, не пуская их наружу.
Радио скафандра артиллериста настроилось на персональную частоту бойца:
- Счастливого... последнего... гипера... Кузя.
Вдох выдох. И снова после короткого прощания надо было думать о живых.
- Джеймс, достанешь транспорт с пушками, пойду я. Иначе - тянем спички.
|
|
62 |
|
|
|
|
Вызываться добровольцем Хоакин не стал: снаружи идет вендетта, грозящая перерасти то ли в гражданскую, то ли в религиозную войну. Вместо этого он предложил свою помощь на информационном фронте:
- Про Избранного я проверю, но, подозреваю, это всего лишь потаенные мечты угнетенного класса. С другой стороны, мы можем начать собственную игру, например, запустить слухи о новом нападении Потрошителя, добавив в описание пару правдивых, но некритичных деталей о его внешности, мистер Грэй наверняка заинтересуется и попробует проверить, кто это присваивает его славу - тут его и можно брать.
|
|
63 |
|
|
|
|
После того как Кузьма "ушел на фронт", Мэй продолжила заниматься своей работой, параллельно просматривая сетевые сводки. Увидев сообщения о взрывах и волнениях в ангарах коллекторов, она заинтересовалась. Как и сообщением о плазменной торпеде с пролетавшего грузовика.
Погасший маркер Кузиного скафандра вызвал печаль, но, во-первых, она хоть и считала Кулебякина неимоверно крутым, знала, что даже мамонта загрызает свора шавок. Кузьма до сих пор оставался живым только благодаря своему благодушию и осторожности - первым в драку не полезет, но если надо, то надо. По крайнем мере таким запомнила его Майка.
К вендетте относительно задетой чести Челябы, она отнеслась скептически... Честь планеты? Впервые слышала про такое... Вот если б это была честь дамы, и Кузя вступился за нее.... Сердце девушки сладко ёкнуло - да, когда-то она много такого читала в дамских романах. Как прекрасный офицер Имперского флота спасает единственную пассажирку от пиратов и потом у них любовь... Пусть и не сразу, потому что коварные бюрократы и начальство офицера мешают им быть вместе. Но любовь же все преодолеет.
И хотя этот романтический настрой давным давно был искоренен, но его давние оттенки все же остались в глубине сердца девушки.
Итак, Кузьмы нет, жалко, конечно, но его гибель была для девушки непонятна и бессмысленна.
На сообщение Голдмана она сразу же отозвалась:
-Джеймс, боец из меня сам понимаешь какой, я лучше на корабле останусь и попытаюсь раскопать информацию о других перестрелках и атаке базы коллекторов с корабля. Может быть, удастся отсюда выжать что-то ценное.
|
|
64 |
|
|
|
|
Голдмана же тем временем терзали сомнения по поводу предстоящего жеребьевки: достать транспорт с пушками было явно весьма малореально, максимум на что приходилось рассчитывать маленькая машинка, с трудом способная утащить тонну необходимого веса даже в невесомости. По скольку Мей и Хоакин явно имели чем заняться на борту а у последнего в наличии даже не было скафандра с рацией, жребий был, очевидно для Дюпона и Эванс. Не самые полезные в текущем мероприятии специалисты, но тем не менее, иметь в команде еще одного человека хотя-бы на случай просто банального отказа рации в скафандре было весьма кстати.
— Мечты мечтами, — прозвучало спустя несколько секунд после реплики Хоакина, оторвавшй Джеймса от размышлений в сторону другой темы, — но я весьма сомневаюсь, что кто-то бы начал пропаганду не имея при себе несколько увесистых аргументов. А поскольку увесистые аргументы на шахт как правило имеют еще и внушительный калибр, прошу все же действовать осторожно. Даже если нам противостоят гражданские недавно взявшиеся за оружие они могут быть весьма опасны, — последнюю фразу Голдман произнес с легкой ноткой сожаления. За время полета он не один раз думал о возможности революции на Шахте, считая ее необходимой на пути к превращению Фронтира в пригодное для обитания место. Однако... Текущее развитие событий было совершенно бессмысленно и более того: вредоносно. В случае провала, в результате восстания просто погибнет огромное количество ценных специалистов, которых можно использовать куда более эффективно, а в случае маловероятного успеха, коллекторов просто сменит секта фанатиков, которая, весьма вероятно, будет ничуть не более дружелюбной. В прочем, далеко идущие размышления сейчас были весьма не кстати. Первоочередной задачей было все же уберечь головы экипажа, от попадания на камин к Скайлу, а посему, стоило переходить к более сиюминутным вопросам.
— В таком случае, мист... Паскаль, — В кои то веки Джеймс обратился к Дюпону по имени, вспомнив что он об этом просил как минимум трижды, — и мисс Эванс, как единственные свободные на данный момент члены экипажа тянут жребий, или договариваются лично менее чем за пять минут. После чего выступаем.
|
|
65 |
|
|
|
|
Эпиграф. Идешь на такое дело,
Что трудно прийти назад.
Как командир, тебя я
Туда посылать не рад.
Но как отец... Ответь мне:
Отец я тебе иль нет?
— Отец,— сказал ему Ленька
И обнял его в ответ. Расчёт был нехитрый. Дюпон, мрачнея на глазах, завершил его за секунду. — Как говорил дед Саша, "погодите гражданин. Для вас персональный наряд. На все пятнадцать суток". Я, конечно, предпочитаю работать калибрами покрупнее. Но я явно справлюсь с пушкой лучше, чем Мелисса. Не надо кидать монетку. Из нас двоих выбор очевиден. Джеймс, сколько у меня есть времени привыкнуть к новому скафандру?
|
|
66 |
|
|
|
|
Порядочный человек, таща сотрудников на задание с которого есть весьма приличные шансы не вернуться или, и того хуже, угодить в плен к работорговцам, наверняка бы чувствовал муки совести. Однако, к счастью, Джеймс порядочным человеком не был и сейчас лишь радовался тому, что никого не придется вытаскивать на прогулку силой, в особенности при содействии Мары, которая в процессе могла этого кого-нибудь еще и немного подпортить.
— Лишние полчаса нам свободы не сделают, но выматываться перед прогулкой явно не стоит, — отозвался он практически сразу на вопрос паскаля, одновременно пролистывая в сети объявления о аренде, а за одно и продаже транспорта, на случай выгодных предложений. Конечно, вряд-ли кто-то бы продавал машинку по цене полдневной аренды, но транспорт может пригодится и в будущем, особенно если на нем вдруг окажется пушка и пара листов брони. За одно, конечно, Голдман глянул и новости, которые в обычном состоянии в лучшем случае повергли бы его в шок, однако, после всего произошедшего, Джеймс ожидал чего-то подобного. Если предыдущая проблема решилась легко и быстро, то следующая явно потребует на порядок больше усилий чем планировалось. Некоторые религиозно-философские течения, помнится называли это то балансом вселенной, то несправедливостью жизни, то еще какой-нибудь антинаучной фигней, в которую торговец разумеется не верил, нет. По мнению Голдмана во всем была виновата не мифическая подлость, высшие силы или иные зеленые ежи, а самая что ни на есть реальная человеческая тупость и безответственность, за которою именно людей, а не кого бы то ни было еще надо было бить по морде и желательно мокрой сетью. Возвращаясь же от лирического отступления, в неведомые дали философствования и постепенно заражающегося у Джеймса Голдмана желания стать императором всея Человечества, дабы иметь возможность бить мокрой сетью по морде кого и когда он посчитает нужным, в жестокую реальность: в аренду голдман твердо решил брать машинку с пушкой и броней, не смотря на достаточно грабительский ценник, ибо шанс на перестрелку в сложившихся обстоятельствах был далеко не минимален, о чем же и поспешил обрадовать экипаж.
— Если верить объявлению, пушка на транспорте будет, а также обшивка и реактивный движок. — Верить на фронтире в прочем никому нельзя, а объявлением в особенности, а посему произнесена была фраза без особого энтузиазма, к тому же, сопровождалась кряхтением, которое Голдман производит в попытках стянуть перчатки скафандра, чтобы получить возможность вновь в полной мере взаимодействовать с клавиатурой ноутбука для заполнения формы жалобы на сотрудника Корпорации Орион, предварительно отключив терминал от сети, которую решил отправить в ближайше время и в двух экземплярах, приложив все данные "как есть" включая запись об уходе Грея и сообщение Кузи, и разве что самую, совсем без сарказма, малость драматизировав ситуацию в словесном описании. А после чего, запаковав архив открытым ключом шифрования Ориона, и снеся исходники, для надежности сразу же забив освободившееся на диске пространство папкой бесполезной документации, пылившейся в соседнем томе с давних времен, вновь подключил устройство к сети, передав архив на борткомпютер Гермеса, прокомментировав в канал команды.
— А вот это прошу отправить по лазерной связи на транспортник Ориона. Думаю, содержимое архива в комментариях не нуждается.
|
|
67 |
|
|
|
|
— А вот это прошу отправить по лазерной связи на транспортник Ориона. Думаю, содержимое архива в комментариях не нуждается.
-Окей, босс, - Мэй, исполнявшая среди всего прочего еще и функцию почтальона, в течение минуты связалась с требуемым абонентом и отправила на орионовский транспортник архивчик по лазерному лучу.
-Готово! - добавила девушка, пробурчав про себя: -Что-то я как-то перерабатываю, надо требовать, чтоб молоко за вредность давали...
|
|
68 |
|
|
|
|
Оставив Мелиссу снова за главную и дав ей строгие инструкции "отстыковываться и сваливать при первом намеке на грабеж", Голдман взял в аренду небольшой бронированный фургончик на магнитной тяге с лазерной турелью на крыше. Облазив и ощупав ее вместе с Паскалем и Марой, которая заняла место в десантном отсеке злобно ощерившись.
Хоакину с Мэй было чем заняться, они каждый сам по себе ковырялись в скудных информационных потоках станционной сети.
Фургончик Голдмана двинулся, потихоньку набирая скорость. Станция Шахты начала затихать - люди готовились к разгулу хаоса и грабежа, уже зная, что начинается на станции. Не первый раз в этом месте появлялся зачинщик резни - наученные горьким опытом жители, которым было некуда деваться, знали на своей шкуре, что значит "из искры разгорится пламя". Но знал это и Скайл - а значит, угроза карателей Рагнара была не простыми словами.
Никого не встретив, они проехали десяток километров, добравшись до места недавнего боя. Только что здесь была перестрелка - но осталось только парящее в пустоте облако мусора, изорванных тел и обломков. Куска коридора не было, и фургончику, магнитная тяга которого требовала полоску металла под днищем, было не так просто перемахнуть через разрыв станционного кольца.
Посовещавшись немного с Паскалем, прильнувшим к прицелам чтобы сбить крупный осколок, если он будет угрожать столкновением, Голдман просчитал наиболее безопасную траекторию и разогнал фургончик, перелетая разрыв по инерции. Обломки обшивки кольца лишь царапнули броню грузовичка - пушка Паскаля не пригодилась, Голдман дал пару корректирующих импульсов реактивного сопла и фургон через семьсот метров снова поймал магнитом коридор, покатив дальше по внешней обшивке.
Спустя еще пятнадцать минут ходу, Паскаль заметил через прицел улетающие в космос обломки чего-то. Дистанция - километр, и там явно идет перестрелка. Сообщил Голдману, экипаж начал совещаться "что делать?". Подождать - не вариант, потому что Мара не будет ждать. Оценив вариант "сделать бочку на реактивном сопле", чтобы не подставлять магнитный движитель осколкам - Голдман понял, что скорее всего с его навыками пилотирования, фургончик уйдет на внешнюю орбиту, став очередным спутником Шахты.
С помощью камер своего планшета, он смог чуть лучше оценить ситуацию - восемь налетчиков штурмовали магазинчик запчастей. Из девяти охранников пять были уже мертвы, нападавшие же потерь не имели вообще. Только с помощью своего аналитического софта Джеймс смог понять, что охранники умирают не от заградительного огня налетчиков, а от выстрелов из другой плоскости... и снайпер во внешней пустоте был куда хуже, чем простые грабители магазина - снайпер мог угрожать и их фургончику.
Раз - и еще один охранник падает. Голдман засек траекторию, но стрелок был по другую сторону кольца. Фургон двинулся на перехват, и через 30 секунд последовал еще один выстрел - но из совершенно другой точки, стрелок не висел на одном месте, снова уйдя от пушки Паскаля.
Налетчики пошли на штурм, забросав двух оставшихся охранников гранатами, и скрылись в магазине. Снайпера не было видно, и Голдман уже надеялся просто проехать мимо, осторожно ведя грузовичок... как в ста метрах от входа в камере на мгновение мелькнула пара небольших скафандров, слишком маленьких, чтобы принадлежать взрослому человеку.
Ситуацию Джеймс оценил быстро, открыв шлюз прежде чем Мара его вышибет изнутри... но через несколько секунд после ее ухода смог немного успокоить Амазонку, передав кадры крупным планом. Не дети - всего лишь обломки дроидов, залитые струей крови охранников. Но почуявшую добрую драку Мару было уже не остановить, и фургон поехал на охоту за снайпером.
Рассчитать траекторию было достаточно просто, но стрелок никак не хотел показываться в космосе, заслонив собой хотя бы одну звездочку. Наконец, удача изменила неизвестному стрелку - его аккумуляторы холода исчерпали свой ресурс, и снайпер был вынужден включить сброс тепла наружу, спасаясь от изжаривания. Рассчитано было все хорошо, он засветился куда позже, чем закончился штурм магазинчика - но предсказать появление Голдмана было невозможно. Два выстрела Паскаля поставили точку, и детонировавшее ракетное топливо в скафандре снайпера лишило Джеймса надежды заграбастать гаусс-пушку стрелка.
Мара тем временем за сорок секунд превратила в истерзанное месиво всех противников, лишившись левой руки по локоть. Как корова языком слизнула - плазменная вспышка оплавила скафандр, испарив и металл, и плоть до локтя. Но Амазонка даже не обратила внимания, держа меч в правой руке.
На Гермес пришло сообщение - видеоряд с места событий и подпись "Вступили в конфликт. Жертвы с нейтральной стороны, поищите информацию"
Впрочем, почти сразу после него пришло еще одно: "Предлагаю передислоцировать корабль ближе к текущей цели, прошу подготовится к отлету. Подробности при личной встрече"
|
|
69 |
|
|
|
|
Мэй чувствовала себя практически Штирлицем. Только того неудержимо рвало на Родину, а ее - тянуло склониться над белым другом - пультом и уснуть. Ковыряние в сети настолько утомило ее. "Дети, ей богу дети," - думала она, пролистывая форумы и чаты и обнаруживая сообщения типа "А мой Избранный забьет твоего Мстителя пиратам", причем они были подписаны наместником... Вычислять по айпишнику этого "наместника" было так леееень. Как и читать в каких именно позах и кто кому будет мстить на встречах блоггеров - стописят бесполезных назначений дуэлей со временем и местом с выбором вида оружия в виде баномета.
Немного подстегнула нервы и заставила открыть глаза охота снайпера или на снайпера. Мелькнула мысль "Юрку убивать там будут щас! Гребаные лаовайи!" и дальше что-то ваще непечатное, однако, рассмотрев прощальный фейерверк снайперюги, девушка вновь успокоилась и снова стала медленно погружаться в полудрему.
Писк входящих сообщений снова вернул ее к действительности.
"Мать моя монтажница-такелажница из триста третьего оптопротяжного цеха", - матернулась девушка, на вырывающий ее из дремы комм.
-Дамы и господа, двери вагона закрываются, закрепите все ценные и бесполезные предметы к батарее, наручники прилагаются, поезд отбывает через 5 минут, отсчет пошел, - объявила она, одновременно запуская предстартовую подготовку. Лампочки герметизации шлюза, датчики топлива, которое неплохо бы пополнить, датчики состояния двигателей и реактора. Щелк-щелк тумблерами, корабль потихоньку оживал, словно сонный зверь, вылезающий из берлоги. Небольшая дрожь прошла по полу, стыковочные захваты ослабли и отсоединились. Маневровые движки начали прогонять через себя топливо, потихоньку разогреваясь. Активация щитов. Самый малый вперед. "Гоу, гоу, гоу, ю тейк зе пойнт! Нэгатив!" - мелькнула мысль, однако Мэй таки решила довести корабль к точке, ближайшей к магазину, запасы которого попали в цепкие лапки Голдмана и ко.
"Мы выдвинулись сюда" - ушло сообщение Голдману с указанием координат для стыковки с еле живым шлюзом в 500 м. от магазинчика.
Далее последовало ленивое рытье в инфосфере станции на предмет выявления информации, запрошенной шефом. Однако перед этим, чтобы слегка взбодриться, Мэй сделала зарядку. Учитывая ее любовь к физическим нагрузкам, зарядка была для пальцев. Ну, два уровня любимой игры на планшете все же подстегивают сознание на "проснуться".
|
|
70 |
|
|
|
|
Себя Хоакин считал безусловно ценным, поэтому поспешил закрепиться понадежнее.
Пока Мэй маневрировала работать руками не представлялось возможным, поэтому Хоакин занялся спамом. Или, как он предпочитал это называть: поддержанием единого информационного поля команды.
Письмо Голдману, с копией на всех членов команды:
"Удалось отследить устройство, с которого был сделан пост об "Избранном": на момент отправки оно находилось в том же рабочем бараке, куда направляется "береговая партия". Возможно - там логово сектантов, будьте готовы".
|
|
71 |
|
|
|
|
Голдман, тем временем, шастая между рядами с мусором, проклиная новый скафандр, и выискивая детали по принципу "посложнее и поновее" для быстрой оценки и выбора того, что эффективнее всего впихнуть в фургон, который утащит, увы, не так много пусть и не очень ценной но все равно полезной добычи, готовился сваливать из магазинчика, как ему и посоветовали. На письмо Хоакина, Джеймс ответил также личным сообщением продублированным в общий канал.
— Принято, ищем стыковочный шлюз рядом с бараком, перевозим корабль туда. Рядом с текущей точкой по определенным причинам нам лучше не задерживаться и разгрузится по пути надо.
|
|
72 |
|
|
|
|
Гермес под управлением Мэй, который было скучно и грустно просто так лететь из точки А в точку Б чуть не описал тройную петлю вокруг трубы станции, но лень русской пилотессы китайского происхождения все же спасла экипаж от неожиданной перегрузки.
Голдман изменил точку сбора, подогнав грузовичок к пустому и грязному шлюзу, передав команде "крайне ценный груз", состоящий из шести крупных обломков чего-то горелого трудно определимой формы, и четырех мешков мелкой россыпи "условно-полезного" хлама. Хоакин впрочем собрал все - кто знает, что Бог-Машина пошлет завтра во вроде бы бесполезной мусорке?
Следующим пунктом плана был рабочий барак в тупиковой секции. Джеймс с Паскалем и Марой подъехали на грузовичке, узрев негостеприимную рабочую панель. После короткого и очень недружелюбного разговора команда узнала, что вход стоит 10 кредитов, а выход... вернее, вход в сортир - аж сотню. И жрать в этой ночлежке нечего в принципе. Не очень-то, откровенно говоря, и хотелось жрать в такой обстановке. Голдман с Марой двинулись внутрь и Джеймс влез в тот самый сортир, услышав попутно что "трахаться нехер, за это не плочено!", искренне обрадовавшись глухой герметичности своего шлема. Даже внешне было видно, что стенки сортира покрыты слоем отходов жизнедеятельности - как органическими, так и нет. Изловчившись, он влез в тайничок... и недолго думая полоснул лазерным лучом пистолета, чтобы открыть нычку. Из нычки выпала пачка плотно связанных пластиковых карточек кредитов Рагнара, и тут жаба перекрыла кислород. Угол, угол пачки был обрезан лазером! Почти все деньги он, Джеймс, своими руками вот только что спустил в унитаз. Тот самый практически, на котором стоял ногой, упираясь второй в стенку.
В подавленном и мрачном состоянии Голдман вернулся в фургон, пытаясь убедить себя, что он только что нахаляву получил 120 тысяч кредитов, а не сжег как полный идиот 880 тысяч тех же самых кредитов... получалось плохо, и стоило лишь обрадоваться, что напиваться было нечем. Голова явно еще понадобится трезвой.
Дальнейший маршрут фургончика тоже не был ни приятным, ни хотя бы немножко интересным. Серые панели, периодические осколки и оплавленные полосы. Все это уже обрыдло, потеряв полностью свой романтический налет "пиратской станции". Осталось только уныние и желание вернуться, наконец, к цивилизации. Которой здесь становилось все меньше, и меньше, и меньше... Хоакин был прав, утверждая что в точке назначения будет рассадник анархии и беспредела. Логово это было Грея, или нет, но анархии было предостаточно. С дистанции в полтора километра камеры фургончика уже засекли вспышки лазерных винтовок. Немного подумав, решили по тихому отсюда свалить - и, о чудо, даже амазонка Маррана не имела ничего против.
Заподозривший неладное Паскаль обнаружил, что Мара просто вырубилась от кровопотери и усталости. Вряд ли, оставшись в сознании, она бы согласилась уйти от доброго мордобоя - но спящая амазонка была тихой и спокойной. А вот добравшись до Гермеса...
Впервые за несколько дней команда маленького корабля услышала вероятно-положительную новость. Дьявольская удача наконец изменила Грею, и на своей четвертом, дерзком и беспощадном налете - Алистер выбрал в этот раз целью рабские бараки финансового дома Масстракн, в надежде что освобожденные рабы дадут ему целую армию освобождения, в четвертый раз Грею пришлось действительно туго. Штурмовики мистера Скайла не смогли выследить его, но перекрыли все подходы к крупным скоплениям рабов на орбите. В пятнадцатиминутной перестрелке, унесшей жизни шестнадцати человек Рагнара и сорока трех повстанцев, Грей наконец был окружен и поражен лучом парализатора в упор. Бунтовщик Алистер Грей будет продан на ближайшем аукционе Рагнара Кровавого после допросов и установления всех его сообщников,
Мистер Скайл, наместник Рагнара Кровавого, так же объявляет награды за головы более чем двух сотен человек, нарушавших порядки станции. Список прилагается к новостям. Мистер Скайл выражает надежду, что эта безумная вспышка беспредела наконец-то закончится, пока Рагнар окончательно не разозлился и не выслал своих карателей. Так же мистер Скайл извиняется перед всеми застрахованными жителями станции и гарантирует им компенсации за ущерб, либо выплаты наследникам в случае, если компенсации потерпевший не может получить лично по причине собственной смерти.
В последующие сутки в жестоких и коротких стычках погибло еще шестьсот человек станции. На этом вспышка беспорядков и закончилась. По официальному некрологу за 96 часов погибло более 3 тысяч свободных жителей, а так же более 2 тысяч лиц, финансово ограниченных в правах. В ближайшие 30 терранских суток прогнозируется рост цен на питание, медикаменты, а так же сильное падение цен на оружие. Отряды мистера Скайла продолжат зачистку беспредельщиков до тех пор, пока на станции не останется ни единого нарушителя закона. Порядок восторжествовал, так всегда было, и так будет по слову Рагнара.
|
|
73 |
|