Понимая что на кону стоит не только жизнь его товарищей, но возможно и судьба самого мира, Ярлик сражался на пределе возможностей своего крохотного кобольдского тельца. Он уже не вёл счёт оставшимся ротовикам, сосредоточившись на своей миссии, а потому, когда последнее из созданий было впечатано в стену его святым молотом, жрецу никак не верилось, что битва наконец подошла к концу. Ошарашенно оглядываясь по сторонам, он понял что это место обрело наконец некое подобие покое. Подобие печальное, даже несмотря на их победу, но ничего лучше они этому месту дать не могли. Быть может, когда-нибудь в это место придут иные последователи Рао и придадут ему новую жизнь, но сейчас это оставалось лишь смутным призраком возможного будущего, сильно контрастирующего с лежащими тут да там искажёнными телами былых стражей.
Опустив взор на свои лапки, всё ещё не до конца верящий в успех Ярлик сделал глубокий вдох, встряхнул головой и засеменил следом за несущим останки настоятеля Ульриком.
— Ярлик считает, что хорошо бы похоронить и остальных, — тихо промолвил он, — воле и выдержке настоятеля можно позавидовать: лишь человек крепчайшей воли и истинной веры сможет продержаться столь долго в подобном состоянии, окружённый темными речами своих обезумевших братьев. Даже те минуты, что Ярлик провёл там, показались ему... гнетущими. Настоятель — истинный герой, ничуть не меньше друзей Ярлика, но братья его... даже лишённые той же воли, они лишь были жертвами. Они тоже заслуживают быть похоронены здесь, хоть сперва Ярлику с друзьями и лучше будет немного отдохнуть.
Пока Ульрик занимался подготовкой могилы, кобольд решил последовать своим словам и начал потихоньку вытаскивать на поверхность и тела ротовиков. Постепенно, одно за другим. Отрывался он от дела лишь чтобы перевести дух да принять участие в церемонии своего товарища.
— Ярлик даже не узнал вашего имени, благородный слуга Рао, но оставленное вами впечатление навсегда закрепится в его разуме, — склонив голову, промолвил жрец, — теперь вы можете спать спокойно — Мешибузук непременно будет повержен. Вновь и вновь. Во веки веков.