| |
|
|
В глади пруда отражается человек. Он свисает над водой в петле, его руки связаны за спиной, а ноги связаны вместе. На его голове чёрный пакет. Огуречно-жёлтая спортивная куртка. Седые джинсы. Чёрные ботинки на шнуровке.
|
|
1 |
|
|
|
|
– Часто тут такое? – спросил у Гейдара оглядываясь по сторонам и сунув руку в карман вытащил одну карту. Вроде бы бессмысленно, но привычка уже сформировалась и отказываться от неё так просто уже Туранов не хочет. Может быть таролог из него как и шаман начинающий, но после встречи с духами рыбнадзора как-то начинаешь серьёзней относиться к разного рода "предрассудкам" и мистике. Иным взглядом смотришь на реальность. Аберрация одним словом.
|
|
2 |
|
|
|
|
РЫЦАРЬ МЕЧЕЙ Интеллект без тормозов. Ураган, разрушающие ветхие дома. Хирург, оперирующий не думая о реабилитации. Рубка дров, от которой летят щепки. Чистое действие. –Первый раз. Блестящее серое тело выныривает из воды. Голова хватает ботинок гигантским губастым ртом. Трепещут ребристые плавники и подрагивают два длинных уса. Сом развернул в вашу сторону глаз жалобно, как побитый пёс. Хвост в воде. Голова вцепилась. Так и висит. Плещется недовольно, раскачивает повешенного.
|
|
3 |
|
|
|
|
Упал рюкзак позади. Скинул кроссовки и куртку с кепкой вместе. Карта упала на берег, качнувшись, как осенний листик.
— Поищи жердь, там топор. — Вошёл в воду, говоря это, Туранов. Всё стало просто и оттого ясно. Или наоборот?
Он собирался схватиться с рыбой за этот труп, руки уже чесались пробить с правой в глаз сому-наглецу! Как падальщик с падальщиком, раз на раз. Этот труп принадлежал земле и в неё же должен отправиться!
|
|
4 |
|
|
|
|
Едва, подкатав штаны, босым входишь в воду, раздаётся треск ветки и шорох листьев: сом, человек и "виселица" обрушиваются вниз, подняв брызги. Круги на зелёной воде и плеск большой рыбы. Не успел! Раздаётся стук лезвия из-за спины: Гейдар рубанул молодое деревце.
|
|
5 |
|
|
|
|
«Значит, не судьба...» — с некоторым разочарованием подумал Туранов и со вздохом пошевелил пальцами ног в воде. Огладил бороду и вышел обратно на берег. Схватка была закончена раньше, чем началась.
— И удилище тоже сруби, желательно из орешника. — сказал и присел на нагретом солнцем берегу, выжимая носки и накидывая одежду на себя. Надел кроссовки на босу ногу, завязал шнурки аккуратно. Посмотрел, прищурившись, на отражение солнца, пошедшее складками от волн, до сих пор не успокоившееся. Оглядел берега, поросшие лесом, с профессиональным интересом, прикинул, где тут карасиные места: камыши, колышки и следы рыбацких стоянок.
Последней подобрал карту Рыцаря Мечей. Перевёрнутая, вздохнув, убрал к остальной колоде. Что-то он неправильно гадает по этим картам. Покосился на Гейдара, может, он лучше разбирается в подобном? Восточный всё же человек.
|
|
6 |
|
|
|
|
У ПРУДА Поднял карту с земли: ещё чуть, плавала бы в воде, как странная и страшная 2D-кувшинка. Глянул на Гейдара краем глаза, отжимая носки: трудится, но с кислым видом. Сдвинув брови и поджав губы, тяпает топором торчащую из земли худую хворостину: острога из неё выйдет примерно такая же, как из твоего "восточного человека" гадалка. Какие ему карты? Они, ты слышал, больше по части звёздного неба знатоки. Накинул куртку обратно – ещё не успела остыть. Надел кроссовки на босые ноги. И огляделся взглядом рыбака.
|
|
7 |
|
|
|
|
Поплевал на руки и пошёл на помощь «нейрохирургу». Думая, что много думать вредно. От мыслей имплант начинает дурить... Вот и «думай» теперь, товарищ Туранов, стоит ли думать!
Но всё же хочется. Прилечь, взглянуть в бескрайнее небо, обрамленное качающимися кронами августовских деревьев, и думать, почему он рогоз вспомнил. Почему не любит карась заиленные места, а линь — собака такая — наоборот, их обожает. А казалось бы, братья почти, родня и на сковороде шкворчат одинаково.
|
|
8 |
|
|
|
|
"...И НЕ ШУМИ, КАК ЛОСЬ НА ВОДОПОЕ" Гейдар кивает, глядя перед собой. Впитывает рыбацкую мудрость или думает о своём? Рассказываешь ему, что искать подводного хитреца нужно на границе травы и чистой воды. Закидывать тихо-тихо, прямо под нос. Червя или тесто, или хлебный мякиш. И всё надо легко, чтобы не боялся. На месте, где говоришь про тишину, Гейдар один раз взглянул на тебя скептически. Ничего не сказал. По воде до сих пор ползут круги – так тихо вы подобрались сегодня к карасю. Но ты продолжаешь: если рыбец вяло тыкает и не заглатывает наживку, попробуй насадить двух-трёх мелких опарышей "чулком" – за головы, чтобы активно извивались хвостики. Карась не может с ровным сердцем пройти мимо такого бутерброда и клюёт!
|
|
9 |
|
|
|
|
– Я тебе покажу, как надо, дальше сам будешь. – Всё же объяснять и показывать на практике — вещи разные, не все люди на слух понимают. Всем хорошо место среди камышей рогоза, но только на одного — тесно будет вдвоём! Да и под резинку, положа руку на сердце, не годится — ей всё же простор нужен, а не «окно возможностей». Попробуешь в таком ловить, и донную снасть оставишь в корнях камышовых. А вот для поплавочной...
— Сейчас, гляди внимательно.
Привязал леску к жерди накрепко, той из них, что покрепче и в руке лучше сидит. Померил глубину, спуск выставил, чтобы пару ладоней от дна. Наживку помял пальцами, плюнул, скручивая в червячка. Насадил. Закинул. Палец к губам поднёс и кепку поглубже на глаза надвинул, чтобы солнце блики не пускало.
Теперь подойдёт если, нужно дать ему наживку заглотить и не прозевать момент, как поведёт. Или выложит. Или утопит. Или множество и множество вариаций: полутопил и повёл, выложил и тут же утопил назло, долго жевал, пока не завёл в тину — до этого лучше не доводить, конечно. Вот так подумаешь, сложная наука. А на деле просто чувствовать надо момент, когда подсекать стоит, и уметь это дело, а если крупный — вываживать ещё так, чтобы удилище не сломал.
Приготовил подсак на всякий случай.
|
|
10 |
|
|
|
|
КАРАСИК Примотал леску накрепко. Помял хлебное лакомство. Закинул и сразу поклёвка! Потянул не думая долго – чего тут думать?! И вытянул вот такого пацана. Трепещет, шлёпает хвостом. Горит в заходящем солнце, как золотой.
|
|
11 |
|
|
|
|
Показал Гейдару улов и в садок закинул карасишку. Удочку вручил торжественно, мякиша хлебного оставил ему и дальше пошёл, место под резинку искать. Жердочку с собой прихватил — пригодиться ещё может быть.
— Десяток наловим — и хватит на ужин сегодня, но больше — лучше, — сказал Туранов напоследок и по плечу товарища-бомжа похлопал. – Наловишь больше меня и вина купим на последние деньги. – пошутил напоследок думая уже своём, о другом. Удаляясь.
|
|
12 |
|
|
|
|
Пруд кажется тебе глубоким. Если закинуть подальше от берега, наверно, будет то, что надо: меньше шанс намотаться на корягу или лежащий на дне автомобиль.
Глянул, что Гейдар. А Гейдар закидывает ловко. Раз и точно в то "окно", где была первая добыча. Подложил себе под зад сложенный дождевик и присел. Болтает из стороны в сторону ногой, тихонько насвистывая. Сдвинул брови, смотрит внимательно. На нём закатанный буро-серый свитер в геометрически стилизованные "леса-горы" и решительно ветеранского вида зелёные штаны. "Зелёные" с долей цветовой условности. Глядя на пятна и общий стиль, не хочешь даже представлять, чего они повидали, в чём побывали и через что прошли. Отмечаешь, что по сравнению со своей ночной формой, твой спутник удивительно неразговорчив, даже мрачен днём.
Не успел ты устроиться на новом месте и забросить, как Гейдар уже вытащил рыбу и кинул рядом с собой на траву меланхолично. Закинул ещё раз с таким непринуждённым автоматизмом, что ты невольно задаёшься вопросом, кто кого должен был сейчас учить рыбалке.
|
|
13 |
|
|
|
|
Покачал головой одобрительно. Размотал леску с резинки, проверил страховочный шнур, привязанный напрямую к грузилу, — разложил всё на берегу. Раскрутил и закинул поближе к середине! Подмотал немного лески, колышек сделал из жердины и топора. Потом насадил тесто — всего крючков на поводках было пять, один от другого поводки к леске крепились с шагом в пятнадцать сантиметров от самого жгута. Осторожно отпустил, давая резине утащить назад на глубину поводки, с легким шипением вспенивая воду. Зацепил грузик — чтобы видеть, как играет леска при поклёвке, колокольчик тут и не нужен. Всё, теперь ждать.
Туранов хотел закурить, но, подумав, что времени до темноты уже не так и много осталось, не стал. Сосредоточился на леске, натянутой колышком и обвислой под силой тяжести грузика. Ещё и в этом удобство резинки — поплавком рыба может играть как хочет, а у резинки есть только две позиции: опустила груз до земли — подсекай и вытягивай упирающегося хитреца, а то и двух сразу, если повезёт. И вторая — натянула леску так, что она задрожала струной, — тоже подсекай, рыба уже там! Легче лёгкого, главное — вовремя успеть среагировать...
|
|
14 |
|
|
|
|
ОКУНИШКА Совсем малыш. Ну, не совсем "совсем". Но такой. Без претензий на трофей. Смотрит испуганно, с адреналином и надеждой: вдруг не конец, вдруг не конец, вдруг ещё не конец?! Трепыхнётся. Замрёт. Трепыхнётся-трепыхнётся-трепыхнётся!!! Замрёт... Так и живёт.
|
|
15 |
|
|
|
|
Кинув пойманного окуня, Туранов подумал, что голод — страшная штука. Вот этот окунишка, разве стал бы он бросаться на хлебный мякиш, будь ему вдосталь личинок комара и прочей мелочи? Видимо, рыбы тут много расплодилось, как бы зимой не случилось замора. Сомы в ямах отсидятся, а разная мелочь повсплывает кверху брюшком, задохнувшись.
Насадил на крайний к берегу крючок новый мякиш и спустил, аккуратно стравливая, обратно в воду. Подумал немного и покидал мякиша в воду в качестве привады, может, такой ход приманит карасиные стада к нему от привычных мест кормёжки? Времени до ночи немного. А карась — рыба привередливая, устанет и брать перестанет мигом.
Поднёс руку снизу от покачивающегося грузила, готовый леску схватить щепотью и на себя дёрнуть: подсечь. Сосредоточился слушая как шумит ветер в кронах деревьев, как квакают лягушки в тине и из последних сил греет летнее солнце спину.
|
|
16 |
|
|
|
|
ЁРШ Прикормил мякишем место, чтобы место стало более рыбным. Похоже, в этом даже нет нужды: клюёт здесь, как из пулемёта. Пока одна мелочь. Вытянул из воды резвую рыбёшку. Хлещет хвостом, таращит глаза, раздувает нежные бока беззвучно. Поднёс поближе, чтобы рассмотреть, кого поймал... Ерша-малыша!
|
|
17 |
|
|
|
|
Клюёт, да клюёт тут не карась — всё больше хищные рыбёшки. Мелочь на уху. Подумал Туранов и понял, что так и будет до вечера, место неудачное в плане карасиной столовой. Но в то же время это открывало ему приятные возможности. В таких вот лесных озёрах водятся и щуки, да и окуни, бывает, вырастают больше ладони. Раз уж на мякиш берёт только мелочёвка, может, на блесну и кто покрупнее выйдет?
Вытащил и смотал резинку, поглядывая в сторону, на медленно уходящий за золочённые ветви солнечный диск. Порылся на дне рюкзака и вынул набор блёсен — помнится, хотел при случае переделать свой углепластиковый «Грундер» в спиннинг, да вот беда, остался с носом, погнавшись за двумя рыбами, так сказать.
Спиннинг с берёзовым, очищенным от коры удилищем успел чуть подсохнуть и кое-где покрыться трещинами. Но гнулся всё ещё нормально, берёза — крепкое и выносливое дерево. Подцепил на карабин за «губу» мелкую, словно чешуйка дракона, блесёнку, сверкающую золотом. Полюбовался пару мгновений и подумал, что, пожалуй, для дракона маловата, чешуйка золотого карася? Огромного, килограмма на три. Похожа...
Свистнул, рассекая воздух леской, булькнула, приводняясь, огруженная блесёнка, сверкнув напоследок в толще воды по середине озера, и всё. Пропал остальной мир для Дениса Васильевича. Осталась только игра! Азартная и в то же время артистичная реальность, с шуршанием лески, наматывающей метры на катушку, и легким сопротивлением пронзающей водную гладь стальной искусственной рыбёшки, мелькающей отраженным золотом. Мечтой о маленькой идеальной золотой рыбке, сводящей с ума инстинкты хищных рыб. А сколько в этом мире вариантов проводки и техник подмотки?
Да, это тебе не ловля нахлыстом, конечно, — погрубее, конечно. Но всё равно есть на что отвлечься от лишних мыслей, теснимых в голове и лезущих «Тотему» в глотку.
|
|
18 |
|
|
|
|
ХОЗЯЙКА ПРУДА Щука. Не долговязая и худая, вечно голодная сука из быстрой реки. Не карандаш-травянка из худого пруда. Живая, плотоядная, старая торпеда. Килограмм пять. Сантиметров семьдесят. Злобная и древняя, будто вырезанная из коряги "утиная" морда смотрит на тебя с ненавистью. Нижняя челюсть выдвинута вперёд, придавая ей брюзгливое выражение. В приоткрытой пасти видна белая, жёсткая, как наждак кожа, усеянная частоколом зубов. Глаза не с лихим блеском, как у молодых щурят, а мутновато-жёлтые с ленцой, забродившей хитростью и зарождающимся сумасшествием. И вместе с этим: уверенность. Нет никого главнее в этом пруду. Нет никого сильнее. Может, сом? Он глупец. Не понимает, что уже попалась. Глядит зло, будто не ты её, а она тебя будет есть. Представляешь, как она жила. Как стояла у затопленного куста неподвижно, а её широкие плавники – ржаво-бурые, в крапинку – колыхались мягко, будто обрывки старой парчи... Не от течения, а от её сна. Спят ли щуки? Эта спала. Говорят, что сон с открытыми глазами – врата безумия... Скользкое бревно дёрнулось у тебя в руках и ты потерял мысль!
|
|
19 |
|
|
|
|
Подумал, подумал и выпустил с плеском щуку-ветераншу. Отцепил тройник филигранно одним движением Туранов и опустил в самой воде скользкое шершавое тело, склонился словно в поклоне и потом руки в воде помыл. Разогнулся, стряхивая брызги с пальцев. Со вздохом оглядел гладь озера, пошедшую мелкой рябью, не всплыла ли сомовья добыча?
— Старая, не вкусное мясо уже. Из такой только чучело делать, да только взгляд больно недобрый. Таким взглядом одних детей пугать... — пояснил с улыбкой Гейдару и задумался, стоит ли сменить блесну. С одной стороны — уловистая, а с другой — как бы опять этакая мымра не клюнула. И всё же мысль, будто в хозяйке пруда клокотало древнее безумие, не оставляет Туранова. Но, с другой стороны, приятно вытащить из воды этакий трофей, у него даже дух перехватило по первости, когда тащил и когда вываживал. Когда ткнулась коряжистая морда в подсак и забила хвостом щука, подняв брызги, ощутил, как мандраж переходит плавно в гордость своим умением и удачей. Приятно!
|
|
20 |
|
|
|
|
– Ты зачем отпустил, а? Зачем отпустил?
Объясняешь. Про старое мясо и недобрый взгляд. А сам смотришь, не всплыл ли кто.
|
|
21 |
|
|
|
|
Всё же сменил блесну на небольшую колебательную, покрытую изображением чешуек серебристую капельку. Посмотрел, примериваясь, чтобы зацепить жёлтую куртку повешенного, но всё же не стал — самодельный спиннинг, да и замены нет. Сломаешь — и будешь без рыбы. Просто продолжил ловить, надеясь про себя, что огромная щука не соблазниться снова его игрой.
Одну проводку по верху, другую в полводы и третью у самого дна. Сначала темп быстрый, потом ступенчатый с остановками — играет Туранов, и заботы как будто отступили. Даже и соседство смерти не огорчает почти. Легкий привкус тёрпкой полыни в меду августа, не больше. Вздохнул полной грудью березово-сосновый запах леса. Не зря всё же «уволился», не зря.
|
|
22 |
|
|
|
|
ОКУНЬ
Клюнул! Раз – и вытягиваешь его. Пëстрый, драчливый окунец с красивыми, морковного цвета перьями на брюхе. Горит в закатном зареве, как золотой. Хорош, стервец! Хорош.
|
|
23 |
|
|
|
|
Взвесил в руке горбатого Туранов — то, что надо для ухи. Кинул его в садок и, не мешкая, снова забросил успешную блесну, свистнув леской и потревожив водную гладь, нужно успевать, пока лов идёт. А то скоро совсем стемнеет, в лесу с этим быстро! Крутится катушка гладко, леска наматывается равномерно, следуя за проволокой бегунка. Рвётся сквозь воду блестящая фальшивка блесёнки...
А в голову сами собой мысли идут. Вот вроде не думал — делал. А они как-то сами собой проскользнули и завихрились, заклубились, как тучи в закатных лучах солнца, проявляясь контрастно на синем августовском небе. Ацтеки, ловили ли они рыбу по-своему? Раз знали рогоз и пользовали его в лечебных... Мысль не довершается и, оборвавшись, тонет, ей на смену идёт другая: карасиное место тут, но всё же не сезон теперь. Так, остатки вяло клюющего до следующего нереста летом хитрого рыбного племени. И тот труп? Туранов поневоле сосредотачивается на желтеющей в отдалении вещи, некогда бывшей вместилищем духа и разума, вполне возможно, без шуток, и того и другого с большой буквы. Перешёл кому-то дорогу, видимо? И что дружина коммуны безмолвствует. Гнал от себя, гнал мысли о смерти. Но всё равно нашли, догнали...
Помрачнел за думами Денис Васильевич. Взгляд в никуда и на озеро. «Эх, надо бы всё же подцепить его. Не по-человечески это, вот так без могилы на поживу сому отправляться», — подумал и сплюнул с досады прежде всего на себя, на нерасторопность прошлую. Не успел схватиться с сомом в рукопашной!
|
|
24 |
|
|
|
|
ДУМЫ
Переменчивость мира. Кому развлечение, кому пытка. Последний луч блеснул на листьях и накатили сумерки, как тихая волна. Всë, что было яркой, как почтовая марка, картинкой, стало силуэтом. И жирная шапка рогоза, и яркое пятно куртки в пруду, и раскорячившийся над самой водой куст – всë только отступающие в тень формы, будто актëры, что поклонились и уходят со сцены.
Ацтеки, ацтеки... поди, порыбачить были не дураки. А почему ты думаешь так часто о них? И вот опять мысль: Коммуна – забывать уже начала ли тебя? Не базы данных – эти монстры вечно помнят – а улицы и люди, раскрашенный трамвай и овощебаза. Ты вот еë хорошо помнишь. И кажется, что будешь помнить вообще всегда, но это неправда: всë уходит в сумрак, как пейзаж у тебя на глазах. Время не знает пощады, вот кого надо бояться – куда до него всем "дружинам" мира?
А мертвец. Колышется в сгущающейся тьме, едва различим. Кем был? Кем казнëн? Что осталось после него? Мертвецы иногда говорят. Для этого, правда, нужно владеть одной из подходящих школ некромантии: хорошо подходят "Криминалистика" и "Антропология". Таким тëмным магам мëртвые рассказывают истории, от которых у живых волосы шевелятся на голове. Ты – к добру ли, к худу ли? – этими тайными искусствами не владеешь.
А что касается не состоявшейся дуэли с сомом, так это наименьшая из проблем: вызывать его " на раз" с этого берега можно снова и снова, пока не отзовëтся. Есть, правда, свой риск: удилище нынешнее не на глубинных чудищ расчитано, может лопнуть от рывка.
|
|
25 |
|
|
|
|
Ну, осталось только сматываться, против погоды не попрёшь. Хотя, конечно, и ночью лов бывает хорош. Туранов вздохнул, заранее смиряясь с неизбежным и вероятно грустным финалом с утерей блесёнки, но всё же приложил усилие, стараясь не столько отцепить, сколько выволочь ту корягу со дна. Если леска не порвётся, коли поводок выдержит, то или крючок получится разогнуть, или ещё как-то разрешить ситуацию. На уху им уже хватит улова, жаль, на продажу, чтобы в «Верёвочку» сдать, не наловили. Но, как говорится, лиха беда начало! Место и правда богатое.
– Сматывай удочку, пойдём обратно. – крикнул Гейдару напрягая искусственную руку, пригодилась вот видишь.
|
|
26 |
|
|
|
|
Намотал леску на имплант и потянул на себя: вдруг подтянется? Леска впилась в псевдодерму, натянулась струной и лопнула.
|
|
27 |
|
|
|
|
– Пойдём. – выдохнул Туранов быстро завязав петлю и сматывая спиннинг, собирая вещи. Было грустно, но в то же время он чувствовал что не впустую потратил время. Место уловистое, сверху не капает. Чего ещё надо?
В этот момент почему-то Туранов вспомнил Институт и его шифр. Невольно вслушавшись в скрип сосен вокруг озера в шум ветра, ища знаки посылаемые пропавшим в снежной круговерти полярника годы назад.
Нужно было идти, но он стоял в темноте размышляя. "В следующий раз" – решил Туранов и покачал головой вглядываясь в окружавшие его оттенки тёмного, ночного и сумеречного.
|
|
28 |
|
|
|
|
Подготовившись к дороге, ты остановился для размышления или предчувствия, которые часто приходят, если их приманить паузой. Но они не пришли. Ни щелчков шифра в звуках деревьев, ни "Мысли", которая иногда посещает. Только чувствуешь облегчение, что всего этого нет. Вообще после этой рыбалки стало как-то свободней: и в теле, и на душе.
|
|
29 |
|