Р'еволюцион! | ходы игроков | Донжон

  На прощание пригрозив всяким ублюдкам и припевалам, что бы не смели там без них грабить, доблестные революционеры набились в тесный проход очень надеясь на то, что бы какой-нибудь древний и коварный замкостроитель не предусмотрел возможность обрушить тайный туннель на головы преследователям.
  К счастью, камни на головы им так и не посыпались, да и туннель был всего-то с десяток метров. Выйдя в каком-то тесном подвале, ватага зажгла прихваченные с собой факела и, осмотрелась. Бочки, мешки с зерном, круги сыра, вяленые окорока... Не дурно так, будет чем отметить победу! Проблема была только в том, что дверь оказалась заперта, а из-за неё слышались чьи-то голоса. И ладно голоса, там еще и рычал кто-то!

– Время играет против нас. Давайте, все вперёд, как можно скорее! Аргыл, пока давай пешком, как только прорвёмся – оседлаешь коня. Рудольф, вдохновляй!

– О Тимора! Ты спасла нас в прошлый бой, укрыв своим крылом. О Тимора! Коль ты с нами, сможем захватить донжон, – Людовик нараспев молился Тиморе, шагая впеед и обрушивая удар на дверь.

Зажатый в проходе Рудольф, и не мог ничего делать, кроме как вдохновлять.
- Быкус, Васильян, вы парни хоть куда! Покажите ещё раз свой фокус с черепахой! Коган подсобит.

- Пустите ка меня вперёд! Лучше покажите мне фокус с черепахой, а я их отоварю новеньким топором! - прогудел Коган из под новенького шлема.

- Разрешите и мне продвинуться вперёд! - Ловко проскальзывая между товарищей юнец двинулся в первые ряды.

Недовольно хмыкнув степняк направился к раздолбанной его товарищами двери. Знал бы Аргыл слово клаустрофобия, именно им описал бы свои текущие ощущения.

- Молитесь все чтобы у них там не было алхимического огня... -
Заметила арбалетчица занимая более удобную позицию для стрельбы.

  - Да ну его к черту такие фокусы... - Забурчал Василь, до сих пор не понимающий каким чудом он вообще выжил в прошлом бое.

  Идея насчет огня Быкусу очень не понравилась. Да и вообще мрачное подземелье было довольно жутким местом, если не считать ароматные окорока.

  — Ну или там очередная магическая завеса, около которой мы будет торчать битый час... — Поддержала свою сестру Лисса упирая арбалет в плечо.

  — Милорд, они уже ломают двери! — Раздался испуганный крик с той сторон, когда Людовик, даже не пытаясь открыть дверь, разнес её мощным ударом. Отпихнув обломки древесины в стороны, жрец уперся в массивную лавку, которой служка перегороди проход и самого камердинера, что неумело выставив перед собой парадную пику отступал в глубь башни.
  — Так задержи их, придурок! — Донесся властный голос из дальнего угла едва освещенного помещения, где поблескивающий сталью рыцарь в тяжелой броне торопливо подтягивал какие-то ремешки у себя на боку. Видимо из-за всей этой возни с тяжелыми и достаточно сложными доспехами он и не подоспел к сражению в холле.
  — Калейна, поторопись, чернь уже здесь! — Прикрикнул он в коридор и, сняв с пояса крохотное зелье, осторожно смазал им клинок эстока и метательные ножи.

  Пока ватага пыталась выбраться из столь тесной клетушки, коварный служка кинул какую-то склянку, что разбившись стала шипеть, вонять, и пускать густые клубы плотного дума. Конечно, не алхимический огонь, но вот стрелять стало почти невозможно, да и продвижение революционеров замедлилось пуще прежнего. А стоило им все же добежать до приготовившегося к схватке латнику, как из коридора, ведущего в казематы, выскочила пара косматых, засаленных тварей в тяжелых ошейниках и с безумными глазами, что тут же кинулись в схватку. Жутким был тот бой с нечисть в полутёмном, задымленном донжоне. Кошмарные твари, оборотни, над которыми поработала ведьма, драли своими когтями метал, норовили сбить с ног и вцепиться в глотку, а мастерски владеющий своим клинком лорд расшвыривал бунтовщиков словно котят, пока один из арбалетных болтов не попал ему в голову, не дав тому вовремя выпить целебное зелье.
  Когда же всё было окончено и едва живые бунтари, насадив отрубленную голову Рейльдара Кровавого на трофейную пику, поднялись из подвала, очередная жуткая сцена ошеломила их. Та ведьма не просто так выпустила нечисть из каземата и тут же удрала наверх, не став сражаться... Кровавая пентаграмма на первом этаже донжона и факела, чей свет теперь явственно отдавал зелёным не сулили ничего хорошего... Поднявшиеся во дворе мертвецы во всю грызли паникующий люд, пополняя их телами свои ряды, удравший ещё в первом бою ветеран пытался хоть как-то организовать пришедшую с факелами и вилами чернь, а над всем этим разносился злой, торжествующий хохот ведьмы.