[̶̞̊M̴̲̺͒B̶̜̚]̷̟̩̓͘ ʄօʍօʀɨǟ | ходы игроков | Отродье Алчущего

Над Обителью Белолесья покачиваются бледные башни из трубчатой плоти грибов. Их шляпки исчезают где-то высоко во мраке, растя без конца, кормясь тем, что Народ закапывает у их корней. Сегодня покрытые лишайником стены отражают шёпот мрачных слухов.

Народ исчезает. У ручья нет и следа ребёнка, лишь брошенная на камнях кукла. Женщина, ушедшая к колодцу, так и не вернулась. Дом фермера-мохороста стоит без хозяина, пустой и холодный. Народ в этой Обители отнюдь не воинственен, они стремятся лишь выжить, попытаться существовать мирно в Страте, невзирая на все трудности.

Вы — исключение.

Ваши кланы могут пытаться игнорировать происходящее, уповая на защиту Древнего, но ваш дух против такого боязливого пассивного ожидания. Все знают правду, но боятся её произносить, предпочитая скрыться в обманчивой безопасности своих домов. Лишь те, кто готов бросить вызов опасности, собираются сегодня у опушки Белого Леса.

Озма, наклоняя голову то влево то вправо, оглядел пришедших. Не родичи, не из Клана, почти чужие. Но зато имеют решимость, пошли против молчаливого вечно испуганного большинства, не отвернулись. Нахохлившись, коракс прокаркал приветствие:
- Пр-ривет! Хор-рошо, что пришли. Будем держаться друг др-руга. Спину прикрывать, словами делиться. Лихое дело, но кому-то надо за Обитель выйти во Тьму, - и закивал клювастой головой. - Я Озма, из Тер-рноходов.

—Отрадно видеть столь почтенную, хоть и разно...шерстную публику.— Йорр слегка поклонился, скрывая заминку, ибо назвавшийся Озмой носил перья. —Зовусь я Йорр, и, сколь ни прискорбно, из всего клана Двор Миражей я единственный явился сюда, следуя зову сердца.

- А вот и не одинственный, ме-хе-хе!

Над опушкой раздались хлопки кожанных крыльев и через мгновение на грибные шляпки с характерным шлепком приземлися огромный красноглазый нетопырь с двумя клинками за спиной.

- Я Жотт, великий и ужасный! А когда мы выкорчуем скверну из Белолесья, о нас буду слогать легенды!

– Калава, – коротко и негромко представилось дитя Солнца, чьё могучее тело едва поблескивало в полумраке, обвитое кольцом вокруг основания ближайшего гриба, – Предлош-шения?

Послышался характерный шум, производимый кем-то большим, с усилием прорывающимся через чащу задеревеневших грибов. Все это сопровождалось громким топотанием и шумным пыхтением.
В результате, на опушку выбрался довольно переросших размеров баран в потертой сизо-черной броне, через прорехи которой проглядывала его белая пружинящая шерсть. Голову развеселого Моррока (а это был он) венчали крученые рога, в которых застряли фрагменты грибов. В одной руке новоприбывшего героя находился круглый железный щит, а другой рукой он помахивал гигантских размеров цепом.
- УФФФ-ФУХХХ! А какую-нибудь полянку пошире мы выбрать не могли?! Что, все в сборе? Ну, где тут это Проклятье, Мрачный Ужас или что там еще? Главное, держитесь меня, я расколошматю любого на мелкие кусочки, ХО-ХО!!!

Редкие обитатели Белолесья, что замечали сборище на опушке, стремились обходить его стороной, потому свидетелей становления нового Кабала, помимо покачивающихся грибных колонн да шныряющих между ними летунов, не было. Перед компанией стоял нехитрый выбор: искать следы самостоятельно или попробовать обратиться за помощью к Древнему, что опекал сию Обитель с самого её основания.

Древний этот обитал в глубине грибной рощи, будучи её овеществлённой волей, и его имя было известно каждому: Белые Пальцы. Что за подношение он испросит — было неведомо, ибо каждый кто обращался к нему когда-либо, не раскрывал сути пакта даже самым близким из родственников или друзей.

Озма снова закивал, приветствуя явившихся.
- Хор-рошо, хор-рошо! - сказал он, потирая крылья-руки. - Знаю, с чего начать! Избушка кар-рги Мэг! Исчезла недавно, а она много секр-ретов знала. В дыму своем пр-ровидела тайное, ей камни гр-рядущее откр-рывали! Может, в ее доме найдутся какие следы?