Железный Коралл | ходы игроков | 1. Железный Коралл

ссылка

Что есть мерило человека? Широта добрых поступков, что гобеленом длинною в жизнь простирается следом за ним? Грузные, набитые золотом сундуки, хранящиеся глубоко в подвале родного дома? Вязкая от крови земля, щедро обагренная местью? Или собственное место, миссия, роль которую нужно сыграть, пока ты еще жив?

Если мерить человека по судну, на котором он пересекает неспокойное море, то жизнь этих искателей приключений оставляла желать лучшего. Старый, грязный и уставший корабль, чьи мечты о морском ремесле давно истончились до однообразной рыбной ловли. Словно идущий под ярмом бык, безымянная посудина с тупым упрямством врезалась в черные морские волны.

Отчаливать пришлось вечером, практически ночью. После того, как несколько подряд снаряженных на Железный Коралл експедиций не вернулись обратно в порт Бастиона, каждый ценящий свой корабль, репутацию и жизнь капитан даже разговаривать не хотел с искателями приключений, изьявлявшим желание отправится в ту сторону. До тех пор, пока пользуясь своими связями, один из вас не смог убедить старого Мариначчи изменить свой рыболовческий маршрут, чтобы причалить у Железного Коралла.

Плаванье заняло два дня, первый из которых, казалось, сразу же решил отвадить наемников от этой затеи. Тяжелый шторм, которых давно не бывало так близко к материку, раз за разом швырял в старую замызганную шхуну десятифутовые волны. Более десятка часов старый Мариначчи не отходил от штурвала, лично направляя свой корабль в недра ярящяйся непогоды.

Шторм умер на второй день, оставив после себя зябкую серость, повисшую в воздухе. Но хотя бы плаванье проходило спокойно - пока с востока не донесся запах. Сладковато-гнилостный, хорошо знакомый большинству из вас. Через час показался и источник - целые косяки мертвой, гниющей рыбы, дрейфующие на поверхности воды. Вон там, это что, раздутый остов целой акулы? Мерзость.

Судя по всему, центром всего этого был финальный пункт назначения их вояжа. Прямиком из неспокойного моря, в окружении неприятной на вид липкой пены, возвышался Железный Коралл. Красноватые листы живой массы сменялись пластинами странного, темно-серебристого металла. Хаотичное нагромождение коралла в некоторых местах достигало десяти футов, а то и больше. Из странных недр этой массы сияло множество отверстий - местами коралл напоминал пористую губку.

Капитан Мариначчи пришвартовался в наиболее безопасном для корабля месте - первый искатель приключений, сошедший за борт, опустился ногами на твердую, пускай и немного пружинящую поверхность коралла. Пора приступать к делу.

Первым по трапу сошёл Гзирр Брджавинский, надменно задрав подбородок с напыщенностью мелкого чиновника. В тот момент он чувствовал себя важным. Точнее, особенно важным, потому что просто важным Гзирр чувствовал себя всегда, как и любой офисный планктон мало-мальски средней величины, работающий с документами, но в этой поездке он считал себя её организатором. Хотя, по правде говоря, он им не являлся, поскольку основной вклад в поиск судна внёс другой человек. В определённых кругах его называли "Решалой". Гзирр не помнил, был ли он знаком с ним лично ранее — много, знаете ли, авантюристов мелькало перед его глазами за все годы работы в Бюро — но, как только понадобилось, он навёл нужные контакты и вышел на того, кто мог решить любую задачу. Бюрократу не хотелось знать, как мистеру Гаспару удалось найти корабль. У профессионалов свои методы, а цены на их услуги часто затмевают лишние мысли, не связанные с их величиной. Главное, что сейчас он стоял в месте назначения и был готов идти к цели.

— Так-с, что тут у нас? Вонючие кораллы? Какая мерзкость... — новоявленный приключенец вытащил блокнот в виде книги из внутреннего кармана мантии и зашуршал карандашом по бумаге. — Впрочем, подходящее место для гнусных лгунишек. Осталось найти того самого.

Гаспар спустился с корабля следом за Гзирром, придерживая Бугга на плече: тот всё щерился на пса, который сопровождал Брждавинского — мерзкая тварь с глазами убийцы, надо держать с ней ухо востро! Опёршись о древко топора, мужчина наконец-то почувствовал под ногами более-менее твёрдую почву, что было чрезвычайно приятно после выматывающей качки.

Гаспар махнул рукой капитану, прочитал облегчение на лице Мариначчи: тяжёлый долг уплачен, старик может вернуться к своему рыболовству — после того, разумеется, как пустит ко дну этот безымянный корабль по дороге в Бастион, а остаток пути проделает на шлюпке, чтобы не принести в город скверну Коралла и не пасть жертвой Очистителей.

Поправив шляпу и протерев очки краем двубортной жилетки, Гаспар не спеша двинулся вперёд, осматривая открывшийся им чужеродный пейзаж, и выглядывая более-менее крупное отверстие, способное сойти за вход.

Джуть была более сухопутная крыса, чем морской волк, и шторм произвёл на неё (и её желудок) неизгладимое впечатление. Какие там разговоры с попутчиками! Поначалу Джуть общалась в основном с ведром. Не раз и не два она надеялась, что капитан повернёт обратно. Но кто бы ни заплатил ему за этот вояж, видать, раскошелился как следует. А может быть, старый Мариначчи был из тех, кто никому не позволял себя переехать, даже морю.

Непонятно тогда, конечно, как он дожил до своих лет при таком раскладе.

Когда шторм наконец отпустил, Джуть повисла на борту этаким флагом долбо здоровому авантюризму и смогла, наконец, кое-как присмотреться к будущим соратникам, чтобы решить, к кому следовало держаться поближе, а от кого — подальше. Корв и Нилгрим, можно сказать, вращались в тех же кругах, что и она, и были фигурами более-менее понятными, а значит — относительно безопасными. Про Гаспара она слышала (а кто не слышал про Гаспара?), и из услышанного следовало, что тут надо быть осторожнее. Пацан выглядел новичком, имя (и тем более фамилию, ишь какой выискался — с фамилией!) которого можно было пока не запоминать, только тратить память на ерунду. Больше всего озадачивали, конечно, сильно не местный Риордан и хрен в шапке, имя которого Джуть не смогла бы выговорить даже до того, как ей параличом отхапало половину лица. Этот чего тут забыл? Джуть слышала, что у тех, кто живёт получше, к сорока случаются всякие заскоки. Типа жизнь проходит мимо, каждый день похож на следующий, надо что-то менять... Наверно из этих. (Зато собака, собака это хорошо и в случае крайней необходимости вкусно).

В общем, мужика в шапке Джуть, конечно, пропустила вперёд — со всем уважением. Конечно, до них на коралл уже высаживалось несколько экспедиций (наверняка в этом же самом удобном для швартовки месте), и никаких следов того, что все они полегли прямо здесь, не было. Но — вспоминая прошедший шторм — мало ли. Опять же, кораллы были живыми существами, а живые существа склонны ЖРАТЬ. Короче, ну его.

(Опять же, дохлая рыба вокруг отчаянно намекала. Джуть, ещё только почувствовав запах, повязала смоченную питьевой водой тряпку так, чтобы закрывала нос и рот, но кого мы обманываем.)

Сойдя с корабля и бегло осмотревшись (и без неё сейчас было полно осматривающихся), Джуть прикрыла глаза и мысленно обратилась к самому кораллу — поприветствовать и представиться. Да, она собиралась обнести это место на предмет сокровищ, но — со всем уважением. После этого следовало определить, куда идти дальше.

Экспедиция в первый же день стоила лучшего, что было у Нилгрима – съеденного накануне вечером бараньего рагу, изверженного за борт из-за невыносимой качки. Впрочем, даже к лучшему: на долю нестерпимой вони ничего не осталось у пустого желудка. Однако, моральный дух к моменту прибытия оказался изрядно подорван.

По пути он по большей части дрых, когда не блевал за борт, лишь изредка разбавляя монотонный досуг короткими емкими комментариями в адрес попутчиков. Банда, с которой довелось идти на дело в этот раз, на первый взгляд не являла ничего примечательного – типичное отребье, доведенное обстоятельствами до такой крайности, как билет в один конец до неизвестного пункта назначения. Сближаться с кем-либо Нилгрим не спешил, понимая, что до дележа добычи доживут не все, а друзей терять гораздо больнее, чем просто подельников.

Увиденное по прибытии тоже не вселяло надежд. Откуда столько дохлой рыбы? Этот коралл, он что, под водой? Так там поди затопило все во время шторма, вон дыр-то сколько! Ладно, надо поближе поглядеть, зря что ли приплыли.

Машинально проверив сухость пороховницы и закинув за плечо котомку с припасами, Нилгрим с сомнением ступил на подозрительную поверхность. И тут приметил молчаливый обмен знаками между капитаном судна и типом в шляпе, который отвечал за доставку. Подумав, он неуверенно крикнул шкиперу:

— Эй, капитан, а назад-то за нами когда? Если будет угодно Милостивому, не с пустыми карманами поплывем, и тебе доля перепадет, коли не подведешь!