Чтение всей простыни таймлайна сугубо опционально, для игры желательно прочесть лишь прелюдию в конце поста и ознакомиться с фракциями.О Персте и долине.Посреди спрятанной меж густых лесов Веренсидской долины высится скальный монолит жёлтого мрамора, прозванный Перстом. Пересекающая эту землю Вольная река одарила её щедрыми заливными лугами. Повелителю долины с высоты полёта скала часто виделась гномоном, её тень отсчитывала отведённые дню часы, скользя по окрестным полям. Золотой дракон Эвендорракс, владетель и страж сих краёв, многие века обитает на вершине Перста. Одного его имени столетиями было достаточно для того, чтобы дикие племена, лихие люди и свирепые чудовища сторонились долины Веренс, окутанной покоем, нарушаемым лишь суетливой активностью поклоняющихся дракону кобольдов, что поселились в пещерах под скалой.
Как и его золотые собратья, Эвендорракс - покровитель справедливости и защитник слабых. Заблудшие в лесах путники и редкие речные торговцы встречали дракона в разных человеческих обличиях, неизменной оставалась лишь его готовность помочь. В отличие от других драконов, Эвендорракс старался не вмешиваться в дела людских государств и редко покидал долину, предпочитая уединение суете мирских народов. Лишь семьдесят пять лет назад драконье отшельничество прервалось.
Об основании Мраморной Обители.Путешествуя вверх по течению Вольной на север от долины Веренс, вы достигнете границ Алого Палатината. Некогда власть в том краю принадлежала графам-палатинам, правившим в согласии с Троеликой Церковью, что чтит Отца, покровителя порядка и чести, Матерь, олицетворяющую мудрость и плодородие, и Дочь, богиню красоты и перемен. Фактически же власть в Палатинате давно принадлежит первосвященникам культа Отца, подавившим как привилегии дворянства, так и надежды последователей других божеств на равенство. Ныне Алый Палатинат - страна догмы и крестовых походов. Последователи Дочери пытались вернуть власть в стране графу-палатину с оружием в руках, однако поражение мятежников привело к отягощению положения верующих во младшую богиню. Спасаясь от возмездия, группа беженцев решилась на отчаянное плавание вниз по Вольной реке.Преследуемые по пятам кораблями гонителей, практически лишённые припасов и надежды на спасение, беженцы непременно встретили бы на реке погибель, не промелькни над мачтами судов блистающие золотом крылья. Эвендорракс опалил паруса флота Палатината, заставив преследователей остановиться. Милостивый к страждущим, дракон указал судам беглецов место для пристани, открыл прибывшим богатые дичью места окрестных лесов, пастбища и поля долины. Верный кредо добра и справедливости, дракон не мог оставить нуждающихся на произвол судьбы. Отказавшись от привычного уединения, Эвендорракс позволил потрясённым богатствами долины людям основать у подножия Перста первые хижины поселения. Взамен он лишь просил лишённых многовековой драконьей мудрости переселенцев прислушиваться к его советам и соблюдать один единственный принцип, прозванный Золотым правилом: "Не поступи с иным так, как не желаешь, чтобы с тобой поступили".
Отступников от правила Эвендорракс подвергал собственному суду, стараясь примирять конфликтующие стороны и наставлять провинившихся. Виновных же в тяжких преступлениях ждало изгнание из долины. Измученные гражданской войной на родине и бегством, первые поселенцы охотно приняли условия дракона, нарекая его своим покровителем и сюзереном вопреки оного сюзерена протестам.
В те годы в Мраморной Обители, как назвали своё поселение беглецы, не было места политике - лишь упорному труду, взаимовыручке и строительству новой жизни. Покрылись золотом всходов поля, рожки пастухов огласили пастбища, рыбацкие лодки распестрили реку. Торговые суда начинали швартоваться у берегов долины, а страждущие нарастающим ручьём текли в Обитель из окрестных земель, заслышав слухи о заветной земле, принимающей отверженных и угнетённых. Эвендорракс не отказывал в приюте беженцам, коль скоро они принимали в своих сердцах Правило. Поселение росло, воплощаясь в полноценный город. День же, когда Эвендорракс избавил речной караван беглецов от погибели, стал главным ежегодным праздником - днём Золотых Крыльев.
Паря над долиной, дракон чувствовал гордость и единение со своими подопечными. Со временем он счёл их достойными ещё одного секрета долины: открыл горожанам обширные каверны под Перстом, обильные золотыми жилами и кобольдами. Последним пришлось потесниться, впрочем, они были неизменно рады исполнить любой приказ боготворимого дракона.
О становлении города и тех, кто пытался этому помешать.Турмалиновое Содружество - объединение городов-магократий к югу от Веренсидской долины. Край необузданного изучения магии и столь же неистовых излишеств его властителей-магистров. Города содружества - цветистая мозаика могущества и бесправия, роскошества и нищеты, искусства и убожества. Эксперименты магистров рождают многие чудеса, но и многие бедствиям, а удар от сих катастроф принимают на себя не маги, но их подданные. Тяжелее прочих же приходится Сервусам, одарённым латентными магическими дарами рабам, плодам колдовских опытов и селекции. В городах Содружества Сервусы обречены выполнять любые повеления своих господ. Магическое тавро на лице маркирует Сервусов и преследует их род, передаваясь чрез поколения.
Турмалиновое Содружество, несмотря на мощь доступных магистрам чар, редко вступает в открытые конфликты с соседями, предпочитая распространять своё влияние скрытно.Всякому отречённому находилось место у подножия Перста по дозволению дракона. Однако предрассудки и страх пускают в людских душах глубокие корни. Начиная с двадцатых годов от основания Обители, в долину стали прибывать беглые Сервусы в поисках прибежища от своих хозяев. Новый дом встречал их подозрениями и обвинениями, вплоть до классических слухов о наложении проклятий и сглазе детей. Многие презрительно называли новичков "клеймёными". Эвендорраксу пришлось разобрать немало дел о наветах и самосуде. Инаковость и дремлющие чародейские силы пришельцев испытывали Правило на прочность. С годами Сервусы, благодаря своим способностям, труду и заступничеству дракона сумели заслужить место в тени Перста, однако предрассудки так и не были изжиты до конца. Этому мотиву суждено было повторяться в истории города.
Тем временем досадная утрата движимого имущества привлекла к Мраморной Обители внимание Турмалиновых Магистров. Первосвященники Алого Палатината же и вовсе не скрывали намерений уничтожить оплот еретиков и мятежников. Сговор враждебных сил привёл в 34-м году от основания города к объявлению Палатинатом крестового похода при негласной поддержке магократий. Когда вести о сплавляющейся по Вольной флотилии с десятитысячным войском на борту достигли Обители, решимость отстоять свободу и дом возобладали над страхом. От млада до велика обитатели долины вооружались кто чем мог. Однако единственной реальной надеждой на спасение был грозный страж - один Эвендорракс стоил целой армии.
К удивлению защитников, флот крестоносцев приближался не под алыми стягами, но под белым флагом. Желая избежать кровопролития, золотой сюзерен согласился на переговоры и в человеческом облике прибыл на флагманскую баржу крестоносцев. Переговоры оказались западнёй: жрецы попытались сковать Эвендорракса чарами. Дракон преодолел заклинания и, приняв истинную форму, взмыл в воздух, но был сражён снарядами зачарованных баллист, спрятанных на кораблях. Раненый владыка рухнул в реку и был погребён водами.
Крестоносцы беспрепятственно высадились на берега долины и вступили в неравный бой с её защитниками у холма, что впоследствии получил название "Бессмертный". Сражаясь бок о бок, всё разнородное войско Обители билось отчаянно, и всё же гибель храбрецов казалась неминуемой, не восстань их покровитель из-под речных волн. Охваченный праведным гневом, Эвендорракс сперва обратил флот захватчиков в огненный шторм, а затем бурей отмщения обрушился на ряды крестоносцев, что дрогнули и поддались панике. Битва завершилась катастрофическим разгромом Палатината. Героические защитники ликовали, славя своего покровителя. Шрамы же полученных драконом ран навечно остались напоминанием о человеческом коварстве посредь золотой чешуи. Командование похода поплатилось за вероломство в драконьем огне. Обычным же пленным крестоносцам было предложено принять Золотое правило и остаться жить в долине. Увы, милость дракона обернулась ещё одной трагедией, когда группа воинов Обители учинила резню пленных крестоносцев. За осквернение принципов Правила, зачинщики подверглись изгнанию из долины.
На пути к современности.Успех в войне, достаток свободных земель и развитие золотодобычи вели в Обитель не только изгоев, но и всевозможных искателей лучшей доли, от простых землепашцев до мастеров-ремесленников. Купеческие караваны потянулись по Вольной, а с годами сквозь окружающие леса был проложен и тракт, названный Одиноким. Турмалиновые Магократии охотно превратились в торгового партнёра Обители. Окружающие Перст лачуги сменялись рядами выдающих всё больший достаток домов. На периферии Веренсидской долины основывались небольшие поселения выходцев из Обители. Хотя город и продолжал напоминать лоскутное одеяло, сотканное из кварталов, отстроенных разными группами беженцев, его центр начинал походить и на крупные города соседних стран, к добру иль на беду.
Ответственность за подданных оказалась тяжким грузом даже для могучего дракона. Стремительный рост населения Мраморного города привёл к тому, что Эвендорракс больше не мог следить за исполнением Золотого правила лично и повсеместно, всё больше полагаясь на своих магистратов - чиновников и судей в одном лице под руководством сенешаля. Усложняющаяся жизнь постепенно превращала Золотое правило в размытый и наивный идеал добра и справедливости. Расслоение по социальным пластам стало ещё одним вызовом для Обители - равенство первых десятилетий оставалось позади. Несмотря на то, что большая часть дохода от золотодобычи и шла в городскую казну, а десятая доля отходила в личную казну сюзерена (даже беззаветные золотые драконы не чужды извечной слабости их породы - накоплению сокровищ), зарождались первые рода торговых магнатов.
Хотя страх перед драконьим гневом оставался эффективным залогом безопасности долины, из ветеранов битвы у Бессмертного холма была создана гвардия, возглавляемая капитаном, носящим звание Драконоизбранного. Гвардейцы посвящали свою жизнь служению Золотому правилу. Позднее было основано и городское ополчение, следящее за соблюдением порядка. Обеим ветвям охраны спокойствия Обители пришлось столкнуться со многими вызовами. Значительным кризисом безопасности стало решение Эвендорракса даровать убежище дикарям из племени Ощеренных Клинков в 59-м году от основания (ОО).
Феодальное королевство Коллен отделено от Обители восточными Чащами, что веками служили оплотом орочье-гоблинских племён. В 40-м году ОО вождь племени Ощеренных Клыков, Дорг Красная Пасть, сплотил под своей властью разрозненные кланы и вторгся в колленские владения, неся разорение. Так было положено начало войне, что продлилась почти 20 лет и стала в конце концов губительной для дикарей. Серия военных кампаний монарха Коллена, Валлье Второго, сумела отбросить племена в леса, а когда Дорган пал в засаде от руки короля, приняла характер истребления зеленокожих. Собрав жалкие остатки выживших, Глодан, сын Дорга, увёл племена к Обители, поклявшись принять Золотое правило в обмен на укрытие. По иронии судьбы, уже в 64-м году в Обитель прибыл и малолетний сын Валлье, Лорсен, лишённый права престолонаследия в результате переворота после кончины короля.Адаптация дикарей к жизни в долине шла трудно. Несмотря на все старания Глодана, прозванного Смирившимся, убедить своих последователей в необходимости принять условия новой мирной жизни, множество орков и гоблинов подались в разбойники. Даже принявшая Правило часть дикарей, встречая пренебрежение и насторожённость жителей долины, была обречена на скупое существование в ролях разнорабочих и пастухов, всё больше поддаваясь апатии и соблазнам большого города.
К 75-му году от основания, в Обители невозможно было узнать горстку халуп, что некогда ютилась под Перстом. Мощёные улицы кипели активностью. Многочисленные лавки вели оживлённую торговлю, стук молотов не смолкал до заката над ремесленными кварталами, таверны манили тёплым весельем далеко за полночь. Десятки шхун ожидали грузов в речных доках, по Одинокому тракту плелись торговые обозы, а по садам фланировали праздные магнатские отпрыски, стараясь не споткнуться о мельтешащих под ногами кобольдов.
Золотое правило обросло целым кодексом законов и положений. Оно ограничивает прибыли магнатов и стимулирует помощь малоимущим горожанам. Запрещает в городе любое рабство и эксплуатацию. Учреждает доступные для горожан школы, гарантирует свободу всех мирных религий и равенство всех рас, очерчивает полномочия магистратов, гвардейцев и ополченцев, подчёркивает статус дракона как сюзерена города. Это самый передовой свод законов на континенте, однако практика их применения часто разнится с идеализированной теорией.
Вид парящего над крышами в солнечных лучах Эвендорракса вселял в сердца надежду и веру в будущее, пусть сюзерен и отстранялся всё больше от повседневности городской жизни, вмешиваясь лишь в случаи особой важности или те, что ещё способны были пробудить интерес утомлённого покровителя. Впрочем, далеко не все обитатели Мраморного города сохранили тот же пиетет перед драконом, что вдохновлял их пращуров. Новые поколения забыли тяготы давних лет и опасности, что заставляли людей искать спасения в Веренсидском краю. Молодые последователи Дочери жаждали перемен, считая Золотое правило недостаточным, а сюзерена - благодетельным, но всё же задержавшимся у правления автократом. Но не один только тлеющий ропот недовольства угрожал благополучию города. Уже два года всё громче становился шёпот о тайной работе культе Талиона, божества памяти и возмездия. По слухам, культисты ставили целью забвение Золотого правила и воцарение принципа их божества: "Око за око, жизнь за жизнь".
Падение. Прелюдия к игре.Время перемен, за которое так ратовала городская молодёжь, и впрямь настигло Мраморную Обитель два года назад - штормом. В юбилейный праздник Золотого Крыла - день, когда горожане возносят хвалу покровителю Эвендорраксу и благодарят друг друга за ещё один год свободной и мирной жизни. В этот день ликование охватывает улицы, а фейерверки освещают небеса. Традиционно меж огней всю ночь парит в полёте-танце дракон, сияющий и триумфальный, чьи мудрость и могущество, воплощённые в Золотом правиле, направляют и охраняют город. Но в ту злополучную ночь полёт золотых крыл прервался: средь всполохов салюта дракон-сюзерен, сражённый неведомой силой, пал на крыши города. Средь развалин домов, охваченные ужасом толпы горожан обнаружили недвижимого покровителя. Грудь дракона вздымалась дыханием, однако никто и ничто не могло пробудить его от беспамятства и вернуть к жизни. Невероятной мощи защитные чары хранили его беспробудный покой: похоже, дракон успел охранить себя от неизвестного нападения, но цена подобной магии оказалась слишком высокой.
Шли недели, Эвендорракс оставался недвижим. Маги только разводили руками, все приглашённые целители оказывались бессильны. Отныне бывший праздник Золотых Крыльев был прозван Падением, став днём скорби. Городу предстояло научиться жить без опеки своего сюзерена. Жить в надежде на его пробуждение или с тайным желанием, чтобы дракон не очнулся никогда. Жить в согласии с Золотым правилом или в бунте против него.
Падение спровоцировало смерч перекрёстных обвинений в злом умысле и некомпетентности, подозрения в заговорах и ксенофобскую риторику. Ситуация усугублялась тем, что законы Обители просто не предусматривали действий на случай гибели или недееспособности Эвендорракса - дракон считался практически неуязвимым, немыслимо было представить себе город без его указующего крыла. Чтобы стабилизировать обстановку, председатель Совета магистратов, сенешаль Райцлер, распорядился созвать временный совещательный орган управления - Коллегию Равных, в которую вошли представители ведущих групп влияния в Обители. Хотя Коллегию часто винили в бездействии, она помогла удержать город от спонтанного хаоса. Золотое правило возобладало.
Чтобы укрыть спящего дракона от глаз и стихии, вокруг его тела был возведён мраморный павильон, пессимистами прозванный усыпальницей. Неувядающий оптимизм же сохраняли кобольды: не прошло ни дня без того, чтобы целые оркестры малых созданий не били возле павильона в бубны и барабаны, пытаясь разбудить своего кумира.
В поисках средства вернуть Эвендорракса к жизни, отряд гвардейцев-волонтёров отправился в дальнее странствие в поисках мифического Зерна Возможности - эльфийского артефакта, в коем заключено достаточно энергии для изменения самой реальности, если верить преданиям. Глава гвардии Эйлен первой вызвалась отправиться в поход, но напоминание сенешаля о долге капитана хранить покой города остановило командующую. Наконец, с Падения минуло два года. Дракон по-прежнему оставался беспробуден. Многие препятствия пришлось преодолеть Мраморной Обители за это время. Лишившаяся своего стража, долина Веренс подверглась нападению чудовищ, до сей поры сторонившихся её границ. Самым страшным из них стала великая гидра, парализовавшая судоходство на Вольной реке. Лишь совместными усилиями гвардии и ордена Заступников, при неожиданной поддержке Турмалинового консула Сендара, чудовище удалось сразить. Не может похвастать подобными успехами борьба с внутренними угрозами: глава преступного мира Обители, госпожа Ткачиха, остаётся неуловимой. Участились случаи внесудебных расправ над преступниками, а на улицах появляются проповедники Талеона, призывающие горожан взять правосудие в свои руки и омстить за падение сюзерена.
Город выстоял, но грядущие перемены грозят сотрясти его до основания. Организованная реформистами Молодых Ветров забастовка мастеровых взяла в тески ремесленный район. Убытки нарастают, и ответ Лиги Магнатов наверняка не заставит себя ждать, да и сенешаль Райцлер теряет терпение к попыткам добиться реформ в ущерб стабильности города. Покушение на консула Сендара поставило под угрозу мир Обители с Турмалиновым содружеством. К счастью, консул не пострадал, но обвинение в адрес Братства Клейма повисло в воздухе: кому, как не бывшим рабам магистров, выгодна гибель посла? Сторонники принца Лорсена в последнее время стали открыто называть его молодым драконом и прочить в новые лидеры Обители. Не такая удалённая перспектива, как может показаться: популярность прославленного воина продолжает расти.
Растёт и гневное брожение в орочьем стане на городских задворках: серия поджогов домов зелёнокожих углубила пропасть между обычными горожанами и племенами "дикарей". Призывы разыскать и покарать поджигателей не согласно Золотому правилу, но по племенным обычаям, становятся всё громче в рёве толпы посреди Круга Чести. И даже портовый район, привычный к дракам и поножовщине моряков с торговых судов, шокирован новым мрачным происшествием: наряд патрульных ополченцев найден в доках, глаза мёртвых стражников будто выжжены огнём.
Завязка.И всё же после тягот последних двух лет, свет надежды забрезжил на горизонте: гонцы сообщили, что отряд гвардейцев-пилигримов, скитавшийся по свету в поисках Зерна Возможности, возвращается в город по Одинокому тракту. Возвращается с триумфом: артефакт, которому подвластно невозможное, найден в дальних землях высокой ценой. Вскоре сюзерен Эвендорракс будет освобождён от оков беспамятства!
На улицах поднимается спонтанное ликование верных Золотому правилу горожан. Через несколько дней, толпы празднующих людей высыпают на тракт встречать героев. Возглавляют встречающих сенешаль и леди Эйлен, лучащиеся от скорого воссоединения с драконом, службе коему они посвятили свои жизни. Потрёпанные и поредевшие, но лучащиеся гордостью исполненного долга, гвардейцы везут ковчег, в котором покоится Зерно. Окаянные дни Падения заканчиваются! Покровитель Обители пробудится!
Под воодушевлённый толпы, гвардейцы поднимают крышку ковчега.
Он пуст.