Damnatus est | ходы игроков | Ad victoriam

Ганнон:
Глаза снова видят, гул магического переноса сквозь пространство, к которому невозможно привыкнуть, затухает и исчезает.
Снова вокруг храмовая площадь и снова она другая - племя беженцев уже успело освоиться здесь и даже построить подобие деревни вокруг пострадавшего, но все еще впечатляюще величественного храма. Простые хижины-палатки из шкур выглядят бесконечно жалкими и убогими в сравнении с соседствующим с ними шедевром инкалионской архитектуры, но это мало смущает спасшееся племя - горят костры, скорее ритуальные, чем необходимые для чего-то, женщины наводят быт, самая смелая и озорная малышня пламеносцев уже вовсю изучают необычный для них мир цивилизации вокруг. Жаль только, что этот мир сейчас лежит в руинах.
А вот не особо многочисленные воины племени собрались поодаль на самой площади и упражняются наравне с воинами храма, явно проигрывая в строевой и личной дисциплине, но компенсируя этот недостаток индивидуальными качествами - каждый воин-недочеловек необычайно ловок и может наравне противостоять в тренировочных спаррингах более сильным и подготовленным физически храмовникам, за счет одной только завидной подвижности. Но это не единственный козырь воинов племени.
Отступая на безопасное расстояние так, что не повредить ни соалеменникам, ни новым союзникам, ловкие воины демонстрируют свои самые необычные и магические способности - концентрируясь, они превращают свои копья в стрелковое оружие самым неожиданным способом - стекловидные наконечники вспыхивают и быстро выпускают короткий пучок сверхразогретой энергии, бьющие почти синхронно в воздух. Если научить племенное воинство дисциплине и умению сражаться в строю - можно превратить этот огненный дождь в неостановимую волну огня.
Наконец, появление увлеченного наблюдением за тренировками бойцов Ганнона замечают и пламеносцы быстро обступают своего божественного защитника с приветственным ликованием. Вознося хвалы Диусу, каждый, будь то ребенок, скромная женщина, старик или воин, стремятся коснуться его брони, чтобы получить хотя бы частичку божественного благословения.
И, конечно же, преподнести ему пусть и скромные, но дары.
Церемония выходит хаотичной и едва понятной, восхваляющие Диуса голоса смешиваются в оглушительный гул из импровизированных молитв и просьб богам, настойчивые касания кажутся бесконечными и быстро перерастают во все более хаотичные, но целенаправленные действия. Сложно понять и уловить тот момент, когда броня Ганнона оказалась украшена многочисленными оберегами и ритуальными украшениями.
Вдруг, также резко, как и началось, религиозное празднество заканчивается, ибо в ворота храмового района на площадь въезает несколько запряженных безразличными ко всему происходящему быками, под охраной отряда храмовых воинов и троицы латников, одетых в техномагические доспехи.
Даже покрытые следами недавней битвы, эти одоспешеные воины кажутся Ганнону-Диусу странно знакомыми. Возможно ли, что шлемы древних доспехов скрывают знакомые лица?

Траян, Джаффа, Луций:
Лишь пересечение ворот к храму позволяет напряжению ослабнуть, затухнуть тому надоедливому ожиданию опасности, что преследует с самой гавани.
Площадь перед храмом Инкалиона изменилась и изменилась заметно - вокруг величественной святыни выросла целая деревня из убогих лачуг. Поставленные без всякого порядка и плана, бедные домишки из шкур и найденной тут же, среди пожарищ, горелой древесины являлись жилищами странного, человекообразного народа - схожие с людскими тела, однако, казались слишком уж тонкими и худосочными, словно бы эти существа не привыкли питаться хорошо, кожа их была бледна настолько, что словно бы не знала до этого дня света солнца. Лица их отвращали как непривычными пропорциями голов, так и отсутствием видимых носов или же слишком большими, похожими на блюдца темными глазами, широко расставленными на плоских лицах. На фоне этого полное отсутствие волос на гладкой и почти белой коже уже и не казалось таким уж уродством.
Разодетый по варварской моде, в набедренные повязки и бедные лохмотья из шкур и разномастной ткани, народактивно что-то праздновал, сгрудившись вокруг мощной и птицеподбной металлической фигуры. Техномагическая броня этого незнакомца блестала золотыми насечками и эмалью украшений, странно дополненной дикарскими амулетам и самодельными ритуальными атрибутами, закрепленными на броне.
Но вряд ли, за время отсутствия избранных патриарха, тут случился внезапный революционный переворот и дикари-нелюди захватили храм, ведь в некотором удалении происходили воинские учения смешанного отряда этих дикарей и воинов-храмовников. Да и охрана повозок не выказала никакой тревоги при виде новопостроенной деревни на площади.
Вероятно, появившийся на ступенях храма патриарх Леандр имеет ответы на все появившиеся вопросы.

Многим знакомо выражение о возвращении из боя со щитом или на щите. Возвращение со щитом означает, что ты, собственно, вернулся. Возвращение на щите - что ты погиб, и рядом не нашлось нормальной тележки, чтобы приволочь назад твое тело. Джаффа возвращался без щита. Зато с ценным грузом, что тоже было победой.

К счастью, до храма уже не нужно было ничего волочь самим. Вот это было бы смешное зрелище - могучие воины (а после битвы на острове, этот титул заслуживали все трое), тянущие за собой волокушу, под совиными взглядами незнакомого племени дикарей. Джаффа понятия не имел, кто это такие, но несложно было предположить, что этот народ решил искать убежища возле храма. С храмовниками они не сражались, и ладно. И там как знать, от них тоже могла быть польза. Вон они какие глазастые - наверняка могут опасность издалека замечать.
Кроме того, с ними была какая-то фигура, видать защитник племени. Наверное тоже сильный воин, а такие всегда нужны, особенно когда злые силы атакуют со всех сторон.

Новое племя и фигура среди них были интересным зрелищем, но прежде всего Джаффа пошел к Леандру, который встречал их на ступенях храма. Наверное можно было и мыслью обратиться, как он уже часто делал в кракене, но Джаффе все еще привычнее было говорить голосом, на обычном для людей расстоянии. Потому он отсалютовал новым мечом и объявил:
- Патриарх, остров очищен от темных сил, и их ритуал нарушен. Мы уничтожили чудовищное сердце, и собрали содержимое хранилищ.
Джаффа также хотел поговорить о том, что он лично видел внутри сердца, но он решил, что это может быть разговор на потом. Пока провозглашения победы было достаточно. Пусть и без щита.

У Луция щит был, хотя и отправлялся в бой он без щита. Но вырезанный из двери древней машины и сверкающий неровными краями, этот щит дополнял великолепное копьё, похожее на то, что было у Леандра когда-то, и образ смятой на груди броневой пластины. Луций не стал отслуживший своё щит выбрасывать, подозревая, что на них могут напасть по пути, но предчувствие опасности оказалось ложным. Увиденное в городе не показалось ему обнадеживающим. Не будь всё так плохо, приютили бы варваров такой странной наружности у храма? Для Луция это было очередным тревожным знаком беды, когда ищешь союзников где угодно в отчаянной надежде, что даже соломинка способна переломить ход битвы.

Луций, в отличие от Джаффы, не спешил докладывать о победе патриарху, зная, что дела и полная повозка копий древних скажут всё за него. Он подошёл, чтобы взглянуть на птицеподобную фигуру, подозревая, что это не идол, как ему показалось сначала... Вероятно, это был ещё один доспех древних технологий. Старик даже попытался проверить, если внутри кто-то связанный с храмом, сосредоточившись на ощущении искр жизни вокруг.
«Мы нашли внутри Левиафана тело погибшего в бою царя Инкалиона и возвращаем его копьё», — передал мыслесвязью Луций для патриарха и поднял вверх руку с копьём, чтобы тот смог рассмотреть его лучше. Он собирался потребовать награды и передать вместе с копьём послание, насколько смог его запомнить, как только подвернётся удобный для этого случай.

С моря Инкалион выглядел очень зловещим. Траян не хотел в этом признаваться даже себе, но странное марево над городом и вспышки молний пугали его, как будто предвещая что-то очень плохое. Мужчина начал опасаться, что по прибытии в город встретить их уже будет некому, но, милостью богов, этим опасениям не суждено было сбыться. И гавань и весь путь до храма охраняли надёжные воины Леандра, а значит Надежда на победу ещё оставалась.

Облик новых жителей храмовой площади поразил Траяна. Они выглядели словно духи или феи из старых деревенских сказок, но при этом были вполне материальны и даже тренировались с храмовниками. Угрозы от них не чувствовалось, как и от стоящего посреди площади доспеха, поэтому Траян прошел сразу к Леандру вслед за Джаффой. Когда чернокожий товарищ закончил свой доклад, Траян спросил у патриарха:
- Господин, в теле Кракена мы нашли много оружия и часть смогли привезти сюда. В частности и эту секиру. Можно ли попросить храмовых мастеров подключить ее к доспеху, чтобы она могла работать на полную мощность?

Очередная вспышка отправила Ганнона во двор храма, где теперь уже его народ занимался тренировками вместе с воинами Инкалиона. Честно говоря, вид этот вызвал резкий приступ неполноценности у бывшего фермера, ведь никаким воином он близко и не был, поэтому как-то советовать или оценивать их занятия толком не мог. С другой стороны, он нужен был Леандру не в качестве инструктора, таковые у него имелись и так.

Он нужен был в качестве живого символа, ходячего тотема, божества пламеносцев (которые, как оказалось, действительно умеют пускать пламя). Поэтому, завидев своего Диуса, они немедленно облепили его, словно толпа прихожан, которую пустили по поводу особого праздника в святую святых, к идолу их бога. Несмотря на все его слова, что без воли богов оказаться на этом месте он никак не мог, трудно не почувствовать себя фальшивкой. Тем не менее, Ганнон понимал, какую роль на него возложил патриарх, пламеносцы для блага их же собственных жен и детей должны быть в надлежащем состоянии боевого духа, поэтому он вынужден был приглушить все сомнения и послушно её исполнять. Он то простирал руки к верху, то казался пальцами, осторожно, чтобы случайно не использовать полную силу доспеха, до своей паствы.

- Диус с вами. Добрые боги все видят. Конец старого света близок, но всех ждет новый день, новое солнце. Сражайтесь храбо, - воинам, - заботьтесь о детях, - женщинам, - слушайте родителей - детям, - Диус с вами. Все будет хорошо, мы победим.

Навешенные талисманы и символы гремели на нем, будто шишки на сосне, но особых проблем не доставляли, для доспеха их касание было почти неощутимо.

В это время появились еще воины храма в компании троицы, носящей доспехи, похожие на него. Что-то в них было неуловимо знакомое, но лиц не было видно. Судя по виду, они побывали в серьезной передряге. Показался патриарх, который уже наверняка приготовил новое задание.

- Все, пламеносцы! Диус должен услышать зов патриарха. Продолжайте готовиться к бою!

Он отослал своих последователей и направился к Леандру за неизбежной миссией, и узнать о происхождении новых товарищей по оружию.